Читаем без скачивания Крылья любви (СИ) - Боброва Екатерина Александровна

Мысли повернули в сторону поцелуя. Высочество… как без него. Она тоже хороша. Где пощечина? Где, спрашивается, хотя бы гневная отповедь? Даже козлом не обозвала. Стояла, хлопая глазами и дыша, точно вытащенная на берег рыба. А внутри плавился жидкий мед, и хотелось одного – продолжать. Вжаться в его тело, ощутить крепкие руки на спине, горячее дыхание на коже. Услышать: ты – моя и только моя.

«Дура» – застонала, спрятав лицо в ладонях. Что творишь? По ком сходишь с ума? Он раздавит, и не заметишь. Зачем, ну зачем он встретился ей на пути! Зачем заглянул в глаза, зачем назвал своей?

Все только начало складываться… Танкреш. Милый, заботливый, внимательный и понимающий. Он ведь ей действительно нравился, и с ним ей было хорошо. Без бабочек в животе, без огня в крови и сладкого тумана в голове. Было хорошо и надежно. Они бы нашли компромисс между её желанием учиться и его кланом. Взрослые люди, что-нибудь придумали бы.

А какие компромиссы возможны с высочеством? Спишь на левой половине кровати или на правой, вот, пожалуй, и все.

– Леди? – стук в дверь, и она разрешает войти.

– Ваш ужин, – мужчина поставил поднос на столик, повернулся, чтобы уйти, и вдруг опустился на колено. – У вас царапина, позвольте, я помогу?

Она подняла глаза и замерла. Лицо ей было незнакомо. Рыжие, коротко стриженые волосы, нос картошкой, полные губы, но глаза! Этот легкий прищур и умный, понимающий взгляд. Она определенно сходит с ума и начинает видеть лорда Сюррен в каждом мужчине!

– Я могу исцелить, – мужчина протянул руку, но девушка покачала головой.

– Царапина заживет сама.

– Хорошо, – не стал настаивать он. Поднялся, чтобы уйти: – Но я все же советовал бы дойти до целителя.

Шаги, звук открывающейся двери.

– Танкреш? – прошептала Кэсси, спиной чувствуя, как замерла дверь, и вдруг мужские руки опустились ей на плечи, подняли, развернули к себе.

– Я знал, небо моей души, ты догадаешься.

Глаза лорда сияли торжеством.

– Прости за маскарад, но иначе его высочество не допустил меня на свою яхту.

– Но как?

– Универсалы помогли. Знаешь, ты была права, когда стремилась сюда. За такими, как ты – будущее. Вы можете то, что нам и не снилось. Это всего лишь иллюзия, но какая качественная! Даже хозяин неба не смог меня разглядеть! Для всех я сейчас огневик. Самому не верится. Но главное – мы вместе.

И он прижал девушку к своей груди.

Противное чувство собственного предательства ржавчиной разъедало сердце, и на душе Кэсси стало тошно от двуличия. Нет, это не может больше продолжаться. Она должна признаться. Должна сказать, что не может больше доверять себе. Что теряет голову в присутствии другого мужчины.

– Танкреш, – Кэсси отстранилась и замерла, не смея поднять глаза. И внезапно оказалось, что слова закончились. Она не могла подобрать ни одного, кроме единственного: – Прости.

– Тссс, – её снова прижали к себе, – не говори ничего. Мы справимся. Обязательно справимся, я обещаю. Ты снова будешь свободной и тогда сама решишь, с кем остаться. Даю слово Сюррен, у тебя будет свое небо, которое ты разделишь с любимым.

В глазах защипало, и Кэсси прикусила губу, чтобы не расплакаться. Ну почему нельзя полюбить за благородство?

– Ничего не получится, – прошептала, спрятав лицо на его груди, – я не хочу, чтобы ты пострадал из-за меня. Возвращайся. Защищай свой клан. Найди нормальную женщину, которая станет астианой. Не жди меня, Танкреш. Боюсь, я не смогу стать твоим небом.

Тяжкий вздох прошелся по волосам. Кэсси ласково погладили по спине.

– Жизнь научила меня, Кэсси, что женские крылья подобны воде. Сегодня они поникли от печали, завтра трепещут от радости, а послезавтра застыли льдом разочарования. Я буду ждать, моя маленькая леди, и защищать. И всегда буду рядом, пока не прогонишь.

Легкий поцелуй коснулся волос, а потом она осталась одна. Одна в целом небе, наполненном сомнениями и тревогой.

