— Вы все здесь рискуете.
— Мэтт, — Хэйдан вновь глядит на меня обезумевшим взглядом. — Останови это. — Он вдруг с силой вцепляется в мой локоть и резко дергает меня на себя. — Давай же. Скажи.
— Что сказать?
— Что это вздор.
— Я еще не обдумал план. И ни с чем не соглашался.
— Она ребенок, — едва слышно хрипит Хэрри и морщится, будто от боли. — Как мы об этом вообще можем ее просить. Как можем подвергать ее жизнь опасности. Ари в беде, но она никогда бы не одобрила подобный план. Это слишком.
— Плана еще нет. — Чеканю я. — Мне надо подумать.
— Подумай. И сделай так, чтобы последствия не отразились на нашей жизни.
— Я прекрасно понимаю, почему ты испуган. Почему ты зол. Я понимаю.
— Нет. Видимо, не понимаешь. Тебе наплевать на нас, на Эби. А что насчет Ариадны?
Закатываю глаза, но брат лишь наступает на меня, шипя, словно животное:
— Причини она боль этой девочке, как она сможет жить дальше?
— Какая разница, кому причинять боль? — Спрашиваю я, повернув голову на Хэрри. У него глаза прожигают меня насквозь, а я делаю вид, будто не замечаю этого. — Она корить себя будет во всех смертях. Независимо от возраста, пола и цвета кожи.
— Вы можете еще очень долго разговаривать, но исход один. — Говорит Эби. Мне, как и Хэйдану, совсем не нравится, что нас загоняют в рамки. Должны быть другие варианты! Но я их не вижу, как ни пытаюсь. — В книге моей матери есть заклинание — клетка. Думаю, я видела нечто подобное в своем видении.
— Что за клетка? — Потерев лицо ладонью, спрашивает Джейсон.
— Что-то вроде энергетического поля или вакуума. Жертва попадает в клетку и теряет сознание от недостатка кислорода.
— И ты видела Ари в этой клетке?
— Я видела, как она задыхалась в созданном нами кругу.
Катастрофа. Что же делать? Брат пошатнул мою уверенность. Его вера в то, что есть иной путь, при котором мы не рискуем жизнью милой Эбигейл, сжигает меня изнутри. Без сомнения я должен поступить так, как того требуют обстоятельства. Я должен отыскать то решение, которое действительно существует, а не то, которое тлеет в воспаленном мозгу.
— Где твой отец? — Безучастно интересуюсь я, пройдясь пальцами по подбородку.
— Не знаю. Я не видела его.
— Он должен сейчас быть здесь. Принимать решения вместе с нами.
— Мой папа согласится, — кивая, сообщает Эби и кривит губы, — я уверена.
Еще бы. Мы ведь хорошо ему заплатим за нависшую угрозу над дочерью.
— Как создать круг? — Тихо спрашиваю я, отвернувшись от присутствующих. Не хочу видеть лицо брата, перекошенное от испуга и разочарования. Он уже все сказал. Сделал из меня монстра, не заботящегося о жизнях других; монстра, идущего по головам. Но он едва ли понимает правду, горькую правду. Иногда людям приходится принимать неправильные решения, которые приводят к правильным результатам. Такова жизнь.
— Нужны пять человек, пять сторон круга. Каждый олицетворяет один элемент.
— Все те же природные стихии? — С хрипотцой усмехается Джейсон и закуривает.
— Да. Сверхъестественный мир строится на силах природы, от стереотипов никуда не денешься, к сожалению. Но есть пятый элемент.
— Брюс Уиллис? — Грустно усмехается Хэйдан, протирая стекла очков, на что я вдруг невольно усмехаюсь. Нервы сдают.
— Кровь заговаривающего. Моя кровь.
— Надеюсь, капля крови?
— Естественно. Ничего опасного и смертельного.
— И каким образом мы заманим Ариадну в круг? — Продолжаю тихо спрашивать я. Не думаю, что Ари так просто купится на наш спектакль. Она не только невыносимая, но еще и умная.
Пусть души у нее больше нет, мозги остались на месте.
— Как я уже сказала, ваша подруга придет за мной.
— То есть ты предлагаешь просто оставить тебя в лесу.
— Я предлагаю сделать вид, что вы просто оставляете меня в лесу.
— И она, конечно, не догадается, ведь у нее нет бессмертной подруги — фон Страттен, читающей мысли. — Фыркает Хэйдан, качнув головой. — Отличный план.
— Значит, нам нужно обезоружить Меган фон Страттен. Сделать так, чтобы ее мысли сплелись и не показывали четкой картинки. Есть идеи?
— Есть. — Неожиданно отрезает ровный, спокойный голос, и в комнату заходит Норин Монфор. Рядом с ней сестра. Мэри-Линетт выглядит жутко расстроенной. Глаза напухшие и узкие, словно она проплакала несколько часов подряд. Но вот Норин непоколебима, как, впрочем, и всегда. Она стягивает пальто, кидает его на кресло и вздергивает подбородок.
— Я могу приготовить зелье, которое на время вызовет головную боль.
Джейсон отворачивается, чтобы заглушить очередной приступ кашля. А я стискиваю в кулаки пальцы. Если мы не планируем похороны, нужно поторопиться, иначе этот идиот умрет ради женщины, которая высасывает из него жизнь.
Тем не менее, я не могу понять: уравнение не сходится. Даже если мы поймаем Ари, как это поможет разрушить проклятье, притаившееся на плечах темноволосой женщины?
— Мы вернем Ариадну домой. И ты покинешь наш дом. — Ледяным голосом сообщает Норин, глядя на Джейсона. Она ничего не боится. Не боится боли, не боится громких слов и принятия непосильных решений. Она прогоняет человека, который волшебным образом нашел место в ее жизни, и она смотрит ему ровно в глаза.
Теперь смысл есть. Но Джейсону этот смысл не приходится по вкусу.
— Что еще я должен сделать, дамочка? — Сиплым голосом переспрашивает он.
— Не начинай.
— С какой стати я должен слушать тебя?
— Это не обсуждается. — Отмахивается она и ударяет Джейсона еще сильнее. Терпеть не могу, когда слова женщины сбивают с толку. Обезоруживают. Мужчина всегда должен знать, что делать, как себя вести. Сама женщина ждет от него этого. — Я приготовлю зелье, но мне нужна кровь Меган фон Страттен.
— И где вы ее найдете?
— На скамье, — тихо протягивает Мэри-Линетт, смахнув с глаз пелену, — в парке. Тебе хватит пары засохших капель?
— Вполне.
— Отлично. Я этим займусь.
— Я пойду с вами, — вызывается Хэйдан, встряхнув головой, — хочу подышать.
Мэри кивает, и они вместе уходят, оставляя меня наедине с двумя льдинами. Нет уж, я не собираюсь принимать участие в очередной семейной драме. И Эби не советую.
— Пойдем. — Шепчу я, подталкиваю Эбигейл к выходу. — Нужно еще раз обсудить все детали.
Ты можешь показать мне книгу своей матери?
— Да, конечно.
— Отлично.
Плетусь к выходу и наблюдаю, как Джейсон недовольно кривит губы. Что он сейчас испытывает? Надеюсь, что мне никогда не придется стоять перед выбором: моя жизнь или жизнь любимой девушки. Что лучше? Что важнее? Что рациональнее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
