стыд червем сжирал.
Я изменила Леньке. Бастард подери! Шмонт никода не был монахом, спал со своими модельками на работе. Ревновать не видела смысла, я-то знала, что будь воля Леньки свои сексуальные фантазии вымещал бы на мне, но существовало крупное но. Восемнадцати мне не было. Представляете, чтобы со Шмонт сделал разлюбезный папаня? Ампутация самое невинное наказание.
А когда узнал про мою вторую силу, ох, папа лекцию полдня проводил в рабочем кабинете. Смысл посыла секс это плохо, в крайнем случае презервативы и только с одним партнером. И это мне говорил отец, что имел несколько любовниц. Конечно, из вредности в тот день пригрозила Леньке, если тот не лишит меня девственности, пойду и отдамся первому встречному.
Какой я была глупой, наивной, маленькой, избалованной дрянью...
Девочки спали на заднем сидении всю дорогу, а Польски и Трески что-то обсуждали тихо. Прибыли утром на парковку, минус четыре часа с Белесье. С удовольствием выпрыгнула из нефаэра, разогнулась, потянулась.
- Дима! - обернулась в сторону крика.
В нашем направлении шла, порхала девушка в белом шелковом платье. Струящаяся при ходьбе ткань подчеркивала каждый изгиб тела. Ветер не трепал волосы девушки, потому что те были красиво уложены, чуть изгибались в противоположную от лица сторону. А Аристократка счастливо улыбалась, глядя на Хаски. Искренне.
Дверь со стороны водителя хлопнула.
- Кристина?
Нет, блин. Френ Мерси пришел вместо дочери. Даже я узнала прекрасную леди Кристину. А ты, собственную невесту не узнал? Как по шаблону. Сашка после такого представления три года назад сопли развешивала мне на кофте. Какой Хаски гад и дал ей отворот поворот настолько жестким методом, показав кто и с кем остается. Пока господа Аристократы обменивались приветствиями, прошла к багажнику, вытащила свои вещи и девчонок, перекинула рюкзак через плечо и захлопнула дверцу.
- Хорошего дня! - сказала я.
Под тихие воодушевленные разговоры Аристократов Бастарды в нашем лице покинули парковку.
* * *
Дмитрий Хаски
Как же жарко в этой гребаной машине! Едва не взвыл, пока всю дорогу сражался с температурой собственного тела. Какого хрена она так сильно поднималась теперь? Даже Ананину вчера подпалил.
Подзарядила Ананина знатно, слишком знатно. Бастард... Бастард...
Кристина какую-то ахинею на ухо несла, что-то про работу. Точно, она устроилась к папочке на фирму.
Оказывается много в жизни потерял, не трахая Бастардов.
- Дим, ты тут? - на ухо неожиданно очень громко позвала Кристина и улыбнулась.
- Тут.
- Что думаешь?
- По поводу? - коротко поинтересовался. Видимо, что-то пропустил пока думал.
А все Бастарды такие отзывчивые? Трески уверяет, что да.
-... ну можем на пару деньков?
Каких пару деньков? Отвлекся на сидящую рядом девушку, пожиравшую нежным взглядом. Отвернулся равнодушно вновь к дороге, игнорируя любование своей персоны. С детства в любви признавалась Кристина, на задних лапках бегала в школе, бесило до трясучки. Однажды вспылил, сказал, что ненавидит неопытных любовниц, гениальная женщина, пошла и переспала с Трески.
И где характер в белокурой головке?
- У мамы будет День Рождения, и мы на пару деньков у них можем поселиться?
О! Да! Только родственников не хватало, начнутся разговоры о свадьбе, о детях.
- Посмотрим, - равнодушно ответил.
Привез Кристину к себе на квартиру, придется на пару дней потесниться. Звонок на сотовый спас от намерений девушки явно обозначенных в виде прижатого тела, особенно груди к локтю, я тебя умоляю, Кристина, сегодня пол ночи лапал Ананину...
Ананина похоже поселилась в мыслях, дрянная девчонка.
Ловко извернулся из объятий Кристины и, пообещав скоро вернуться, поехал к отцу.
Глава 27. Улица Дегельса
Дмитрий Хаски
Дом Хаски расположен в черте города Арзонт на двух главных улицах. На их пересечении. В адресе так и значилось две улицы. Снег никогда не покрывал землю города. Тепло и зелено, разве что ночью чуть холоднее, чем летом. Невысокие деревья, искусно вырезанные в различных формах украшала город.
Вот например, на улице Дегельса деревья были эффектно изрезаны в зеленое большое сердце. Дегельс - это человек, убивший сам себя в доме номер девять по этой улице. Дом так и остался нетронутым, слегка подкрашенным, а в остальном деревянное, маленькое жилье старинных времен покоилось на том же месте, что и шестьсот лет назад.
Мужчина, узнав об измене жены в состоянии аффекта - под воздействием психотропного вещества вырезал всю семью. А потом и сам повесился. Трупы нашли вместе в луже крови, единых в смерти. На территории Арзонта много подобных историй. Где происходил пожар, где цунами обрушилось на самую южную часть острова. Где находился чуть ли не единственный спящий вулкан на весь мир. А где-то тысячу лет назад он действовал.
Много-много интересного хранил Арзонт. Один из самых древних городов, насквозь пропитанный энергией солнца.
На улице Дегельса нашли пристанище Хаски. Под колючим трехметровым забором, под высоким напряжением, снаряженным самой известной техникой безопасности. Оплот. Крепость одной из самых древних семей Немии. На порог дома никогда прежде не ступала нога представителя Вильмонт. Ни разу за две с половиной тысячи лет.
- Наконец, ты приехал, - отец несколько возбужден, словно его что-то беспокоило.
Это я понял едва перешел порог дома. Отметил для себя включенный свет во всем коридоре и в примыкающем зале. Двое поваров. Муж с женой громко кричали друг на друга, самые древние их служащие - Бастарды, проверенные временем и старательностью.
- Кого ждем? - разулся на коврике при входе.
Давно меня здесь не было. Редко появлялся в родовом гнезде, предпочитал уединение собственной квартиры, без огромного количества людей.
- Отдыхал? Я слышал ты распустил Гретту на два дня. Что-то случилось? - отец хмурил лоб и постукивал нервно пальцами по деревянной полке, которая висела сбоку на стене. Туда складывались ключи и документы жителей дома.
