Стинко сказал вслед за ней:
– Марк, извини, но я тебя разочарую, Хейн был какое-то время учителем Эклера, но только не моим. Так что это скорее я являюсь его учителем. Ну, да, ладно, ребята, теперь вы, можно сказать, знаете, кто мы такие, а потому давайте делать вид, что мы простые сосунки, которые прилетели на Смирно только для того, чтобы ухватить птицу по имени Счастье за хвост. Правда, меня берёт некоторое сомнение, Марк, как вы и мы теперь сумеем объяснить всем, что такой старый копатель арвида, как ты, вдруг, воспылал любовью к каким-то сосункам.
Старый робот откликнулся на это весёлым голосом:
– А тут и гадать особо нечего, Шторм! Копатели всегда хорошо относятся к тем мягкотелым, которые сами смогли выйти из пустыни в хорошую погоду и добраться до неё на флайере тогда, когда начинает дуть сильный ветер и я не исключение. К тому же вы оказались очень толковым парнями и привезли с собой то, что роботы ценят более всего. Пока мы тащили "Букашку" к нашему ангару, друзья мне по радио все уши прожужжали, вы ведь привезли с собой не только свежие сплетни про мягкотелых, но и массу файлов содержащих самую свежую научную информацию, причём такую, которая очень полезна на Смирно. Так что теперь любой робот встанет на вашу сторону, если кто-то начнёт вас задирать по подлому или захочет устроить вам какую-то пакость. Здесь такое частенько случается. На моих друзей вы можете положиться полностью, они все члены команды Пересмешника, а его друзья, это наши друзья. Ну, а чтобы у вас не было никаких проблем на улицах города, я советую вам вылетать из ангара на моих микрошниках и тогда все старожилы Смирно будут относиться к вам, как к нормальным работягам.
Стинко кивком головы поблагодарил робота, подтащил к себе небольшой столик и достал из кармана гравифон, замаскированный под плеер и положил его на столик, после чего привёл это устройство связи в рабочее состояние и вызвал Хейна Расула. Тот в это время находился у себя дома, в кабинете своего роскошного графского замка и потому вышел на связь без промедления. Над столиком немедленно появилось его голографическое изображение и Стинко тотчас принялся ему выговаривать:
– Хейн, ты хотя и архангел, но при этом раздолбай просто редкостный! Какого чёрта ты послал письмо Марку, что мы появимся на Смирно со дня на день, а мне при этом не сказал ни полсловечка? Тебе что, было трудно заглянуть к нам, когда мы были на Кругляках? Ну, и что я теперь должен делать, умник? Ты ведь в курсе того, с какой миссией я здесь нахожусь. Как ты советуешь мне теперь поступить с Марком и его друзьями?
– Как, как? – Воскликнул смеясь Хейн – Забрать с собой, вот как! Извини, Динозавр, но для меня это единственная возможность заставить этих упрямцев покинуть Смирно и сделать их всех нормальными людьми. – Встав из-за стола, отчего его стало видно во весь рост, он громко приказал – Марк, пока я буду спускаться вниз, быстро собери нуль-транс и включи его, я буду у вас через несколько минут.
Марку Голубому Кроту даже не пришлось повторять приказ Пересмешника. Роботы бросились врассыпную и стали доставать из своих загашников какие-то железяки, которые будучи собранными вместе образовали собой довольно страшноватый на вид, но весьма мощный нуль-транс и Стинко сразу же стало ясно, каким именно образом этот архангел стал миллиардером. Не прошло и десяти минут, как Хейн Расул, одетый по-домашнему, появился на Смирно и поскольку ему уже не нужно было шифроваться, показал своим друзьям, на что способны Вечные, то есть лёгкой, стремительной походкой поднялся по лестнице на подиум и принялся здороваться со всеми. Дольше всех он обнимался и целовался с Ласковой Иури, пока Гару это не надоело и тот не рыкнул на него сердито:
– Парень, сделай три шага назад! Твой поезд уже уехал.
Стинко ухмыльнулся и сказал:
– Так-так, теперь мне понятно, как со Смирно вывозится левый арвид и откуда у тебя такие бабки, Хейн.
