Читаем без скачивания Блуждающий Трактир (ЛП) - "pirateaba"

«Пока не увижу – не поверю». — Иронично, но в моём случае мне нужно было почувствовать это или хотя бы услышать, чтобы поверить. Я подошёл к краю того места, где земля просто исчезала в моём сознании, и протянул руки.

Ничего. Ну, не похоже, чтобы передо мной была стена льда. Но вдруг я заметил, что замёрзшая тропинка исчезла. Вместо этого под ногами захрустел снег. И, когда я осторожно шагнул вперёд, нащупывая путь, я начал спотыкаться, натыкаясь на огромные куски твёрдого снега и… грязь? Я наткнулся на что-то твёрдое и ощупал его.

Ствол дерева. Он лежал на боку на земле.

— О нет.

Это всё взаправду. Я провёл рукой к основанию ствола… хотя, как оказалось, это была верхушка. Я нащупал ветки и листья. Лавина вырвала это дерево и бросила его, словно ветку. И если она смогла так поступить с деревом, то какие шансы были у дома?

Деревня. Мои мысли вернулись к ней. Что мне делать? Что я мог сделать? Я должен помочь – это правильный выбор. Но как лучше поступить? Я не...

— Лейкен! — голос выкрикнул моё имя, и я услышал гулкие шаги. Дюрен бросилась за мной, и в её голосе явственно был слышен испуг.

— Это небезопасно!

Грубые руки утащили меня назад. Дюрен была напугана, но в этот момент она больше всего на свете заботилась о моей безопасности. Я позволил ей втянуть меня обратно в радиус коттеджа. Там, по крайней мере, я мог определить, что вокруг меня. Но вместо того, чтобы успокоиться, вернув восприятие этой меленькой территории, я почувствовал себя так, словно держал свечу в тёмном мире. Я не очень хорошо понимал темноту, но я боялся места, где мои [Императорские] чувства исчезали, оставляя меня полагаться на оставшиеся.

Деревня. Моё сердце всё ещё колотилось в груди. Мир был слишком тихим. Я слышал гром в своих венах, но в воздухе царила лишь тишина. По сравнению с яростью шума, которая была несколько секунд назад, это...

Я услышал крики. Моя голова дёрнулась, но это была всего лишь Хладокрыл. Она до смерти напугана, и я не мог её винить. Но её тревога не имела значения… деревня...

Я не мог думать. У меня началась гипервентиляция – я задыхался. Дюрен задрожала, когда остановилась.

— Лейкен. Что нам?.. Всё пропало.

Мы оба пребывали в шоке. Я это знал. Но мои мысли постоянно возвращались к деревне. Риверфарм. Они пострадали. Я обязан что-то сделать.

И вот так паралич, охвативший меня, закончился. Не то чтобы окаменение отступило полностью, но даже в таком состоянии я начал двигаться. Я должен был действовать. Либо действовать, либо стоять столбом, а времени не было.

— Дюрен, мы должны идти в деревню. Феи не защитили Риверфарм. Кто знает, что с ними случилось.

— Что? Лейкен...

Дюрен прервалась. У неё даже не было законченной мысли. Она не думала, просто реагировала. Но наконец – и это казалось вечностью, хотя прошла всего минута или меньше – мой мозг снова начал работать.

Деревня. Помочь им. Мы должны пойти и проверить. Мы не можем оставаться здесь.

Я чувствовал холод, словно моя кожа и всё под ней замёрзло. Холод, вызванный страхом, заставлял меня трястись, но этот же ужас заставлял шевелиться. Я не замер в раздумьях, я только знал, что должен двигаться.

— Мы должны идти! Дюрен!

Я на неё рявкнул. Дюрен дёрнулась, а после заколебалась.

— Это слишком опасно для тебя! Я пойду. Я помогу. Ты останешься здесь и...

— Нет.

— Лейкен...

— Ты – [Паладин].

Я чувствовал себя идиотом, говоря это, но я схватился за руку Дюрен и попытался повернуться к её лицу. Моя нежная гигант дрожала от страха, но её присутствие здесь успокоило меня настолько, что мой голос оставался ровным.

— Дюрен. Ты паладин. Защитник слабых и невинных. И ты также мой страж, мой чемпион. Ты должна идти, и я тоже должен. Мы должны помочь всем, кому сможем.

Она помедлила, а потом я почувствовал, как к её руке вернулось немного сил. Она сделала вдох.

— Хорошо. Пойдём. Я расчищу дорогу. Её… больше нет. Давай за мной.

