какая-то дрянь, а от меня тупо и неумело пытаются отделаться. Хренушки куда я уйду, загадочные вы мои.
— Я вообще-то ещё ем, — я медленно помешала ложкой наваристый супец.
Кох скорчил гримаску, мол, ну что ж ты такой упёртый, малыш?
— Да к чёрту, хочет торчать здесь, пусть остаётся, — вякнул Шнайдер, резко отодвигая стул.
Я не успела понять, что к чему, а он уже подлетел к мирно жующему ботану и со всей дури вломил ему в челюсть. Тут же подхватил его за шкирку и снова проехался кулаком по физиономии. Бартель, Каспер и новенький, кажется Мориц, обступили их кружком и тоже принялись пинать не сопротивляющегося Винтера. Он, словно ростовая кукла, летал между ними, даже не пытаясь закрываться от ударов.
— Вы что творите, сволочи? — не раздумывая, как я буду выглядеть в центре этого замеса, вскочила я.
— Не лезь, Майер, он заслужил, — Шнайдер с чувством врезал кулаком Винтеру под печень, а Мориц подсечкой свалил его на пол.
Я конечно всё понимаю, крепко они осерчали, но пинать толпой лежачего это как-то перебор. Шнайдер с чувством плюнул в сторону беспомощно валяющегося Фридхельма и прошипел:
— Ты позор нашей роты и своего брата.
Синеглазка сделал слабую попытку приподняться и пробормотал:
— Слушай, а тебе ещё не говорили, что ты похож на еврея?
В ответ этот мудила со всей дури заехал ногой ему по фейсу.
— Хватит! — я рванулась ближе, и меня тут же перехватил Бартель, сунул в руки ведро и пинком выпихнул из избы: — Сказано же тебе сходить за водой, вот и иди!
Я замерла на пороге — судя по звукам этот беспредел продолжался. Нет, никогда мне не понять эти пацанские разборки по понятиям, я должна их остановить. Сейчас не до негласных правил, мне надо найти Вилли или Кребса. К моему удивлению, Вилли обнаружился не так уж и далеко. Он нервно наворачивал круги у соседней избы.
— Герр лейтенант, идемте со мной скорее, там… — я осеклась, когда он обернулся.
Перекошенное смятением лицо, измученный взгляд говорили о многом. Получается, он решил повоспитывать братика чужими руками. Тьфу, безвольный соплежуй. Ну ладно бы ещё сам накостылял младшему, возможно, тот и заслужил трёпку. Но чтоб так — отдать не умеющего драться пацана на растерзание матёрым солдатам? Я действительно никогда не смогу понять мужиков.
— Не вмешивайся, Карл, — скупо бросил Винтер, окидывая меня нечитаемым взглядом. — Так надо.
Ну и пошёл ты со своим «надо», сама как-нибудь справлюсь. Я ломанулась обратно и ворвалась в столовку, как пресловутый герой вселенной Марвелл. Да сколько можно бить человека, который и не думает сопротивляться, совсем охирели? Шнайдер расселся на безвольно лежащей тушке Фридхельма, продолжая молотить его.
— А ну отвали от него, мудила!
В подкрепление своих слов я швырнула тяжёлое ведро, которое на автомате таскала всё это время, на удивление метко задев блондинистую башку. Шнайдер медленно поднял глаза, узрев, откуда ему прилетело, и глумливо оскалился:
— А-а-а, малыш, всё не успокоишься. Не волнуйся, я и тебе всыплю по первое число.
— Только помни, что в отличие от него, — я кивнула на отключившегося Фридхельма. — Я тебе отвечу.
Я уже приметила сложенные у печки дрова для растопки, вон если что найду, с чем продержаться хоть немного.
— Э-э-э, Шнайдер, по моему это уже перебор, — Кох бочком двинулся ко мне, загораживая.
Глядя на растерянные лица парней, я подумала, что они возможно не ожидали, что всё зайдёт так далеко. Ну, попинали бы накосячившего ботана немного и хорош, нет же этот разбесившийся маньяк всё не остановится.
— Прекратить! — в пустой след приказал Вильгельм.
Ворвался, блин, изображая тут ОМОН в действии, и тоже, видимо, прихирел, увидев братца. Фридхельм выглядел ужасно. На лице не осталось живого места — рассечённая бровь, разбитый нос и кровищи, как в лучшем голливудском боевике. У него как минимум нехилое сотрясение и пара треснувших рёбер. Парни, надо сказать, мастерски прикинулись безмолвными изваяниями, мол ничего не видели, не знаем. Вилли в шоке смотрел на Шнайдера — это же как надо было бить, чтобы по уши измазаться в чужой крови? Правда тут же взял себя в руки, приказав:
— Несите его к санитарам.
Небось не ожидал, что непутёвому брату теперь придётся отлёживаться в госпитале? Винтер выразительно припечатал всех тяжёлым взглядом:
— И чтоб я больше не слышал о подобных инцидентах, ясно?
По-моему, немного поздно разыгрывать из себя моралиста. Я отвернулась, собираясь валить отсюда. Пусть лучше Кребс опять вымотает по полной, похоже физическая выносливость мне всё же пригодится.
— Карл, — Кох легонько коснулся моего плеча. — Ты же понимаешь, так было нужно.
— Вы животные, — я сбросила его руку. — Не обязательно было превращать это в такую бойню.
Больше меня, к счастью, никто не трогал, и я наивно полагала, что Шнайдер, удовлетворив свои замашки маньяка, на какое-то время успокоится. Вечером забежала в казарму одеться потеплее. Сегодня была моя очередь заступать в караул, и лишняя пара носков и пуловер не помешают. Быстро, пока никого нет, управилась с переодеванием и, достав расчёску, старательно пригладила критически отросшие волосы. Нет, с этим надо срочно что-то делать. Попрошу Коха меня обкорнать. Смешно, но свои настоящие волосы я наверное и под страхом смерти не позволила бы обстричь, а эти блондинистые вихры почему-то особо и не жалко. Услышав, как скрипнула дверь, я спокойно убрала ранец, собираясь идти в свой ночной дозор.
— Предупреди, если кто-то будет идти, — услышала я негромкий голос Шнайдера.
Чего? Никак явился по мою душу? Я вскочила, прикидывая, что можно использовать в драке, ибо голыми руками от этой скотины мне явно не отбиться.
— По-моему мы
