Враг появился в самое подходящее для вора время – перед рассветом, когда гаснут на небе звёзды и пропадает с небосвода луна, когда даже у самых бессонных людей глаза начинают сами собой слипаться. Светил только один потухающий костёр едва-едва освещал поляну и избушку. Бобрыня вовремя поднял голову, чтобы увидеть, как за короткий отрезок времени одна за другой вырываются из кустов четыре горящие стрелы, и втыкаются в крышу и стену избушки. Но и Бобрыня правильно определил место, откуда десятник стрельцов будет атаковать. Заранее определил. И сразу же послышался треск кустов с двух сторон. Дружинники тоже увидели горящие стрелы, и бросились к десятнику Парвану, чтобы захватить, и не дать больше ни разу выстрелить.
– Заруба! – крикнул Бобрыня, но сотника вагров к утру, похоже, сморил сон. – Заруба!
Сам Бобрыня уже к избушке бежал, чтобы сбить зачавшееся пламя с крыши, и краем глаза заметил, что сотник Заруба после второго окрика из шалаша всё же выскочил, и тоже сразу всё понял. Но у дверей самой избушки их ждало неожиданное. До того, как перейти на дистанцию стрельбы, десятник Парван хорошо использовал тёмное время, и подпёр дверь снаружи толстенным суком, подобранным в лесу. И выйти из избушки, если не подоспеет помощь, было бы сложно.
Расчет Парвана прочитался легко. В своём умении стрельца десятник нисколько не сомневался. Он подпёр дверь, занял позицию, позволяющую ему стрелять туда, куда ему заблагорассудится, и позиция эта находилась на расстоянии, достаточном от шалаша, что позволяло не беспокоиться особо. Поджёг избушку, и ждал, когда из шалаша выскочат дружинники, чтобы при слабом свете потухающего костра расстрелять их раньше, чем они добегут до него. А побегут к горящей избушке – тем паче расстрелял бы. План оказался сорванным из-за предупреждения Зарубы и предусмотрительности Бобрыни.
Два сотника быстро освободили дверь, и сбили зачавшееся пламя. Но зайти в избушку не решились, ждали, когда жалтонес Рунальд сам к ним выйдет, пожелав понять причину шума. Но «пень с бородой» не вышел, и сотники зря долго простояли перед дверью в ожидании и недоумении. Из этого состояния их вывели дружинники. С тропы показался Телепень, тащивший на своём широком костлявом плече что-то мешкообразное и непонятное, бестолково извивающееся. Остальные дружинники торопливо шагали рядом, возбуждённо разговаривая. Только когда дружинники оказались ближе, сотники разглядели, что Телепень тащит спина к спине, просто ухватив того за голову, стрелецкого десятника. Парван, задыхаясь, трепыхал в воздухе ногами и связанными руками, но вырваться из сильных рук воя не мог.
– Вот он, злыдень…
Телепень бросил десятника под ноги сотникам. Но тот и лёжа на земле продолжал извиваться, как червь, изгнанный из земли струями дождя.
Заруба наступил Парвану на одну руку, прижимая к земле, Бобрыня наступил на ногу.
– Угомонись… И не трясись так, а то язык откусишь. Без языка ты нам не нужен – живого в костёр бросим, и валежником завалим… Не всё другим гореть… – кивнул сотник через плечо на избушку.
– Подождите. Отдайте-ка его мне. Я сам с ним поговорю, – вдруг раздался из-за спин голос жалтонеса Рунальда. – Он мне нужен.
Жалтонес вышел, значит, есть новости…
КОНЕЦ ПЕРВОГО ТОМА
Сноски
1
Отождествление варягов с норманнами произошло по вине немца, не знающего русского языка, тем не менее, ставшего академиком Санкт-Петербургской академии наук – Теофила Зигфрида Байера (1694–1738), основателя норманистской теории в русской истории. Между тем русские исследователи, в том числе и М. Ломоносов, считают, что для такого отождествления нет никаких оснований. Варяги – это часть славянского племени руссов, основным промыслом которых было солеварение. Соль варили именно варяги, и в разные страны отправляли свои караваны. И рукавица, которой с помощью шеста мешали отвар, называлась варежка. Автор поддерживается этой же концепции.
