Для лесной же зоны более характерен финно-угорский субстрат. Финно-угорские племена занимали еще во II–I тыс. до н. э. обширные пространства Восточной Европы. Одним из древнейших финно-угорских формантов является уже упомянутое окончание — кша, — кса (Икша, Колокша, Шилекша, Ковакса, Юндокса и т. д.), которое в древних языках этой группы, вероятно, означало реку или ручей (например, в современном марийском языке икса — ручей). Названия рек, оканчивающиеся на — кша, — кса, распространены на огромной территории от правобережья Оки до Белого и Баренцева морей, но преимущественно, как выяснил археолог В.В. Седов, там, где находят памятники волосовской археологической культуры эпохи позднего неолита. Тем самым устанавливается, что эта культура оставлена древнейшими финно-угорскими племенами на территории России. С этими племенами связаны также форманты — ма, значение которого пока не выяснено (Ухтома, Андома, Кема и т. д.), и — ога, — ега, — уга, — юга, означающие реку (в современных финно-угорских языках йокки, йогги — река): Андога, Линдега, Ветлуга, Уфтюга и др. По наиболее распространенной гипотезе таково и происхождение названий рек Ока и Юг, означавших просто река.
Невозможным оказалось объяснение ни из финно-угорских, ни из славянских языков многочисленных названий рек, кончающихся на — жма, — зьма, — сьма, — шма (Клязьма, Вязьма, Кинешма, Кесьма и др.). Эта группа формантов относится, вероятно, к неизвестному еще дофинноугорскому субстрату. В.В. Седов обратил внимание, что ареал распространения этих речных формантов близок к ареалу распространения памятников льяловской археологической культуры эпохи неолита (III–II тыс. до н. э.). Так географические названия доносят до нас голоса людей, живших 4–5 тыс. лет тому назад.
В западной части Центра России существует значительный балтский субстрат. Для балтских названий характерны окончания — са, — за, — ья, — рь, — ль, — ра, — нь, нередко оформленные в ходе дальнейшего развития славянским окончанием — ка, например Бутынь — Бутынка. Языковед В.Н. Топоров провел большую работу по выделению балтских гидронимов за пределами Литвы и Латвии. Среди них такие совершенно обрусевшие названия, как Пахра, Таруса, Руза, Гжать, Гжель, Искона, Протва и др. Гидронимы балтского типа широко распространены в Беларуси, Северной Украине и на запад и юго-запад от Москвы (в Московской, Калужской, Тульской, Смоленской, отчасти в Рязанской областях).
Однако основная часть и названий рек, и тем более населенных пунктов Восточной Европы, славянского происхождения. Они легко поддаются этимологизации, широко и повсеместно распространены.
Сложен вопрос об этимологии имени Волга. Упоминаемое античными авторами древнее ее название Ра, несмотря на существование различных гипотез на этот счет, остается неясным. В тюркских языках Волга именовалась Итиль (Идель, Атал, Атиль), что означает река. Отсюда вполне вероятно предположение, что русское название реки происходит от славянского влага (русское — волога) и первоначально могло также означать просто река. Однако существует и другая гипотеза — о финно-угорском происхождении гидронима: в эстонском языке валге означает белый, светлый; тогда Волга может переводиться как река Белая или Светлая. Высказывалось предположение и о более древнем, дофинноугорском происхождении названия. Этому разнобою во мнениях удивляться не приходится: чем крупнее географический объект, тем обычно древнее и его название, а чем древнее название, тем труднее установить его этимологию.
Возникало немало мнений и о происхождении названия Москва. Прежде всего, название столицы России означает город на реке Москве, и, таким образом, вне зависимости от этимологии названия реки, имя самого города уже славянского происхождения. Вопрос стоит об этимологии гидронима. Окончание — ва, характерное для многих финноугорских гидронимов (Лысьва, Сылва, Косьва и т. п.), наводило на мысль о финском происхождении. Но топонимы этого типа характерны для Приуралья, а не Подмосковья. Высказывалась и гипотеза о славянском происхождении топонима. Однако в последнее время наиболее обоснована гипотеза о происхождении названия из балтских языков, что вполне согласуется с распространенностью балтских топонимов вокруг Москвы. Но все же и сегодня вопрос не может считаться окончательно решенным.
Интересны сведения о происхождении названий некоторых наиболее крупных рек:
Амударья — Дарья — в иранских языках — река; Аму — древний город, стоявший на берегу реки.
Амур — вероятно, от тунгусско-маньчжурского амар — река.
Ангара — полагают, что из тунгусско-маньчжурских языков, где ангар означает ущелье, проем, устье.
Аргунь — из монгольского ёргунн — широкий.
