психику девушки.
— Каким же образом она найдёт примирение с самой собой, нарезая кожу на ремни?
— Найдёт себе прощение за то, что сдалась. Ей очень важно получить его, чтобы получить гармонию внутри себя, избавиться от груза и двигаться дальше. Ты знаешь, что есть прощение через наказание?
— Звучит, как какая-то муть, втираемая сумасшедшими тёмными культами.
— А ты не думал, что наказание, по сути, иногда и означает прощение. Ты получил наказание и тебя простили за содеянное. Вот ты рассказал свою историю, разве тебе не хотелось самому получить наказание, возмездие за содеянное, чтобы чувствовать облегчение?
— Ну… хотелось, да.
— А почему? Наверное потому, что ты бы чувствовал, что-то типа прощения. Что тебе воздалось по заслугам, ты отбыл своё наказание и больше никому ничего не должен.
— Ну… примерно, я понимаю, о чём ты, — кивнул я.
Да, я понял, о чём она.
Нет, некоторым плевать, они сделали дичь и нормально живут с этим, не оглядываясь назад. Но если ты не отморозок, твоя жизнь превращается в кошмар. Ты живёшь с этим грузом, он тебя тяготит и тебе хочется облегчить душу, рассказать, понести за это заслуженное наказание. Звучит тупо, но, по сути, жить с этим очень сложно.
Поэтому… да, сейчас после слов Люнь я мог понять, почему Лин это делает буквально на живую, хотя наверняка могла воспользоваться чем-нибудь другим или вовсе лечением. Хотела получить прощение за свою слабость, наказав себя. Типа понесла наказание, значит всё, все взятки гладки. Хотя что именно у неё в голове там твориться, одному богу известно.
— Но если она на этом не остановится, я вмешаюсь, — предупредил я.
Я понял, Лисичка наказывает себя, но если это перерастёт в простое насилие над самой собой, о это остановлю. И я ждал, терпеливо ждал, пока она не закончила.
Нет, Чёрная Лисица не стала меня пугать окровавленным телом. Когда она вернулась, те участки кожи, которые я видел из-под ханьфу и где находились татуировки, были покрыты рубцами. Выглядит жутко и можно представить, что там твориться с остальным телом, но тем не менее, зная, что у неё есть способность к исцелению, уверен, что рубцы не станут такой уж большой проблемой.
— Как вы, Чёрная Лисица?
— Мне легче, Юнксу, — ответила она негромко, кутаясь в ханьфу.
Я не поленился достать из сумки ещё один комплект одежды. Пусть он и был на мужчину, но сейчас было не время привередничать. Да и это было лучше, чем окровавленное ханьфу на тело, учитывая, какие здесь холода ночью.
— Нам надо уходить, мастер Чёрная Лисица, — негромко позвал я её, будучи всегда настороже и оглядываясь.
— Ты что-то чувствуешь? — негромко спросила она, но как-то без особого интереса.
— Опасность. Я чувствую опасность, мастер, — кивнул я. — Не могу описать чувства, но мне неспокойно и лучше бы нам улететь подальше от города, пока не стало поздно.
Она не спорила, лишь кивнула на моё предложение.
У меня в сумке теперь было очень много всякой интересной хрени, начиная от тёплого пледа, который мог согреть тебя даже в лютый мороз, до денег, золота, духовных кристаллов и прочей мути. Включая амулеты левитации.
— Держите, — протянул я ей один из них. — Вам он пригодиться.
Лисичка взяла его, наблюдая, как тот покачивается у неё на руке, после чего посмотрела на меня.
— На деле ты не пятый уровень, который я вижу. Значит ты добился всё же седьмого. Научился летать.
— Ага.
— Рад?
— А? — посмотрел я на неё.
Лисица смотрела на меня спокойным, немного отстранённым взглядом.
— Ты очень хотел научиться летать, если мне не изменяет память. Даже взорвал мой амулет левитации, но так ничего и не вышло. А теперь ты умеешь летать. Так ты счастлив?
— Честно говоря, я рассчитывал, что радости от этого будет больше, — признался я. — А на деле… ну летаю и летаю. Теперь мне кажется это не таким уж и важным. А что?
— Нет, ничего, — покачала она головой. — Просто интересуюсь твоими целями, как мастер, если тебе он всё ещё нужен.
— Моими целями? — пробормотал я задумчиво. — Мои цели теперь добиться десятого уровня.
— Хорошая цель, — кивнула она. — Только, боюсь, теперь тебе нужен другой мастер, не я. Более опытный и сведущий в этом вопросе.
— А по мне вы мне подходите, — пожал я плечами. — Я ещё до сих пор не разучил ту фигню, которую вы делаете мечом. Ну типа создаётся перед собой щит, очерчивая кончиком клинка по земле.
— Эта, как ты сказал, фигня, — слегка разражённое заметила она, — называется Синийским щитом.
— Да, вот, хочу знать, как он создаётся.
— Ты слишком многого хочешь, — с холодком ответила Лисица.
— Ну вы же сами сказали, что как мастеру, вам нечего дать мне. И вот я сказал, чем вы можете меня научить, а вы отказываетесь, — заметил я хмуро.
— Я подумаю, — ответила она спокойно.
Ты посмотри на неё, ещё и нос воротит, блин. Ну по крайней мере я чувствовал уже знакомые нотки в её голосе, который были шесть лет назад тогда на горе, когда она меня обучала основам и всем премудростям культивации.
Блин, как в старые добрые деньки.
Мы удалялись от города как можно дальше на восток. Постепенно он становился всё меньше и меньше, пока и вовсе не скрылся из виду вместе с озером, будто его никогда и не существовало. Вот уж точно затерянный в песках. Сейчас было очень важно как можно дальше свалить и затеряться, так как чувство опасности пусть и ослабло, но не исчезло полностью.
Я бы даже предпочёл песчаную бурю, чтобы просто убраться на другую часть пустыни, но те возникали лишь по закону подлости, когда ты их не ждал.
Мы остановились на привал на между бархан среди опять вечных бесконечных песков, от который я уже заметно устал.
— Расположимся здесь, — кивнул я на место, раскладывая на земле парочку матрасов, на которых спал с Зу-Зу и Джа. — Чёрная Лисица, будете с нами тогда спать под одним пледом.
— Кто будет в карауле? — тут же спросила она.
— Я, — Люнь появилась вынырнула из меня прямо перед её носом, но Лисица даже не дёрнулась. Она смерила её
