мировой войны, сделал многое для смягчения классовых конфликтов, терзавших индустриальные общества, но он имел непреднамеренный, но мощный эффект, поставив под сомнение экологическую устойчивость современного процветания.
По общему мнению, переломным событием в становлении современного экоментализма стала публикация в 1962 году книги "Безмолвная весна" американского биолога Рейчел Карсон. Тематика работы Карсон была узкой, но последствия - широкими. Она задокументировала непредвиденный вред, нанесенный окружающей среде инсектицидом ДДТ. ДДТ производился в огромных количествах и распылялся в ходе крупных кампаний для подавления комаров, которые передавали малярию людям, и ДДТ широко приветствовался как триумф современной технологии против древнего бедствия. Однако, попав в природу, ДДТ не разлагался. По мере продвижения по пищевой цепи он становился все более концентрированным, нарушая воспроизводство многих видов птиц. Среди них был и лысый орел, американский национальный символ, который был практически уничтожен на большей части территории США.
Тревожные признаки разрушения окружающей среды становились все более заметными. Промышленные химикаты, производимые в больших объемах и сбрасываемые в окружающую среду, были связаны с раковыми заболеваниями и врожденными дефектами у людей. Удобрения, которые увеличивали производство продуктов питания, стекала в реки и озера, стимулируя буйный рост водорослей и удушая рыб. Большое количество нефти из неисправной морской скважины у побережья Южной Калифорнии загрязнило популярные пляжи и убило большое количество птиц. Воздух в бассейне Лос-Анджелеса был густым от нефтехимического "смога", образующегося в результате сжигания бензина автомобилями. Река Каюга, впадающая в озеро Эри у Кливленда, была настолько загрязнена промышленными стоками, что загорелась, разрушив мост. Промышленная дымовая труба, модернистская икона прогресса и процветания, превратилась в эмблему экологической угрозы и опасности для здоровья населения. Плотины гидроэлектростанций и проекты развития рек, иконы высокого модернизма с 1930-х по 1950-е годы, все чаще воспринимались как экологические катастрофы.
В ответ на эти проблемы за последние полвека повсеместно возникли экологические движения. В западных парламентских демократиях появились "зеленые" партии, которые участвуют в выборах от местного до национального уровня. Была создана организация ООН, а также многочисленные договоры и режимы, с разной степенью эффективности, для решения различных экологических проблем. Быстро развивались естественные и социальные научные исследования экологических проблем. В богатых странах был достигнут значительный прогресс, но ценой значительных затрат. В США реализация Закона о чистом воздухе за 50 лет его действия обошлась примерно в 65 миллиардов долларов при выгоде около 2 триллионов долларов. Более чем на 90 процентов сократилось количество кислотных дождей. Для крупных проектов теперь регулярно проводятся экологические экспертизы. Многие плотины, трубопроводы, нефтеперерабатывающие заводы и электростанции были остановлены из-за сопротивления активистов экологического движения. Однако в бедных и развивающихся странах экологическая обстановка постоянно ухудшается из-за слабого регулирования и стремительного стремления вырваться из сокрушительной нищеты и модернизироваться. И самые обездоленные, как в развитых, так и в развивающихся странах, продолжают нести основную тяжесть загрязнения, наводнений и засух.
Эти тревожные события вызвали чрезвычайно широкую, разнообразную и далеко идущую дискуссию о цивилизационных последствиях столкновения индустриальных обществ с планетарной биосферой, которая остается неразрешенной до сих пор. Для многих нападки на биосферу уже нельзя было рассматривать как ряд случайных событий, которые можно исправить скромными корректировками, но они были безошибочными индикаторами того, что что-то очень фундаментальное пошло не так и что необходимы серьезные изменения. Экомарксисты рассматривали капитализм как основную проблему и утверждали, что только социализм мог адекватно решить проблемы. Но это обещание было подорвано ужасным экологическим прошлым "реально существующего со-циализма" в Советском Союзе и коммунистическом Китае.64 Другие искали более эффективные рыночные стимулы для стимулирования инноваций и более эффективного и рационального использования природных ресурсов.65 Для некоторых рост численности населения, резко увеличившийся с двух миллиардов в 1930 году до более пяти миллиардов в 1970 году, был несомненным виновником, который должен быть исправлен с помощью агрессивных мер по стабилизации численности населения.
Многие мыслители "зеленой религии" подвергали критике западный рацио-ализм и монотеизм, стремились возродить досовременные языческие и инди-гу-альные религии и создать новые формы религии и духовности Земли. Некоторые осуждали антропоцентризм современности и стремились наделить другие виды, а также неодушевленные предметы и ландшафты правами. Некоторые, такие как исследование "Пределы роста", опубликованное в 1970 году группой исследователей Римского клуба, утверждали, что образ жизни с высоким потреблением, который долгое время считался целью современного общества, больше не является устойчивым и должен быть заменен новой бережливостью. Такое мышление привело к концепции "стабильной экономики", не зависящей от роста. Но такое необходимое сокращение потребления, по мнению других, потребует авторитарного правительства и подорвет основы современной либеральной демократии. Были выдвинуты и обсуждались идеи "справедливости между поколениями". Некоторые обвиняли в качестве первопричины проблемы ин-струментализм современности и саму современную науку и высказывали сомнения в способности науки полностью постичь огромную сложность биосферы и мириады форм жизни, составляющих ее. Другие же утверждали, что необходимо больше и лучше развивать науку, и что необходимо признать новый научный объект - систему Земли. Исходя из этого научного предположения, некоторые утверждали, что Земля в целом сама по себе является живым организмом, названным Геей в честь древнегреческой богини Земли. Эко-феминистки объясняли экологическое разрушение угнетением женщин и женского начала и предлагали "гин-экологию" в качестве лекарства. Другие рассматривали в качестве двигателя перемен масштабные преобразования сознания. Некоторые ожидали ментальной революции в результате широкого просмотра фотографий "Вся Земля" - снимков Земли, сделанных из космоса, неожиданного побочного результата космических программ 1960-х годов. Другие, такие как сеть "Земля прежде всего!", предпринимали прямые действия для замедления работы машины, используя "экотаж" и "обезьяньи гаечные ключи".
Реакция современных обществ на каскад экологических проблем варьировалась от крайне неадекватной до удивительной. Одним из особенно важных успехов является глобальный ответ на истощение стратосферного озона. Хлорфторуглероды (ХФУ) - это новые химические вещества, изобретенные в начале двадцатого века. Широко продаваемые под торговым названием фреон, ХФУ нашли широкое применение в системах кондиционирования воздуха и в качестве пропеллентов для аэрозольных баллончиков. Но в 1970-х годах небольшая группа химиков-атмосферников поняла, что фреоны представляют непосредственную угрозу для планетарной системы жизнеобеспечения. Большая коммерческая привлекательность ХФУ заключалась в том, что они не вступали в химическое взаимодействие и легко распадались. Но попадая в атмосферу, ХФУ постепенно перемещались в стратосферу, где разрушались под воздействием солнечного ультрафиолетового излучения, высвобождая высокореактивные компоненты ХФУ, которые быстро поглощали естественный "озоновый слой". Этот озон блокировал большую часть солнечных ультрафиолетовых лучей, не позволяя им достигать поверхности планеты. Исследования показали, что если не принять меры, то истощение озонового слоя приведет к значительному росту заболеваемости раком кожи и, в конечном итоге, к слепоте всех организмов, имеющих глаза, что представляет собой катастрофическую