Енисей — на языке местного населения Сибири (селькупов, эвенков, хантыйцев) иондесси означает большая река.
Или — по-монгольски сверкающая или блестящая.
Индигирка — по жившему на ее берегах якутскому племени индигиров.
Кама — в удмуртском и некоторых других финно-угорских языках слово кам означает река.
Лена — вероятно, из эвенкского Елюёне — река.
Нева — в финском языке нева — болото. Вероятно, название связано с болотистыми берегами.
Прут — вероятно, иранского происхождения; в переводе — либо брод, либо брызжущая.
В названиях населенных пунктов — ойконимах выделяются разные типы наименования. Широкое разнообразие их заставляет ограничиться сведениями по истории названий городов и сел России, Украины и Беларуси.
Названия древнейших русских городов часто связаны с именами их основателей или владельцев. Так, имя полулегендарного Кия, вероятно, отразилось в названии Киев — город Кия. Мы не знаем, кем были Черниго, Житомир, Дорогобуд, Могило, от имен которых возникли названия Чернигов, Житомир (первоначально — Житомирь; суффиксы — ь, — рь — древние славянские суффиксы принадлежности), Дорогобуж (д, смягчаясь, переходило в ж), Могилев. Но известно, что Владимир Мономах был основателем Владимира (первоначально — Володимерь), а Ярослав Мудрый — Ярославля. Христианским именем Ярослава Мудрого была названа построенная им крепость Юрьев.
Другой распространенный тип городских названий — по реке, на которой стоит город. Этот список почетно открывает Москва. Среди городов, названных по рекам, — Ветлуга, Вичуга, Большая и Малая Вишера, Вологда, Волоколамск (Волок на Ламе), Воронеж, Вязьма, Вятка (ныне Киров), Гдов (на р. Гда), Гжатск (ныне Гагарин, на р. Гжать), Гусь-Железный и Гусь-Хрустальный (на р. Гусь), Даугавпилс (русское Двинск, по р. Даугава, по-русски — Западная Двина), Донецк (по р. Донец), Задонск, Иркутск (в устье р. Иркут), Истра, Канск (на р. Кан), Кинешма, Киржач, Кондопога, Кострома, Курск (по ручью Кур), Лопасня (ныне Чехов), Нерехта, Омск (по р. Омь), Орел (по р. Орель, ныне — Орлик), Новый и Старый Оскол, Пинск (по р. Пина), Полоцк (по р. Полота), Россошь, Севск (по р. Сев), Сестрорецк (по р. Сестра), Слуцк (по р. Случь), Сызрань, Тайшет, Тамбов, Тирасполь (по античному названию Днестра — Тирас), Тобольск, Томск, Торопец (по р. Торопа), Трускавец (по р. Трускава), Туринск (по р. Тура), Ужгород (по р. Уж), Уссурийск, Усть-Каменогорск (по р. Каменной), Устюг (устье р. Юг), Уфа, Шацк (по р. Шача), Шуя, Яхрома и т. д.
Распространен тип названий по занятиям жителей, постройкам, пунктам сбора дани или налогов и т. п. К таким названиям относятся имена многочисленных поселений древних солеваров: Солигалич, Соликамск, Сольвычегодск и др. С солеразработками, вероятно, связано и название украинского Галича (по нему — Галиция). Корень галь означал в древности, возможно в кельтских языках, места солеразработок. Так, старинным центром добычи соли был Галле (ФРГ). Вероятно, и название Галича Мерьского (по племени меря) или Костромского дано переселенцами из Галича на Днестре, которые на новом месте занялись привычным промыслом — добычей соли.
К названиям такого же типа следует отнести и Винницу — винокуренный завод, Бронницы (поселение изготовителей кольчуг), Гусь-Хрустальный и Гусь-Железный, Устюжну Железнопольскую, Мытищи — место сбора пошлины — мыта.
Названия многих городов сохраняют имена тех сел, из которых они возникли (Иваново, Александров — бывшая Александрова слобода, Ковров и др.).
Кроме названий, возникавших стихийно, есть названия, которые дает государственная власть в честь тех или иных исторических личностей, государственных деятелей и т. д. Появление таких названий в России относится еще к рубежу XVI–XVII вв. В царствование Бориса Годунова в 1599 и 1600 гг. были основаны два города с одним и тем же названием Царев-Борисов: один — на реке Протве возле Можайска, другой — в устье реки Оскол. Оба они потом запустели и ныне как города не существуют. Петр I, основывая в 1703 г. в устье Невы новый город, будущую столицу империи, назвал его по имени своего небесного покровителя Санкт-Питербурхом (первоначальное название было голландским и лишь впоследствии превратилось в немецкое Петербург; но народ продолжал называть город Питером, а не Петером).
