Всё ещё напряжённо смотря на незнакомца, Лант неуверенно поклонился в ответ.
— Говорю, удушающее празднество. — Протянул Даримон. — Все эти учтивые беседы нагоняют на меня тоску. А тоска в моём возрасте весьма не способствует пищеварению. Вы только посмотрите! Невеста похлеще статуи будет, а жениху хоть бы сейчас к своей милой в Райхал. Вам, вижу, не часто доводилось присутствовать. Хотя я — не буду притворяться — знаю, кто вы такой. Великий маг. Молодой, без присяги. Лакомая добыча для любого князя. Да что там. Не удивлюсь, если вы скоро предстанете пред Голосом. Эх, маги, знаю я как вам: всё то людям помогать тянет, всё для блага и должно быть хорошо. Вас хлебом не корми, дать сделать хорошо. — Даримон улыбнулся, однако совсем не так, как это делали остальные алфарцы. — Вот я б и сам был как они, сам бы учтиво кланялся, когда тошно в глаза посмотреть. Сам бы был возмущён, когда нижние ткани одеяния короче, чем следовало… да вот, у меня брат — маг. Вы о нём не слышали. Он покинул Алфар еще, будучи молодым, уехал в Ураван, чтобы там в совете всякое делать. А потом и вовсе пропал. Да нет, что вы так смотрите, он жив здоров. Таламон он всегда живучий был, его хоть ядом пои — только усмехаться будет!
И словно в подтверждение своих слов, Даримон изобразил улыбку своего брата, которую Лант не часто видел на лице мага.
— А ваше имя, не напомните, а то я не слышал, всё великий маг, да великий маг…
— Лант, — он сказал это напряжённо ожидая, что же за этим последует. Однако что бы Лант не представил, действительность оказалась куда страшнее. Даримон враз побледнел, на его лице отразился нескрываемый ужас, а протянутая рука схватила Ланта за локоть, крепко сжав.
— Лант. — Он осторожно подступил поближе. — Нет, нельзя! Что ты здесь делаешь?! Ты должен… — тут Даримон притянул к себе Ланта и принялся быстро шептать тому, возбуждённо глотая каждое слово:
— Что ты здесь делаешь, Лант? Ты должен быть в долине. Ты не можешь быть здесь, ты должен быть в долине…
— Почему? — Лант тоже наклонился к нему, жадно ловя слова.
— Почему ты здесь один?!
— Я не один.
— Что?
Даримон, казалось, немного успокоился. Поняв, что сжимает Ланту руку до боли, отпустил его и отошёл на шаг назад.
— Так значит ты с Марином или с…
— Я здесь с Мэроу.
В этот момент в арке показался Трулмален. Изобразив обеспокоенность по поводу исчезновения гостя, он кинул быстрый взгляд на начинающего трястись Даримона, взял Ланта под руку и доверительно повёл в залу.
Когда Лант обернулся, Даримона уже не было. Они ещё поговорят, думал Лант делая вид, что слушает Трулмалена. Они ещё поговорят и тот расскажет. Однако его планам не суждено было сбыться.
Празднование завершилось в середине ночи. Во дворец возвращались в сопровождении молчаливой стражи.
Он не спал остаток ночи и на следующий день, когда его позвала Псирада, чувствовал себя уставшим. Однако быстро вымылся, оделся во все свежее и уже бодрым пошёл к ней.
За стенами дворца было мрачно и сыро. Небо над Алфаром никогда не улыбалось его жителям, на улицах по прежнему пахло мокрым камнем. Длинная ведущая к замку алея пустовала. Лант лишь мельком увидел край улицы, и тут же его повели дальше по боковому коридору. В свете горящих факелов мелькали голые стены, гладкие — и не уцепишься. С переменным успехом Лант умудрялся считать повороты. Он знал, его вели по лабиринту и не нужно было спрашивать Псираду о цели. Однако Псирада сама заговорила:
— Надеюсь, ты понимаешь, что твоё положение больше не может оставаться таким. — Последнее слова маг проговорила особо напряжённо. — Уверенна, Силидин в своё время успел посвятить тебя в ситуацию. А теперь, Лант. — Она остановилась и в полумраке острое лицо казалось ещё темнее. — Теперь, будь добр, сделай выбор наконец. Уходить тебе из Алфара или остаться, но принеся присягу на верность королеве. Понимаешь?
— И меня отпустят, если я откажусь? — в свою очередь спросил Лант, ощущая, что до залы осталось совсем немного.
— Отпустят, но если это произойдёт, тебе будет запрещено возвращаться. Думаю, ты понимаешь почему.
— Конечно.
Псирада ещё некоторое время рассматривала стоящего перед ней Ланта, но вот резко развернулась и зашагала вперёд, где за ещё тремя поворотами в глаза ударил свет.
С непривычки сощурив глаза, Лант недолго стоял на месте. Вскоре глаза привыкли и он сумел хорошо рассмотреть круглую залу. Купол начинался беспрерывной чередой широких и длинных окон. Кругом было пусто, только трон в противоположной стороне залы.
Псирада поклонилась, не взглянула на Ланта и поспешила прочь.
А он без тени тревоги на лице пошёл вперёд. Лант ступал спокойно, не торопясь и лишь не дойдя десяти шагов до трона, остановился. Перед ним сидела молодая девушка, по крайней мере, там можно было судить по единственным открытым частям тела: по рту и ладоням. С ног до головы её укрывали одежды из красно-чёрной ткани. Пышные юбки обнимали добрую часть трона скрывая его, куполом окружали саму девушку, так что сделай Лант ещё два шага, непременно бы наступил на платье. На глазах повязана красная лента, уходящая под уши и скрывающая так же и их. Обе руки покоились на подлокотниках гладко-каменного трона. Скрытое лицо было обращено к Ланту.
Девушка не пошевельнулась когда перед ней остановился Лант. Голос, не девушка. Смотря на неё Лант видел лишь Голос.
— Приветствую тебя, Лант, пришедший из Элама. — Голос лился ровно, без каких-либо чувств. Не изменяющийся, равнодушный и спокойный. — Я давно ждала разговора с тобой. С того самого момента. — Шевелились губы. — Как Силидин рассказал мне о тебе. С того момента, как он сказал, чего от тебя следует ждать. И после битвы. Знаю, кого следует благодарить за неоценимую помощь. Если бы не мои славные воины и ты, мы были бы мертвы. Если бы не ты, туман бы добрался до нас. Я благодарна тебе Лант, как и весь мой народ. Но как ты спас нас, так ты нас можешь и погубить. Мои князья, далёкие потомки единого рода, мои люди жаждут заполучить тебя и сделать своё княжество главенствующим над всеми. А я не могу этого допустить. Тебе скорую начнут предлагать всё, что только пожелаешь за свою благосклонность и, как и сам понимаешь, пришедшего издалека мага боятся.
Голос умолк, и тогда Лант решительно ответил:
— Меня не нужно бояться, я не желаю участвовать в заговорах ваших князей, как не желаю и власти.
— Похвально, — сказал Голос. — Но что скажешь, если тебе предложат то, от чего невозможно отказаться. Горы золота? Красивую женщину или мужчину? Жизнь? Не твою, разумеется, если от тебя будет зависеть выживет ли тот или иной человек, откажешься ли ты тогда?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