Хотелось плакать, но глаза остались сухими. Хотелось уйти, убежать от самой себя, но жизнь клеткой удерживала на месте. Куда бежать? Её чувства останутся вместе с ней, где бы она ни оказалась.

Из всех, с кем она была близко знакома, лишь Лейнар не обманывал и никогда не скрывал своих планов касательно нее. Не делал туманных обещаний, как Танкреш. Не сорил красивыми словами. У его высочества все было предельно четко и ясно: постель, а там посмотрим.

Но сейчас Кэсси мучили подозрения – не слишком ли много усилий ради удовольствия? Не заигрались ли они оба в охоту, что та превратилась в нечто большее? Впрочем, она могла рассуждать только со своей стороны, в голову Лейнара ей не влезть.

Повздыхала, пострадала и пошла спать. Утро, как говорится, светлее для затуманенных мозгов.

Проснулась от нехватки воздуха. В носу отчаянно свербело, а лицо прижималось к чему-то теплому и пушистому. Отвернулась, с наслаждением делая глоток воздуха. Хорошо-то как! И что же захватило часть её подушки – рука пошарила в темноте – устроив на ней свою наглую рыжую, эм, спину!

Осознала и замерла, представив, как его когти проходят по горлу. Рыжий тоже напрягся, уютное сопение прекратилось, и в каюте повисла душная, липкая тишина.

Кэсси лежала ни жива ни мертва, костеря себя почем зря. Ну какого она забыла закрыть окно! И какого этот приперся в её постель спать! Другого места не нашлось?

Ну не убил же, хотя мог. И так уютно сопел у нее под боком…

Серый рассвет заглядывал в каюту, наполняя комнату призрачными, но вполне различимыми чертами.

Она медленно повернула лицо. Взгляд встретился с зелеными глазами. И девушка вдруг поняла – кошак боится. Отчаянно боится её страха, недоверия: прогонит – и прощай халявное мясо! А ему так надоело быть ничейным. Жить в клетке, которая больно бьет по крыльям, если поднимешься слишком высоко. Жить, не видя неба. Не зная, что такое дождь, снег и ветер. Жить, не ведая свободы.

Кэсси затаила дыхание – чужие эмоции пробивались к ней, словно далекие голоса сквозь стену. И смесь жалости, понимания и любви потянулась из сердца, затапливая душу.

Она осторожно, все еще сомневаясь, протянула руку, коснулась короткой жесткой шерсти и провела по ней.

Зеленые глаза исчезли – кошак зажмурился, а потом задышал ровно, расслабляя лапы и упираясь ими девушке в плечо. Завозился, сполз ниже, устраивая голову у нее подмышкой.

Кэсси улыбнулась, ощутив теплое дыхание на коже.

– Спи, хулигашка, – прошептала, почесывая рыжего за ухом.

Полежала еще немного и встала. Каштир сонно поднял голову, а потом развалился шире, заняв половину узкой кровати. Кэсси снова улыбнулась. Рыжая наглость ухитрилась поселиться теплом в сердце и убираться оттуда не собиралась. Ну и пусть! Она не против.

Девушка быстро привела себя в порядок и вышла на палубу.

Здесь властвовал густой туман, настолько густой, что не видно было даже мачты. В тумане тонули и корма, и нос корабля. Было сыро и холодно. Стылый воздух заставлял пожалеть об оставленной теплой постели с рыжим соседом под боком.

Кэсси практически на ощупь сделала пару шагов, когда из белого киселя впереди проявилась темная фигура.

– Где мы? – спросила шепотом, словно туман съедал звуки.

– В северных княжествах, – так же шепотом ответила фигура голосом Ханнара.

– Уже прибыли? – она встала рядом, облокотившись о поручень. За бортом практически без движения висело плотное серое облако, и казалось – мир исчез, покинув их в одиночестве среди мельчайших, повисших в воздухе капель.

– Час назад. У его высочества самый быстрый корабль в Верхних мирах, – в голосе Ханнара прозвучало явное уважение, – остальные опаздывают часов на семь, не меньше.

– А почему именно северные? Мы же ищем врагов, а вас желают свергнуть с неба все Нижние миры без исключения.

– Нас, Кэсси, нас, – поправил её водник, – но мы ищем не только тех, кто хочет, а еще тех, кто может это сделать. Северные давно на нас зубы точат, а с тех пор, как верховным стал князь из рода Ликторнов, у них отросли еще и когти. По сведениям его высочества, княжества активно собирают силы, закупают оружие, припасы, завлекают наемников золотой монетой. Они явно готовятся к большой заварушке, и есть подозрения, что к нашей.