только он почувствовала, что доцент ослабил бдительность, он достал из папки ряд фотографий и показал их ему.
На них было изображено тело Бирюкова, выпавшего из окна.
— Зачем вы ему звонили в день, когда он погиб?
Это внезапное возвращение к реальности дезориентировало Ионова, и он пришел в ярость.
Но Евгений только начинал.
Он не дал ему времени на ответ и задал новый вопрос:
— Скажите, ваша жена знает, что у вас был роман с Дианой Гурджиевой в течение примерно полутора лет?
* * *
— Госпожа Масюк, если вы не станете сотрудничать, ваш муж окажется за решеткой за соучастие в похищении человека.
Маргарита Масюк находилась в состоянии, близком к паническому. Ее забрали прямо с места работы и доставили на допрос как свидетеля: ей действительно несколько раз изменял муж, и теперь она пыталась защитить его, чтобы сохранить целостность своей семьи, только усугубляя свою собственную ситуацию.
После обычных предварительных вопросов, задающих темп, Мария запустила первую «бомбу».
— Ваш муж сказал, что ночь с двадцать второго на двадцать третье сентября он провел дома, с вами. Вы подтверждаете? — спросила она небрежно, как будто это была простая формальность, которую нужно было записать черным по белому.
— Да.
— Вы легли спать вместе, а он всю ночь провел у вас?
— Правильно, — ответила Маргарита Масюк, попав в ловушку Райской.
Во время первоначального словесного натиска полицейской женщина кусала заусеницу до крови. Теперь она сосала большой палец, как ребенок.
— Превосходно. Значит, вы были вместе. — Мария улыбнулась и покачала головой. — Тогда объясните мне, почему геолокация мобильного телефона вашего мужа указывает на то, что сначала он находился в районе Белогорска, а затем, спустя несколько часов той же ночью, в районе Красноселовки?
Рита побледнела и пролепетала что-то нечленораздельное.
Райская показала ей другую фотографию:
— Это ваш автомобиль?
Фотография была сделана, по-видимому, с камеры на въезде в город.
Рита могла только кивнуть.
— Тогда странно, что ваш муж был с вами в тот вечер, Маргарита, ведь эта фотография была сделана видеофиксатором ГИБДД около десяти вечера на трассе эр-двадцать три. Ваш муж превысил скорость… Что вы можете сказать по этому поводу? Обладает ли он даром вездесущности?
В отличие от сфабрикованных показаний Ионова, фотографии из ГИБДД были настоящими: Фирсов передал их Марии перед тем, как она вошла в комнату.
Масюк была в растерянности. Кто-то громко постучал в дверь.
Маргарита отпрыгнула назад в кресло и приложила руку к сердцу.
— Я сейчас, — задумчиво сказала Мария.
Выйдя в коридор, она столкнулась лицом к лицу с Фирсовым.
— Как дела? Я в порядке, хорошо, но не настолько. Мне все еще нужно время…
— Нет проблем.
* * *
— Я ожидаю ответа, — сказал Евгений, не отрывая глаз от преподавателя. −Ваша жена знает о вашем романе?
— Нет, она ничего не знает, — признался Валерий.
— А как насчет других студенток, с которыми вы встречались на протяжении последних лет?
— Я не…
— Нет необходимости рассказывать нам истории. Слухи распространяются. Мы также поговорили с ректором, который сообщил нам, что именно ваши шалости разрушили вашу карьеру и что со следующего семестра вы прощаетесь с университетом. И это мы не касались вашего старого дела.
— Как вы смеете! — Лицо Ионова приобрело багровый оттенок, глаза налились кровью.
Евгений намеренно повысил температуру допроса, чтобы проверить, сможет ли подозреваемый сдержать свой гнев. Когда он наблюдал за тем, как его лицо искажается, словно фантик от конфеты перед пламенем, его охватила уверенность в том, что именно он бил Диану. Это вызвало у него прилив адреналина, который бывает на охоте.
— И это еще не все… Есть ли у вас алиби на ночь с двадцать второе на двадцать третье сентября?
Мужчина ободряюще улыбнулся.
— Но, конечно, я был дома с женой и детьми, как и каждый вечер.
— Так ли это? А кто это? Ваш брат-близнец? — сказал Евгений, показывая ему фотографию, сделанную камерой ГИБДД на трассе.
Ионов побледнел.
— Лучше не отвечайте на вопросы, — посоветовал адвокат.
— Если я допрошу вашу жену, и она подтвердит ваше алиби, я вмиг предъявлю ей обвинение, я не шучу. Ваш мобильный телефон показывает, что вы находились в районе Белогорска, а через пару часов — в районе Красноселовки, в десяти минутах езды от каньона Шан-Кая. Ничего не напоминает это место?
Валерий не смог сдержать себя и дрогнул веками. Несколько раз.
— Что вы там делали в это время суток?
— …
— И не кажется ли вам, странным, что именно вы сказали нам, где найти Бирюкова, на Гурзуфском перевале, того самого Бирюкова, которого, как вы сказали, вы ненавидите, и я цитирую вас дословно?
— …
— И потом, извините, но вы в зеркало смотрелись? Знаете, как криминологи называют раны на вашей шее? Защитные царапины, характерные для женщины, пытающейся избежать изнасилования. И так получилось, что Диана была изнасилована. Неоднократно. Расскажите мне еще раз, откуда у вас эти царапины, пожалуйста.
— …
Как боксер, которому удается загнать соперника в угол, Евгений не уменьшил частоту и интенсивность ударов, а стал бить еще сильнее.
— Когда вас спросили об этом, жена сказала, что вы поранили руки при ремонте автомобиля, а вы сами рассказали, что это произошло во время археологических раскопок. Кому мы должны верить? Есть ли кто-нибудь, кто мог бы свидетельствовать в вашу пользу? Я весь внимание, скажите, кто был с вами во время раскопок, чтобы я мог послать кого-нибудь снять показания. Продолжайте.
— …
— Посмотрите, в каком состоянии оказалась Диана.
Он показал ему несколько фотографий опухшего лица. Ионов едва успевал смотреть на них, как будто это стоило ему непомерных усилий.
— Ну-ка, посмотрите на них внимательно… Мне кажется, что у человека, который так все устроил, серьезные проблемы с темпераментом, не находите?
— Но Бирюков был…
— Слишком легко свалить все на мертвеца. И позвольте заметить, что у нас есть по меньшей мере десять человек, которые клянутся, что Бирюков ни на шаг не отходил от лагеря неоанастасийцев до того, как мы обнаружили их. А сколько людей могут засвидетельствовать ваше неучастие?
Доцент был на грани срыва.
— Я знаю, что благодаря сотрудничеству с нашим коллегой Романом Барсуковым вы были посвящены в подробности убийств семьдесят восьмого и восемьдесят девятого годов, которые были неизвестны большинству людей, которые никогда не попадали в прессу. Поэтому можно сказать, что вы являетесь экспертом по этим преступлениям, что видно из отчетов, подготовленных вами для Барсукова. В результате, кому, как не вам, организовать ритуальное убийство, во всех отношениях похожее на те, что были совершены тридцать и сорок лет назад, и
