светиться, размахивая такими бумагами на каждой станции, ну это вообще не наш метод, операция то строго секретная, пусть такой и остается. Мы пошли своим обычным путем.
ФСБ-шный вертолетчик, старлей Жепня Евсеенко, после полетов в мире 1914-го года бил копытом от нетерпения, от желания продолжить свои полеты. А после того как наши вояки откуда-то достали работоспособный российский К-226, когда-то купленный для нужд Министерства обороны РФ, Женя на время, необходимое для приведения машины в надлежащий вид, затих, а сейчас был готов к великим свершениям. Для выполнения задания вертолет оснастили дополнительными баками и загрузили в него резервный пространственно-временной маяк, по которому мы должны были переместиться в Крым 1914-го года.
Маяк, который обслуживал наш продуктовый поток в Киеве, погрузили в неприметный грузовичок, вывезли подальше от города и поздно вечером установили на пустоши, подальше от всех населенных пунктов. В темноте, открыв по маяку портал, на специальной платформе выкатили вертолет в мир 1914-го года. Женя Евсеенко еще раз осмотрел все узлы, запустил движки, прогрел систему, раскрутил лопасти, и, аккуратно подняв машину над землей, скрылся в темном небе, взяв курс на Севастополь.
За отведенное время пока Евсеенко возился с вертолетом и летел в Крым, мы показывали Келлеру и Колчаку мир будущего. Поездка по замороженному и мертвому городу будущего, конечно, произвела гнетущее впечатление на гостей. Многоэтажные здания с пустыми оконными проемами, многочисленные остовы сгоревших машин и главное, черный снег. Жуткое зрелище.
Для закрепления эффекта, переодев гостей, мы их сводили в мир 1942-го года. Ну, там менее красочно, чем в нашем мире, но все равно тоже пробирало. Они побывали в Ленинграде, где все еще оставался один из маяков, с помощью которого мы настроили портал и снабжали город продуктами и вывозили люде. Город, с которого только-только сняли блокаду, тоже производил неизгладимое впечатление. И Келлер и Колчак только недавно покинули Петроград 1914-го года и могли вполне объективно сравнивать. Посмотрев на последствия, они прониклись, реально прониклись, ощущая всю историческую трагедию нашей Родины.
Ну и пока было время, до выхода в мир 1914-го года в Крым, выделил им отдельное помещение в специальном ангаре, нагрузил их фильмами, историческими материалами, выписками из различного рода картотек и по участникам, как Белого, так и Красного движения. Особый акцент делался предательство «союзников» и на откровенную политику двойных стандартов.
Ну, сутки они провели очень плодотворно. Келлер как и раньше прорабатывал опыт армейских операций по глубоким прорывам и рейдам по тылам противника конно-механизированных соединений, а чуть позже переключился и на десантные операции и в частности использование вертолетов для тактических десантов. Это был его стиль — волевые скоростные маневры, удары, налеты. Натиск, скорость, неожиданность, и тут наши технические возможности давали ему широкое поле деятельности.
А вот Колчак, конечно, помимо военно-политической истории России и Советского Союза, интенсивно впитывал все, что можно было накопать по военно-морским силам. История кораблей и вооружения, практика применения, сильные, слабые стороны, операции, командный состав, развитие, новые средства и то, что мы можем ему предоставить для использования в мире 1914-го года. Особенно его интересовали его операции на Балтике, где он раскрылся как высококлассный специалист по минному делу. Но сейчас для него был первый экзамен, на право работать в нашей команде — полное изменение результатов операции «Севастопольская побудка», и Александр Васильевич это прекрасно понимал. Поэтому все возможные нюансы операции он прорабатывал очень тщательно и тут они с Дегтяревым, который тоже увлекся процессом, спелись как два брата близнеца. Я так, фактически через плечо заглядывал в их наработки и тихо посмеивался. Мне тоже хотелось поучаствовать, но тут практически все встали на дыбы, и пришлось согласиться с ролью руководителя операции, но не более того. Даже пальнуть из ПТУРа во вражеский миноносец мне не позволяли, вот где обида, но ничего придется соответствовать образу бравого генерала-победителя.
А Колчак, получив полный карт-бланш, естественно при условии соблюдения условий операции прикрытия, разошелся не на шутку. По совету нашего неуемного земноводного полковника Колчак запросил и средства связи, для оперативного управления миноносцами, подводными лодками и артиллерией, и вполне доступные гражданские радары для яхт и катеров, которые в этом времени будут прямо чудом чудесным для разведки. Поставив те же килловатные «Гармины» или «Реймарины», можно заглядывать за горизонт миль на сорок, что для местного технического уровня реально запредельные расстояния для обнаружения надводных объектов.
Когда Женя Евсеенко долетел до Крыма, мы уже были готовы. Он приземлился еще в темноте, пользуясь прибором ночного видения, недалеко от проселочной дороги, в районе Бахчисарая, по которой можно было спуститься на автомобилях на наезженный тракт, и потом уже вполне спокойно доехать до Севастополя. На ту сторону сразу вышла группа охраны, как это у нас принято при первом открытии портала на незнакомой местности, и убедившись что все спокойно, запустили пару беспилотников с тепловизорами, осматривать прилегающую территорию. И уже после того как от них было получено добро, уже пошли и мы выход.
То, что касается местного автотранспорта, мы уже давно неплохо подготовились. Еще в Петрограде ребята Дегтярева увели новенький легковой Benz, принадлежащий какому-то еврею-банкиру, попавшему в наше поле зрения в связи с попытками саботажа поставок хлеба НЭК. С банкиром то разобрались, нарисовав во лбу третий глаз люгеровского калибра, чтоб другим неповадно было, и машину отдавать не стали, заранее озаботившись созданием местного автопарка, не все же время раскатывать на бронированных «Тиграх» и на бронетранспортерах.
Чудо немецкого автопрома разобрали, перемерили, и сделали две точные копии уже на нашей технологической базе. Мощная рама, с укрепленным передним бампером, способным при необходимости в некоторой степени сносить препятствия, новый мощный движок из нашего времени, ну и вся внешняя декорированная оснастка была из пуленепробиваемых броневых листов. В общем, в случае огневого контакта с использованием только местного стрелкового оружия, эти машины по факту защиты ничем не отличались от разрабатываемых броневиков, только это было большим секретом. Ну а в качестве грузовиков мы использовали два трофейных немецких Opel Blitz, которые еще в памятном 1941-году тогда еще целый капитан НКВД Зимин поназахватывал у немцев и как хомяк утянул в свое время. Вот мы парочку так же переработали и решили использовать — все равно в этом времени столько различных производителей, что среднестатистический человек просто не сможетопределить чуждость этого транспорта этому временному периоду.
Раним утром, недалеко от Бахчисарая по проселочной дороге медленно продвигалась весьма примечательная автомобильная колонна. Впереди ехали два легковых германских автомобиля Benz, с опущенными крышами, причем было видно, что и за