2
Кекки-саари – карело-финское название Кукушкиного острова; крепость Карела, согласно древнерусским рукописям из архива Татищева, была построена словенами на острове между двумя рукавами впадающей в Ладогу реки Вуоксы, рядом со столицей края городом Бьярма, впоследствии крепость была захвачена шведами и переименована в Кексгольм. Ныне это город Приозёрск в Ленинградской области; Бьярмия – обширный и богатый край к северу и к востоку от словенских земель, от этого названия произошло название современной столицы этого края города Перми, хотя сейчас Пермь относится совсем к другому региону – к Уралу. Но вызывает удивление, как далеко распространяли свое влияние раннесредневековые славянские города-государства. (Автор умышленно избегает использования понятия «древнерусские», потому что рассказывает о событиях, которые в Европе однозначно трактуются, как время раннего средневековья, а к Древнему миру относятся дремучие времена Древней Греции и Древнего Рима, когда человечество еще стояло у истоков создания цивилизации. И называть период, о котором идет в романе речь, древним, значит, унижать своих предков.) И это при полном отсутствии дорог и других средств коммуникации.
3
Десятый день овсеня по ведическому календарю соответствует тридцатому ноября. Обычно в северных широтах это уже считается зимой.
4
Эпизод из ведических мифов, соответствует у славян окончанию сезона осенних свадеб.
5
Два дня накануне новолуния и два дня после новолуния луну на небе не видно. Эти дни у греков называются днями Гекаты. Славянское название этих дней до нас не дошло. В этот период обретают особую мощь силы зла.
6
Ошкуй – древнее славянское название белого медведя.
7
Сирнане – то же самое, что зыряне, то есть, объединяющее название народов коми и пермяков.
8
Лоси, в отличие от лошадей, лягаются не задними, а передними копытами. Известны случаи, когда лось ударом переднего копыта в лоб убивал медведя.
9
Зверовики – охотники.
10
Спехи – духи, помогающие человеческим делам.
11
Войномир – князь варягов-русов, как и словенские князья, историческое лицо, участвовал в походе Карла Великого против аварского каганата, и заслужил в средневековых рукописных источниках высокую оценку своим полководческим талантам. Родомысл – бог мудрости, благих советов, дающий красноречие и направляющий к правильным поступкам. «Возносящий дары Родомыслу» – умный.
12
Мара – богиня болезни и смерти.
13
Ведающий мёд – ведмедь. К сожалению, до нас не дошло в первооснове славянское слово, которым именовали медведя. Произошло это потому, что славяне предпочитали не называть его своим именем, чтобы не привлечь зверя к себе, и звали иносказательно – «хозяин», «ведмедь», «медведь» – мёд ведающий. Кстати, то же самое произошло и в языках многих северных и таёжных народов, населяющих современную Россию.
14
По славянскому обычаю голову невесты на свадьбе посыпают зерном, олицетворяющим плодовитость.
15
Доля – богиня удачи.
16
Рататься – биться, воевать, водить рати.
17
Свеи – шведы.
18
Князь Бравлин Второй, правитель княжества вагров со столицей в Старгороде. Долгое время выдерживал борьбу против Карла Великого и живущих поблизости саксов. Известен по средневековым хроникам, как пресвящённый правитель, книжник, покровитель ремёсел и искусств.
19
Ильмень-море – озеро Ильмень, по оценкам современных гидрогеологов, имело значительно более высокий уровень, нежели сейчас, и, согласно некоторым летописным источникам, называлось морем. Вероятно допустить, что не Балтийское море называлось новгородцами Варяжским, а именно озеро Ильмень (по версии действительного члена Фарерской академии наук и литературы Генриха Анохина), поскольку варяжским промыслом занимались именно жители Русы.
20
Согласно древнерусской рукописи «Сказание о Славене и Русе», города Славен (ныне Великий Новгород) и Руса (ныне – Старая Русса) основаны в 3099 году от сотворения мира, то есть, в 2409 году до н. э. В настоящее время практически все события, указанные в «Сказании о Славене и Русе» нашли многочисленные подтверждения в византийских, европейских и арабских источниках. Благодаря стараниям ярого сторонника «норманистской» теории в истории Руси Карамзина, безосновательно утверждающего, что эта рукопись фальшивка, она была на долгое время забыта. Другой историк, почти современник Карамзина, обрусевший немец Егор Классен, больший русский патриот, чем потомок татарского «Черного Мурзы» Карамзин, справедливо упрекает классика русской истории в подтасовке фактов.
