и сама была удивлена продвижением стройки – ребята здесь не ленились и напилили много досок, которые не могли приколотить, так как гвоздей, что мы принесли с собой было очень мало.
– Завтра с утра мы можем продолжить пилить, а Сквонто с девушками забивать стены, – аккуратно предложил Малкольму Бернард.
Я прошлась вокруг нашего дома, где девушки из камней уже выложили основание для очага. Малкольм оказался ответственным хозяином, и не давал простоя ни одной паре рук: под навесом сушились пучки трав, солома для утепления дома, выложенная слоями почти под самую крышу, на нитках сохли грибы и рыба, обернутая в ткань.
Я направилась к огороду и меня догнала Клер – ей тоже не терпелось посмотреть наши грядки. Картошка выросла сильно, как и тыквы, коих нас ждал огромный урожай. Тыковки уже завязались, и некоторые были размером с мандарин. Через пару недель их можно будет начать есть. Овощей очень не хватало. Рыба и мясо спасали ситуацию, но я знала, что это точно не особо полезно.
– Ты знаешь, наша «Кремлевская диета» начинает надоедать. Так мы заработаем подагру. Тыквы много, и мы можем начать есть уже и эти маленькие тыковки. Нужно будет придумывать как сушить ее. Кукуруза уже формировала початки. На нее я возлагаю не меньшие надежды, – сказала я Клер, которая осматривала картошку.
Клер взяла лопатку и выкопала три куста картошки. Мы получили небольшую корзину, и нам всем достанется по три картошки на обед.
– Я так и не поняла, что произошло с тобой и Бернардом, Элиза, а поговорить спокойно было негде, – сама начала разговор Клер.
– Ничего особенного. Он догнал меня, когда я уже плыла к вам. Замерзла до чертиков, а он сказал, что увидел меня еще на боях. Но он ничего не сделал там, не дал понять что он рядом. Может быть тогда я бы отказалась от боя…
– Не отказалась бы. Я знаю тебя. Тебе сложно передать свою судьбу в чьи-то чужие руки. И я уверена, что он это уже знает. Если бы что-то пошло не так как ты планировала, я уверена, что он вступился бы за тебя. Ты сказала, что привезла письмо, которое он передал тебе. Оно от губернатора?
– Да, и Бернард сказал, что так нам будет понятнее, и не стал ничего подробно рассказывать, – ответила я и вынула из-за пазухи пухлый сверток с сургучной печатью.
– И ты так его и не открыла? – удивлённо спросила Клер и взяла сверток.
– Нет, я подумала, что это нужно читать при всех.
– Знаешь, опыт показывает, что лучше заранее знать, что тебе придется читать, и стоит ли это делать, – ответила подруга и сломав печать, раскрыла бумажный пакет, в котором было два листа. Она бегала глазами по листу, быстро впитывая информацию.
– Читай вслух, – отвлекла я ее от чтения.
– Ты столько дней не читала, так что потерпишь несколько минут, отвернулась она и присела на бревно, где мы отдыхали во время работы в огороде.
– Мне кажется, или ты не на моей стороне? Мне не понятно почему ты так обрадовалась появлению Бернарда.
– Потому что он тебе нравится, и вот это письмо говорит о том, что он не плохой человек, Элиза. Он не врал, когда вернулся, – подняла на меня глаза Клер и подала бумаги.
– Губернатор пишет, что к деревне Сквонто вышли мужчины, их было пятеро. Они были голодны и те сходили за солдатами и привели их в Плимут. Оказалось, это те, кто ограбил форт. Они с трудом дошли обратно. Остальные погибли. На суде они признались, что двое шотландцев пошли с ними против воли – они не знали, что англичане планировали ограбление. Один из двух Шотландцев был Бернардом. И они подтвердили, что, когда не осталось еды они сбежали. Англичане не стали их искать, потому что были уверены, что те умрут в лесу одни.
– Да, я не слепая, и читаю это сама, – отгрызнулась я, боясь оторваться от строчек. Мое сердце пело – мне больше не нужно было ненавидеть этого мужчину.
– Это еще раз доказывает, что у тебя странное строение мозга, Элиза, – бурчала Клер.
– Это ты сама выяснила? Благодаря чему?
– Благодаря твоей упертости. Извини, но это так. Да, твоя твердолобость помогает нам всем добиться целей, но учти, что самой тебе счастья не видать, если ты будешь его от себя гнать поганой метлой, – Клер говорила, как раньше это делала Лиля – с выражением лица, какое бывает у воспитателей в детском саду, когда те отчитывают малышей за разбросанные игрушки.
– Спасибо, товарищ Фрейд, но я сама достаточно хорошо себя знаю.
– Не похоже на то. Ты учти одно – мы не в нашем двадцать первом веке. Здесь любовь значит еще очень много, и люди умирают за свою любовь.
– Ага, то-то на улицах все устлано трупами – все умерли за любовь, – буркнула я в ответ, и заметила, что к нам идет Малкольм.
– Идемте, все вас жду. Стол накрыт, и мы сегодня будем праздновать ваш приезд. Маргрет плакала от радости, что вы вернулись целыми и невредимыми, а Малышка рассказала, что ты заработала деньги на боях. Это точно не шутка? – тараторил он, а мы шли за ним. – Ты покажешь мне как ты это сделала?
– Обязательно, но хочу тебя разочаровать – это получилось случайно, – пыталась остудить его пыл, но получалось плохо.
– Не скромничай, я думаю, ты стесняешься рассказать, ведь ты девушка, и такую сильную девушку могут просто не взять замуж, но я бы точно женился на тебе, – его язык «бежал» быстрее мыслей, и он уже пожалел о сказанном, когда Клер решила добавить масла в огонь своими словами:
– Ну вот, Элиза, теперь тебе нечего бояться – жених у тебя уже есть.
– Да я же не дурак, знаю к кому пришел Бернард. Он рассказал нам, что вышел из Плимута через несколько дней после нас, но все, что он знал, что это место недалеко от Квебека, и прошел мимо по горам. Если бы он спустился в долину, то обязательно заметил бы нас, – его рот не закрывался до нашей летней кухни, где Маргрет сейчас обнимала Барбару и Малышку поочередно, усевшись между ними.
– Какой прекрасный стол, – похвалила я девушек. Пэвэти принесла к столу много рыбы с огня, а Малышка разлила по кружкам виски. Его вкус казался волшебным, голова легко закружилась. Пока я тайком наблюдала за Бернардом, Клер рассказывала о письме губернатора. Сквонто улыбался, словно он изначально делал ставки на то, что Бернард невиновен. Может
