покорить Паркера. Блер и без того очень симпатичная девчонка, но Бен верно отметил, что если ее нарядить и накрасить, то она будет просто конфеткой.
— Стоп, минутку! — встряхивает головой Ракель и кладет одну руку на талию. — Откуда ты знаешь, что я говорила с Блер насчет ее внешнего вида? Я вроде бы не говорила тебе об этом!
— Просто проходил мимо ее комнаты и услышал, как вы разговаривали о девичьих секретах, — с невинной улыбкой отвечает Терренс. — Конечно, об искусстве соблазнения вы не говорили, но наша служанка очень много расспрашивала тебя про всякие модные штучки, тренды и всякое такое.
— А тебе-то чего? — с тихо усмешкой удивляется Эдвард. — Дай ты девушкам посекретничать между собой! Ну поговорили немного о шмотках и прическах — что такого! Ты прямо-таки возбудился, я смотрю.
— Мне неинтересно, что они обсуждали. Мне просто важно понять, говорили ли Блер и Ракель о Бенджамине. Хотя я давно догадывался, что она неспроста стала так наряжаться и вместе с Виолеттой ходить по магазинам в свободное время.
— А ты делаешь выводы только по тому, как девушка выглядит? — удивляется Ракель.
— Ох, Ракель, не надо притворяться, что ты ничего не понимаешь. Эта девчонка точно должна была сказать тебе, зачем ей все это было нужно. Уж точно не для того, чтобы покрасоваться перед своей матерью или младшим братом.
— Боже, Терренс, да оставь ты эту девушку в покое! — устало говорит Наталия. — Пусть твой приятель сам разберется в своем отношении к ней. Да и она пусть разберется в своих чувствах без твоего участия.
— Да! — восклицает Ракель. — Мы уже поняли, что тебе понравилось играть роль свахи, но больше ты этим двоим не нужен. Ты понадобишься Бену, когда ему будут нужны советы по поводу того, как сохранить и укрепить отношения.
— Ой, да ну вас всех! — машет рукой Терренс, снова уставив свой взгляд в телефон. — Ничего не понимайте!
— Что, братишка? — хихикает Эдвард, скрестив руки на груди. — Боишься признавать свое поражение в споре, который мы с тобой затеяли очень давно.
— Чего? — Терренс удивленно смотрит на Эдварда. — Какой еще спор?
— Я что-то не помню, чтобы вы затевали спор, — качает головой Ракель.
— Да, а вот мы с Эдвардом очень хорошо помним про него, — с загадочной улыбкой отвечает Наталия.
— Ага, — с хитрой улыбкой кивает Эдвард. — Помним, как ты утверждал, что Паркер не перестанет быть бабником, если влюбится в Блер. Ты был уверен, что он не перестанет менять девчонок как перчатки.
— Ну а твой братец предложил спор, на который ты согласился.
— Мы поспорили на желание: проигравший делает то, чего хочет выигравший. — Эдвард хитро улыбается и гордо приподнимает голову. — В данном случае победитель — я!
— И ты также добавил, что если бы заключил спор с Даниэлем или Питером, то они могли предложить тебе что-то реально безумное. Из-за чего ты бы прибил их. Так же, как Паркер сейчас мечтает прибить тебя.
— Эй, голубки, что за чушь вы несете? — возмущается Терренс. — Вроде на улице сейчас холодно, чтобы перегреваться на солнце. Или вы опьянели от любви?
— Что, неужели совсем не помнишь? — хитро улыбается Наталия.
— Я не помню, что затевал подобный спор! Да и как я могу помнить то, чего не было?
— Это было, милый мой, было. На том ужине, на котором мы с Эдвардом притворялись, что все хорошо.
— А вот я что-то припоминаю подобное… — задумчиво признается Ракель.
— Ну вот, Кэмерон вспомнила, — отмечает Наталия.
— И ты, Терренс, похоже, проиграл. Эдвард выиграл.
— А значит, у меня есть шанс немного поводить Терренса на поводке и заставить делать то, что я хочу, — хитро улыбается Эдвард, радостно потирая руки.
— Слушайте, вы трое! — хмуро бросает Терренс, немного занервничав и переминается с одной ноги на другую. — Вы что, сговорились против меня, пока я разговаривал с врачом Питера? Вас нельзя оставлять одних!
— Нервничает МакКлайф, нервничает… — хитро улыбается Ракель, скрестив руки на груди.
— Да чего вы пристали ко мне! Я не понимаю, о чем вы говорите!
— А вот мне кажется, что ты очень даже хорошо понимаешь, — с хитрой улыбкой раскусывает своего брата Эдвард, расставив руки в бока. — Просто ты не хочешь исполнять мое желание и признать свое поражение надо мной. Ведь это ударит по твоей завышенной самооценке! Как так! Я проиграл спор своему мелкому братцу и теперь буду вынужден плясать под дудку этого сопляка! Да это немыслимо! Ты ведь об этом сейчас думаешь? Я угадал?
— Неправда!
— Ах, Терри… Ты можешь отпираться сколько угодно, но на твоем прекрасном личике все очень четко написано. Да и не забывай, что я читаю тебя как открытую книгу и могу легко угадать, что находится в твоей голове.
— Знаешь, спиногрыз, ты нравился мне гораздо больше, когда был тихим и скромным мальчиком.
— Не переживай, приятель, выиграешь в другой раз, — с легкой улыбкой говорит Наталия, похлопав Терренса по плечу. — Умей признавать поражение и уступать выигравшим.
— Ты сам говорил, что ошибки совершает каждый, и никто из нас не идеален, — добавляет Ракель, погладив Терренса по спине.
— Вот и признай, что проиграл, потому что Бенджамин все-таки влюбился в Блер и выразил готовность меняться к лучшему ради этой милой девочки.
Терренс сначала закатывает глаза, а затем резко расслабляет плечи и устало стонет со словами:
— Ох… Ну хорошо! Так и быть — признаю поражение!
— Вот и умница! — хитро улыбается Эдвард. — Можешь же, когда захочешь.
— Заткнись, крысеныш!
— Настало время исполнять мои пожелания.
— Ну и чего ты от меня хочешь?
— С этого и надо было начинать.
— Не беси меня, Эдвард!
— М-м-м… — Эдвард с хитрой улыбкой закатывает глаза, не скрывая своей маленькой радости. — Знаешь… Пожалуй, я пока что пожалею тебя и не буду загадывать желания. Оставлю свое право на него на потом. Когда найду способ заставить тебя покорячиться, чтобы сделать меня счастливым.
— Ох, ну и на этом огромное спасибо!
— Живи и радуйся жизни, крутыш! — бодро говорит Эдвард, хлопает Терренса по спине и сжимает его плечо. — Твой братик не станет мучить тебя сейчас. Подождет еще немного.
— Да отвали ты! — бросает Терренс и отходит в сторону.
Эдвард ничего не говорит и лишь хитро смеется, расставив руки в бока. Терренс же резко проводит рукой по своим волосам, переводит взгляд на мобильный телефон в своих руках и слегка хмурится.
— Черт, так я и знал, что этот романтик где-то пропал со своей подружкой! — уверенно говорит Терренс.
— Даниэль не отвечает? — интересуется Ракель.
— Ни на звонок, ни на сообщение. Ни мобильный, ни домашний.
— Может, объявится позже? —
