— Нет уж! — прикрикнул на них Санта. — Хорошего помаленьку. Давайте ребята, выгружайтесь, пока эти оглоеды все бананы опять не пожрали!
Мы послушно выскочили из саней, кто в чем был. Я-то давно уже переоделся во что полегче, а Славка с Федькой, видимо, совсем одуревшие от всех этих превращений, стояли в унтах и пуховиках.
— А может, погостишь? — предложил я Санте, вспомнив, как понравилась ему рыбалка.
— Нет. Ты знаешь, я хоть и люблю детей, но этими ясельными курсами со своими великовозрастными зателепками занимайся сам.
— Спасибо, Санта! — только и успел крикнуть я, и услышал с удаляющейся упряжки:
— Будьте осторожны! И жду вас в гости — за вами должок.
Мы стояли посреди поляны между домом и речкой. Вокруг было бесконечное лето, подчиняющееся только капризам хозяина. В вышине звенел голос жаворонка. Все вокруг призывало расслабиться, как бы говоря: «Ты дома!». Я критически осмотрел ребят:
— А не пора ли вам сменить одежку? Так ведь и упариться можно.
Приятели как-то замедленно реагировали на мои слова. Действительность астрала явно подействовала на них отупляюще. Наконец до них дошло «переодеться», и начались наши самодеятельные курсы молодых астральных путешественников.
Сказать, что я с ними упарился — не сказать ничего. Сначала мы, естественно, расслабились, позагорав на солнышке, пока я беседами оживлял в их памяти необходимые истины. Но вот, когда мы перешли к практике, мне пришлось приложить немало усилий на подавление их буйной фантазии и восстановление своего якоря. Хорошо, что здесь сохранялся мой приоритет в создании искусственной реальности. Иначе быть бы нам пожранными исчадиями больной фантазии моих друзей. Все началось еще при вступительной беседе, когда я почувствовал противный писк и укус комара.
— Кто успел подумать? — грозно спросил я у приятелей, одновременно убирая комаров своим «вечным репеллентом».
— Так, как же это, лето и без комаров? — засмущался Федька, пойманный с поличным.
— Лучше бы просто воздух портили, чем эту гадость придумывать! — рявкнул я.
Лучше бы я им этого не говорил! — зажав нос, в панике подумал я и мысленно приказал якорю: слушаться только меня, дефолт! Якорь послушался — вокруг меня наступила первоначальная идиллия, правда, уже без мальчиков.
Вот Ежкин кот! (Хм? Это ж получается, что если меня Котом кличут, то я и есть кот Бабы Яги, Ежкин кот? Надо поосторожнее мыслями-то разбрасываться!) А что же с ребятами делать? Парни, скорее всего, где-то в астрале болтаются. Надо быстро их найти, пока не напридумывали себе всякой гадости. Я в срочном порядке представил их лица и стал вызывать к себе. Контакт пошел, но чувствовались их сильные удивление и растерянность — ладно, хоть не страх. Однако прийти на мой зов ребята не догадывались. Тогда я сначала представил Славу и «прыгнул» к нему…
Уф-ф! Хоть это удалось, — подумал я, разглядывая, как Славка беспомощно кувыркается в пустом пространстве.
— Стабилизируйся относительно меня, а не болтайся, как сопля в полете! На тебя ж смотреть невозможно, в глазах рябит, — приказал я приятелю. — Теперь мысленно сконцентрируйся на Феде, вызывай и прыгай к нему.
Я подплыл вплотную к Славе, схватил его за руку и стал думать в унисон с ним. Ура! Получилось! — теперь Федька болтался вместе с нами все в той же темноте свободного астрала.
— Раз уж вы оказались здесь, первое, это научитесь ставить защиту. Представьте, что никого не хотите видеть и никого не пускаете к себе.
Федька вдруг исчез из поля зрения, как будто его и не было.
— Стой! — заорал я Славке. — После того, как укроешься, опять пожелай увидеть меня и позови! Хватит нам и Федьки, теперь его возвращения ждать неизвестно сколько.
Ярослав послушно исчез из поля зрения и появился опять. Отлично, один научился! Но тут начались новые проблемы. Под его ногами начала разрастаться зеленая лужа, или нет, похоже, лужайка.
— А ну прекратить! Ты мне еще барашков на этой травке напридумывай, козлина! — уже вовсю ругался я на медика. — Успеешь еще свой якорь построить. И не вздумай мне только чего-нибудь испугаться! Я не могу закрыть нас, пока Федька не объявиться.
Не надо было мне этого ему говорить. Лужайка перестала расти, оставшись куцым зеленым лоскутом, но откуда-то сбоку уже летела, кувыркаясь и блея, овца, а за ней и старый козел с чахлой бородкой. А потом началось! Конечно же, у парня не хватило фантазии ни на что другое, как испугаться мною же рассказанной страшилки.
Бабка Яга пожаловала собственной персоной, «материализовавшись» прямо на краю Славкиной полянки, где кроме нее уже паслись овца с козлом. Я смотрел на весь этот зоопарк и не знал смеяться мне или плакать. Но Яга не была бы Ягой, если бы не стала устанавливать тут свои правила.
— А шо ж ты, милок, про бабушку Ягу вспомнил? — обратилась она почти ласково к Славе.
Я, последовал наставлениям Таши и в свою очередь попытался взять ситуацию в руки, представляя, что старушку прошиб сильный насморк:
— Ой, бабушка, смотри! У тебя нос расклеился! — и я увидел, как у бабки потек нос, и не просто соплями, а весь, как будто пластилин на жаре. Яга явно не ожидала такого подвоха. Прилетела на Славкин страх, а тут, понимаешь ли, над ней самой насмехаются.
— Ах так! — завелась старуха с полтычка. — Сейчас ты у меня на угольках попляшешь! — и под моими ногами оказались все те же угли.
Но видимо, потекший нос сильно развеселил и Славку, так что я почувствовал его поддержку.
— Ой, бабушка, что-то ты примитивно мыслишь. Все угли, да угли! Давай-ка лучше вместе спляшем, — и под моими ногами угли тут же стали превращаться в лед, а под ней — лужайка покрылась горящими углями. Славка уже вовсю хохотал. Бабка рассержено плюнула на шипящую от жара поверхность и испарилась. Сзади раздалось Федькино ржание. Кажется, он застал финальную сцену нашего побоища со злыми силами. Я обернулся и сказал:
— Ставлю защитную стену вокруг нас!
Затем представил себе полупрозрачную сферу, защищающую нас троих от астрала. Открыв глаза, я удовлетворенно заметил, что добился нужного результата. Теперь можно и расслабиться, пока опять кто-нибудь воздух не испортит. Ах, здесь же нет воздуха! То есть нечего и портить.
— А что это стадо здесь делает? — спросил Федька, разглядывая овцу с козлом.
— Ты имеешь в виду его? — я указал пальцем на Славку.
— Ну и его в том числе.
— Вообще-то, это результат нашей ругани в астрале. Ты не забыл, что за чрезмерное воображение здесь надо платить?
— Такими вот баранами? Да-а! Негусто у вас с воображением! — пожалел Федька то ли нас, то ли баранов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
