Понятное дело, этот закон срабатывал даже тогда, когда путешественник во времени оказывался за несколько тысяч лет до собственного появления на свет. Петля времени остается петлей, независимо от того маленькая она или большая. Любой путешественник во времени, оказавшись в том участке прошлого, в котором уже появились люди — неизбежно погибал.
Керк почесал затылок.
Ну хорошо, это все понятно. Но каким образом остался в живых он сам? Почему закон петли времени не сработал? Какое–то реальное объяснение этому факту должно все же быть. И оно было…
Керк едва не подпрыгнул на месте.
Ну конечно, оно было!
Он припомнил теорию, которую пару лет назад, там, в его времени, выдвинул один из ученых. Она наделала много шума. Согласно этой теории, если в прошлое проваливался человек, способный изменить историю в очень больших масштабах, ткань времени не выдерживала и разрывалась. При этом, возникало как бы ее ответвление, некий новый мир, который, с этого момента, не имел с реальным никаких точек соприкосновения. В этом случае петля времени не возникала.
К сожалению, никаких доказательств этой теории просто не могло существовать, поэтому, как водится, выдвинувшего ее ученого подвергли всеобщему осмеянию. Через некоторое время о ней забыли и вовсе.
«Еге, — сказал себе Керк, — а ведь, похоже, она была верна. И доказательством этому служит то, что я остался жить. Стало быть, я и есть тот человек, которые должен создать новое ответвление времени, новый, альтернативный мир. Других объяснений всему происшедшему просто быть не может».
Самое грустное было то, что об этом никто в его времени так и не узнает.
«А тебе–то какое дело? — подумал Керк. — Тебе, сейчас, нужно позаботиться о себе. И своей исторической миссии».
Он ухмыльнулся.
Действительно, представить себя в роли великого завоевателя, или знаменитого просветителя, он мог с большим трудом. И все же… Была в его положении и определенная выгода. Если уж он не погиб во время взрыва машины времени, то стало быть, скорая смерть ему не грозит. По крайней мере, пока он не выполнит то, ради чего неумолимое время пощадило его жизнь.
«Интересно, что же это будет? — думал он, — Наверняка, мне придется объединить какие–то враждующие между собой племена, создать из них могучий союз, и потом, как следствие — государство, может быть, первое на этой планете. Уж не Атлантиду ли? А что, вполне возможно. Конечно, о легендарной Атлантиде осталось не так уж и много упоминаний, но несомненно, в свое время, она оказала огромное влияние на другие цивилизации, и в первую очередь, на греческую. Если я создам это государство хотя бы лет на пятьсот раньше, вполне возможно, греческая цивилизация не возникнет и вовсе. Что и требовалось сделать, чтобы не попасть в петлю времени».
Привстав, он снова посмотрел на рыбаков. Те трудились в поте лица. На берегу лежало уже около десятка рыбин.
«И все же, — признался он себе. — Воевать мне что–то не очень хочется. Сражения, кровь, интриги полководцев. Нет, это не по мне. Буду–ка я, лучше, великим просветителем. Научу этих невежественных первобытных людей алфавиту, счету, основам медицины. А уж все остальное они сделают сами. И государство образуют, и соседей завоюют, и прочее…»
Эта идея ему понравилась больше.
— Решено, — пробормотал он. — Буду просветителем. Это занятие, более благородно, чем быть великим завоевателем. Да, и менее хлопотное. С чего же я начну?
Он снова кинул взгляд на рыбаков, и решил, что начать стоит с них. А почему бы и нет? Именно их, для начала, он и приобщит к культуре.
Каких либо опасений за свою безопасность он не испытывал. По крайней мере, до тех пор, пока он не сделает то, что должен сделать, все попытки причинить ему вред обречены на провал. Всемогущее время, будет охранять его лучше скафандра с двойной защитой.
— Эй вы, я иду! — как можно громче крикнул Керк и стал спускаться с холма.
Увидев его, рыбаки, в общем–то, не сильно удивились.
«Вот и хорошо, — подумал Керк, спускаясь с холма. — Вот и прекрасно. Первый контакт — самый важный».
Когда–то давно он читал, что для того чтобы доказать свои добрые намеренья, нужно дикарям показать пустые руки. Так он и сделал.
Увидев его вытянутые к ним руки, первобытные люди, переглянулись, и одновременно кивнули.
«Мимика у них уже почти человеческая, — обрадовался Керк. — Стало быть, обучить их основным знаниям будет не так сложно. Теперь, самое главное, не останавливаться на достигнутом. Надо развивать свой успех дальше».
Первобытные люди выбрались на берег и проложили свои остроги на землю.
— Вот и молодцы! — крикнул Керк. — Все будет очень хорошо! Просто прекрасно! Из вас еще выйдут цивилизованные люди.
Он подошел вплотную к тем, кого собирался приобщать к благам цивилизации, и возбужденно сказал:
— А теперь, если я не ошибаюсь, нам нужно представиться. Меня зовут Керк.
Один из рыболовов сказал несколько слов на странном, гортанном языке.
— Правильно, — промолвил Керк. — Вы, конечно, многого не можете понять, но все же, уверяю вас, надо начинать с начала. Меня зовут — Керк. А тебя?
Он ткнул пальцем одного из рыболовов в грудь.
— Тебя, как зовут?
Тот, словно марионетка, смешно замахал руками, производя какие–то загадочные пассы. Одновременно с этим, второй рыболовов сделал шаг вправо, выходя из поля зрения Керка.
— Нет, так не годится, — помотал головой тот. — Скажи мне как тебя зовут… Меня зовут Керк. А тебя?
Он снова ткнул первобытного человека пальцем в грудь, и хотел было повернуться, чтобы повторить ту же операцию с его товарищем, но не успел…
На его шею обрушился удар здоровенным камнем.
К удивлению Керка, без сознания он был не долго, может быть несколько секунд. Придя в себя, он хотел было встать, но вдруг обнаружил, что не может пошевелить и пальцем. Боли, пока, никакой не чувствовалось.
«Мне перебили шею, — совершенно спокойно, словно это произошло не с ним, а с кем–то другим, подумал Керк. — Зачем? Какого дьявола?»
Ответ на этот вопрос он получил очень скоро.
Один из первобытных людей разорвал на нем куртку, потыкал пальцем в живот и плотоядно облизнулся. О том, что эти двое собираются сделать с его телом, догадаться было не так уж и трудно.
Между тем, второй первобытный побежал в сторону леса, и вскоре вернулся, ведя за собой на длинной веревке лошадь. Она была запряжена во что–то наподобие индейской волокуши. Это сооружение представляло из себя несколько связанных с одного конца жердей. Свободные их концы волочились по земле. Видимо, первобытные люди хотели на волокуше перевезти его тело поближе к своему жилью и только там уже его разделать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