Она повернулась, и я помедлил. Деревня. Что мы будем там делать?

Думай… прошла лавина. Погребённые люди. Зона бедствия. Красный Крест. Врачи без границ. Что они?..

— Нет… подожди.

Дюрен остановилась в недоумении. Я повернулся и указал в сторону домика.

— Корзина. Нам нужна вся еда, которую мы сможем туда положить, полотенца… чистая ткань... эм…

Я не мог придумать ничего другого. Бинты, еда, что ещё? Лавина...

— Лопата.

Я побежал обратно к домику, а Дюрен бросилась в свой сарай за лопатой. Я открыл дверь и услышал, как Хладокрыл закричала на меня. Она вывалилась из гнезда, но, к счастью, с ней всё было в порядке. Я подхватил её и положил вместе с гнездом на пол. Я заговорил с ней, пока метался по коттеджу, используя чёткий образ домика в своей голове, чтобы собрать всё, что нам могло понадобиться.

— Всё хорошо. Всё хорошо… тише! Мы вернёмся, хорошо?

К моему удивлению, орлёнок замолчала, но у меня было на это времени… ещё шесть секунд спустя я пинком открыл дверь. Дюрен схватила еду и тряпки, высыпающиеся из моих рук, и запихнула их в огромную корзину, которую она использовала для сбора урожая.

— Хорошо. Пойдём!

Я повёл нас обоих прочь от домика. Вокруг него передвигаться было так легко. Я редко когда бегал… из-за слепоты я привык натыкаться на вещи, и я знал, что могу серьёзно пораниться, столкнувшись с чем-то острым на большой скорости. Но в этом месте я чувствовал себя уверенно и заставлял свои непривычные к такому ноги двигаться быстрее. Дюрен шла прямо за мной, неся корзину.

Два шага за пределы круга – и я запнулся. Мир вокруг меня исчез, мои ощущения вернулось в ничто. Раньше меня бы это не беспокоило. Но теперь – это всё равно, что оглохнуть или потерять обоняние. Или ослепнуть, я полагаю. Новое чувство, которое у меня было, пропало, и я вдруг осознал, как же неудобно без него жить.

Я споткнулся, и меня поймала рука.

— Сюда. Иди за мной.

Я схватился за низ рубахи Дюрен и начал идти за ней. Это легко… я делал это уже бесчисленное количество раз. Но на этот раз пейзаж был совершенно незнакомым.

— Так много снега...

Я чувствовал напряжение сквозь рубаху Дюрен, пока она ворчала, прокладывая путь. Снег вокруг моих лодыжек поднялся и сдвинулся, и, следуя за ней, я осознал, что местами снег быстро становился глубиной по пояс.

Но времени остановиться и подумать – не было. Я пытался идти прямо по следам Дюрен, но даже так её шаги уже засыпало снегом, и я не мог различить, что передо мной.

Снег был таким глубоким! Дюрен пробивала себе сквозь него путь, но я так не мог. Когда я споткнулся во второй раз, что-то схватило меня за ноги и спину, отрывая от земли. Я удивлённо дёрнулся, но Дюрен с лёгкостью взяла меня на руки.

— Я понесу тебя, Лейкен. Так будет быстрее.

Мой рот открылся, чтобы возразить. Я не ребёнок. Но вместо этого я закрыл рот. Она права. Даже если бы у меня было зрение, так, наверное, было бы быстрее.

— Я буду держать корзину. Дай её мне.

Я прижал корзину к животу, пока Дюрен несла меня на руках. Это не было очень удобно, особенно учитывая то, что Дюрен бежала и я подпрыгивал, как тряпичная кукла. Но она двигалась гораздо быстрее, чем я, поэтому я держался за неё изо всех сил, чувствуя, как моё лицо обдувал холодный воздух.

Меня осыпало ледяной крошкой. Дюрен пробивалась сквозь снег, словно его там не было. Я слышал, как она тяжело дышала, но она не прекращала бежать.

Риверфарм находился примерно в десяти минутах ходьбы от домика Дюрен. Мы добрались туда за четыре. Моим первым инстинктом, когда Дюрен опустила меня на землю, было найти раненых. Но моего слабого воображения не хватало, чтобы предсказать реальность того, что нас ожидало.

В течение нескольких секунд после того, как Дюрен опустила меня на неровную землю, она даже не могла говорить. Когда она в конце концов обрела дар речи, то окружение всё ещё было для неё слишком. Она описывала мне, что видела, задыхаясь от ужаса.