– Ну, как любит говорить твой папаша, Стинко, с трудов праведных не наживёшь палат каменах. – Ответил ему громко смеясь Пересмешник – Надо же мне было как-то зарабатывать себе на жизнь. К тому же учти, Стинни, я всегда сражался с чёрными стрелками в одиночку, а это такие твари, с которыми и Гнилой Погреб не может справиться вот уже сколько сотен тысяч лет. Поэтому Юм и простил мне все мои грехи оптом.
Снежок тут же заулыбался и подтвердил:
– Хейн, тут один парень недавно толковал о твоём благородстве и, представь себе, я с ним полностью согласен, хотя ты нас всех очень здорово подставил на Смирно. Видишь ли, старина, Стинко опять изменил свой первоначальный план. Теперь он решил спереть со Смирно огромную партию терзия, но представить всё так, будто кто-то нас всех угробил, жахнув по "Тандербёрду" из какой-то жуткой пушки и упёр весь тот металл, который мы на нём перевозили. Естественно, что при этом всё будет говорить о том, что вся эта афёра была устроена именно нами и в галактике появится новая команда жутко борзых, молодых чёрных стрелков, которые ищут покупателей на терзий. Как тебе его план?
Все роботы, включая Большого Генри взлетели в воздух и сгрудились вокруг помоста, а Ненси Вишенка так и вовсе тотчас пристроилась на широкий подлокотник кресла, на которое сел Хейн, и даже стала тихонько стрекотать от радости, перебирая самым маленьким своим манипулятором волосы архангела. Тот подумал несколько минут и сказал:
– План у вас хороший, ребята, но для того, чтобы всё у вас получилось, вам нужно дождаться, когда на Смирно прилетят какие-нибудь серьёзные господа. Тогда всё будет выглядеть так, словно вы выхватили у них кусок из пасти и они сами вас найдут. У вас сейчас имеется такая посудина, которая внушит к себе уважение любому, даже самому зажравшемуся типу…
– Хейн, откуда тебе стало известно о "Европе"? – Перебив старшего (на добрых пять тысяч лет) товарища, задал сердитым голосом свой вопрос Стинко?
– Далась мне твоя "Европа"! – Воскликнул Хейн – Я говорю сейчас не об этой громадине, а о той неказистой хреновине, которую слепил со своими дружками настоящий Дуглас Трой.
– Так тебе и это известно? – Завопил во весь голос Стинко и в волнении вскочил на ноги – Нет, я точно разозлюсь и взорву это чёртово Звёздное королевство, на котором ничто нельзя сохранить в секрете! Хейн, пока ты не расскажешь мне, откуда тебе всё это известно, можешь считать, что ты находишься под арестом. В общем давай, старина, колись ровно на две половинки.
Пересмешник примирительно поднял вверх руки и опять громко рассеявшись, воскликнул:
– Стинко, успокойся, не кипятись! Парень, не забывай о том, что я чуть ли не единственный архангел, который наотрез отказался перейти в команду Сорквика. Ну, а поскольку я не потерял своего самого главного качества, любопытства, то иногда слоняюсь по всему Золотому Анталу и примечаю что в нём происходит нового. К тому же, парень, у меня имеется точно такой же жетон прокурора, как и у тебя, а потому хватит глядеть на меня волком. Если бы ты не был таким занудой, то взял бы и предложил мне войти в твою команду. Сейчас это, конечно, сделать уже невозможно, но я вполне мог бы присоединиться к Земану и Энджелу, которые скучают вдвоём на "Европе", которую вы оставили в двенадцати световых годах от Смирно. Ну, а если я понадоблюсь тебе здесь, ты только свистни. Кстати, моих железных друзей тебе точно придётся забрать с собой на "Тандербёрде" и какое-то время они будут числиться пропавшими без вести или того хуже, погибшими, а потом, когда мы разыщем Оливера Стоуна, к которому нас приведут чёрные стрелки, они благополучно вернутся. Во всей этой твоей затее есть только один изъян, Стинко, те ребята, которые копали арвид, потеряют свои деньги безвозвратно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
