class="p1">Дальше не слушаю. Последняя капелька падает и открывает то, о чем я и так подозревала. Зачем меня держать на цепи, если я сама добровольно сдамся в плен страсти Шахова, влюблюсь как последняя дура, и буду только рада быть рядом с ним, делать все, что он хочет, чтобы потом…
А что потом?!
Потом моя радость будет ему до одного места, он отнимет у меня ребенка и будет счастливо жить со своей Аминой, а я?
Я буду не нужна.
— Сделаем УЗИ, — опять голос врача выбивает из мыслей, маховик запущен, он крутит и накручивает, за одним следует другое…
— Может, нам уже покажет пол плода, вам ведь любопытно знать? Или сохранить пол в тайне, чтобы был сюрприз? — улыбается врач, приглядываясь ко мне, и я понимаю, что не должна вести себя подозрительно.
Действую на инстинктах, улыбаюсь в ответ, задаю вопросы, как если бы утреннего происшествия не произошло.
— Да, мне тоже очень интересно, кто же там у нас, Ясмин Аваровна, — выдавливаю из себя, не лукавлю, я очень хочу узнать пол малыша, на ранних сроках это могут определить только профессионалы, а в том, что это врач высшей категории, я не сомневаюсь.
— Идите ложитесь, Полиночка, я подойду, — расслабляется и я делаю что велено, оголяю животик и жду улыбчивую женщину в белом халате, уже сомневаюсь во всем и во всех, кажется, что и она лукавит и ее доброжелательность наигранная.
Наконец, доктор проходит ко мне и включает датчик, водит по животу и спустя несколько минут улыбается.
— Развитие у нас согласно срокам. Все хорошо. Повода для беспокойства нет. Пока, конечно, рано говорить о поле, но кое-что я уже вижу, — косится на меня, подмигивает лукаво и я подыгрываю.
— Какой пол у малыша, доктор?
Мне все равно, мальчик или девочка, я буду любить своего ребенка вне зависимости от всего. Но… хочется знать.
— Предполагаю, что мальчик, у меня большой стаж, но все же давайте пока не будем спешить радовать господина Шахова. Все будет точнее и яснее на следующем приеме.
Киваю, улыбаясь, а сознание цепляется за фразу — радовать Шахова.
Интересная формулировка. Значит, Шаху нужен сын…
Наследник.
Он всегда говорил об этом.
Даже тогда — мой наследник…
Вот и все, Полина, в голове все сложилось.
Ты всего лишь инкубатор для богатой и всемогущей бездетной пары, ты родишь наследника их империи…
Прощаюсь с добродушным врачом, улыбаюсь женщине и действую как на автомате, выхожу за дверь кабинета и врезаюсь взглядом в своего секьюрити. Конечно, он приставлен для моей безопасности, как уверял меня Шахов, это вовсе не конвоир…
Только видеть бугая в женской консультации становится слишком стремно. Он словно не вписывается в легкий розоватый интерьер клиники, почему-то перевожу взгляд с квадратного лица с выпяченной челюстью на постер семьи почти в полный рост, который красуется позади монстра, приставленного ко мне Асланом.
Там на стене изображена счастливая семейная пара в белых одеяниях. Ребенок в возрасте около двух лет, беременная женщина и ее муж, улыбающиеся, счастливые…
Укол какой-то чувствую в области сердца, тело простреливает, дыхание затрудняется.
Мне сейчас Шахов сокрушительный удар словно нанес.
— Госпожа, какие будут распоряжения? — учтиво спрашивает телохранитель и внимательным взглядом человека с военной подготовкой ощупывает меня.
Вспоминаю, что я должна быть в роли счастливой дуры и заталкиваю свои эмоции куда-то далеко внутрь себя, я поплачу, обязательно поплачу потом, когда спасу и себя, и своего ребенка от цепких лап Амины…
— Все хорошо, доктор сказал, что мне нужно больше гулять, проводить время на свежем воздухе и, конечно же, быть на позитиве.
Выдаю тираду, но мужчина и бровью не ведет. Ему это все неинтересно, он выполняет свой приказ, защищает игрушку Шаховых, поэтому на мою реплику он даже не отвечает, выжидательно ждет дальнейших распоряжений, словно я его госпожа.
Словно имею право распоряжаться им и его временем.
— Думаю, нам стоит пройтись по набережной. Можно ведь? — уточняю аккуратно.
Мужчина кивает.
— У меня приказ господина Шахова выполнять ваши распоряжения.
— Вот и отлично, — отвечаю, улыбнувшись еще шире.
Мамочка моя рассказывала, что как-то спасла меня в детстве от смерти. Коляска поехала, педаль тормоза не сработала, а она отвернулась, чтобы купить хлеба с придорожного ларька, кстати, единственного во всей округе на то время, стоило только отпустить коляску и немного отвернуться, как она услышала скрип. Обернулась в ужасе и заметила, как я лечу по дороге, которая спускается резко вниз.
Мать бросилась за мной, бежала на пределе возможностей и спасла, схватила коляску, сама же оказалась под шинами внезапно появившейся на дороге машины. Тормоза у жигуленка были старые, но, к счастью, исправные, она отделалась шоком и ударом, который пришелся на ноги, но даже в таком состоянии, когда получила удар и чуть не переломалась, мама сумела схватить коляску со мной, притормозить мое скольжение и перенаправить ее в безопасность, в другую сторону от дороги.
Материнский инстинкт сработал. Потом мама рассказывала, что она почти не чувствовала боли, а тело налилось какой-то нечеловеческой силой и скоростью, словно все ресурсы были направлены на спасение своей крохи.
Вот и сейчас я ощущаю примерно то же самое. Мысли вспыхивают в голове, а лицо остается радушным, поэтому я киваю охраннику с улыбкой, и мы идем к лифтам.
— Хочу пройтись потом по магазинам, прикупить несколько вещей для будущего малыша, у вас ведь здесь есть специализированные бутики? — заполняю пустоту кабины вопросами, специально действую мужчине на нервы.
Вряд ли он горазд шляться с подружкой босса по бутикам.
Скашиваю взгляд в сторону бугая и злорадненько внутренне улыбаюсь, ловлю момент, как на его безэмоциональном лице проскальзывает мимика.
Не нравится. Но мужчина говорит следующее:
— Я в полном вашем распоряжении, госпожа.
Створки открываются, и мы выходим в холл. Клиника большая, светлая, элитная и что самое главное — имеет несколько входов. Как парадный, по всей видимости, для особенных ВИП-гостей, так и несколько других, расположенных с разных сторон улицы для удобства визитеров, а может, и по технике безопасности.
Поэтому, как только мы выходим в фойе, цепляю взглядом вазу с цветами, расположенную в центре маленького круглого стола, красивый букетик, нежно-розовый, как и все здесь, но смотрю я поверх него, а именно на двери с красующимся значком уборной.
— Подождешь меня здесь? Мне нужно привести себя в порядок, — не сбавляя шага, выдаю ничего не подозревающему мужчине, указываю в сторону двери, за которой хочу скрыться, и мужчина кивает.
Только не остается стоять на месте, а идет следом за мной. Так и хочется
