очертаний в виде шаров, кубов и прочих стереометрических фигур. Словно некий исполин просыпал в изумрудную траву свой великанский детский конструктор.
– Футуроград? – уточнил я.
Ведь ничем иным этот удивительный комплекс быть не мог.
– Да.
– Интересно, что они там изучают?
Мое любопытство было самым настоящим. В детстве я прочитал немало книг в жанре фантастики ближнего прицела, и некоторые из них по-настоящему запали мне в душу. По-моему, уже в 80-х этот жанр вымер как класс, оставив после себя пустоту на месте наивной мечты. Сейчас такие произведения, вроде бы, появились снова, но за прошедший месяц у меня просто не дошли руки до беллетристики.
– Знаешь, это тебе надо будет спросить у Ольги, – посоветовала мне Лиса. – Когда она в школе училась, почти каждый день сюда бегала. И до сих пор бегает, только реже. Говорила, что здесь есть интересная группа по внедрению гравитехнологий.
Практически сразу же мы получили подтверждение ее слов. За деревьями показался небольшой скейтодром. Несколько парней и девушек на глазах многочисленных зрителей совершали разные трюки на парящих над землей досках – типа той, что была у Марти Мак-Флая во второй и третьей сериях фильма «Назад в будущее». Фантазия наконец воплотилась в жизнь, хотя для этого потребовалось не тридцать лет, а немножко больше.
Дальше находился, судя по вывеске, Медицинский футуроцентр. Не удержавшись, я принял на вирт информационный пакет и по-быстрому взглянул на него.
Да уж, впечатляет!
Наноботами, предохраняющими от болезней, чинящими и чистящими организм, в этом веке никого не удивишь. Я сам мог чувствовать себя полностью защищенным от любой земной или инопланетной заразы. Но эти ребята, школьники и студенты, реально работали над тем, чтобы обучить человеческий организм полноценной регенерации. По задумке, это бы дало возможность продлить активную жизнь в несколько раз, а в перспективе – достигнуть «технического бессмертия».
Конечно, тут возникала новая проблема с перенаселением Земли. Но дальше следовала ссылка на еще один проект Футурограда – разработку концепции терраформирования Марса и даже Венеры. Причем последнюю предлагалось раскрутить с помощью гигантских гравитационных двигателей на полюсах, а в атмосфере распылить специальные бактерии, которые бы за пару столетий выжрали весь излишний углекислый газ. В самом конце упоминалась и наша экспедиция.
– Видишь, какое важное дело вы затеяли, – улыбнувшись, заметила Лиса, которая, само собой, прочитала то же, что и я. – Вы должны не только найти, как ты говоришь, братьев по разуму, но и проложить людям дорогу к новым звездным мирам.
– Будем стараться…
– Постарайтесь.
Меня серьезно и аккуратно поцеловали в щеку. А дальше остаток нашего пути прошел в обоюдном молчании. Но не каком-то там напряженном или неловком, а просто потому, что все было понятно и без слов.
Вокруг прогуливались, общались друг с другом и развлекались люди, много людей, и я был одним из них. Это мир был для меня чужим, но сам он принимал меня за своего. Значит, надо становиться здесь своим, вживаться и пускать корни. Если уж меня вырвали из привычной жизни и перенесли в иное время, пусть тогда оно станет и моим временем!
В Теремке я сразу заметил нашу компанию, оккупировавшую несколько сдвинутых столиков. Мы с Лисой пришли последними, и робот-официант, похожий на большое ведро с руками-манипуляторами, уже расставлял перед ними заказанные блюда.
Помахав рукой, я двинулся к друзьям, привычный и свой среди своих. И… чуть не споткнулся, расслышав, что увлеченно рассказывала Оксана.
– …вот и выклюнула аллельная цифодроночка! – тараторила она, размахивая руками. – Пришлось загонять ее в спиральку, и тундых! А трумаркера мы и не поставили на секвестр...
Народ явно развлекался, выслушивая эту белиберду, а я почувствовал себя Руматой, оказавшимся свидетелем разговора дона Рэбы и Ваги Колеса.
Вот тебе и вживание в мир! Оказывается, я тут не знаю даже молодежного жаргона. И память Константина почему-то молчит…
– Не понятно? – тихонько хихикнула под ухом Лиса.
– Нет, – обреченно признался я.
– Это Оксанка лихачит, – смеясь, выдала мне блондиночка. – У нее прабабушка была в молодости в Братанстве Химер, вот и научила ее тогдашней фене.
Я облегченно, хотя и немного нервно хихикнул. М-да, вот что значит, двести лет прошло!
То, что здесь успели забыть за давностью, для меня – все еще далекое будущее. Хотя… а какая разница? Так или иначе мне придется привыкать к этой современности.
Больше в тот день я ни разу не ощущал себя чужаком. Мы общались, спорили, смеялись над шутками друг друга, распускали хвосты перед красивыми девушками – в общем, вели себя как обычная молодежная компания. Даже Сергей, самый старший из нас, без труда держался на этой волне.
Не подкачала и местная кухня, хотя она и изменилась за два века. Причем, не всегда в лучшую сторону. Например, кто придумал называть шашлыком мелкие кусочки мяса и овощей, поджаренные на электрогриле? Разве можно ЭТО даже сравнивать с настоящими шашлыками? А что за странная манера подавать пельмени с овощным салатом? Забыв при этом о мало-мальски пристойном соусе!
Все равно, день, без сомнения, удался. Мы так и вышли с ВДНХ большой дружной компанией, а затем долго прощались перед входом на станцию метро. Мы с Лисой обменялись контактами, хотя оба понимали, что в следующий раз сможем встретиться не раньше, чем через три с половиной года. У нас даже связи в это время никакой не будет.
– Хорошо погуляли, – заметил Цветан, когда мы уже спустились на платформу. – Может, и через неделю вот так соберемся, только всем экипажем? Чтобы… это… ну… сказать…
– Земля, прощай! В добрый путь! – подсказал я.
– О, ты это хорошо сказал! – кивнул Мартин. – Браво!
Я смущенно развел руками. Думаю, вряд ли кто-то в этом времени смотрел древний мультик про летучий корабль. Не признаваться же в плагиате!
– Кину нитку Марку и кэпу, – одобрительно сообщил Сергей. – Думаю, это
