сторону убрать и думать хладнокровно, и дать этим ненормальным подставить его женщину под удар?
– Ты мне зубы не заговаривай! – рыкнул на него Руслан и поднялся со своего кресла, подошел к окну и вдаль уставился, – Марина, что думает?
– Марина хочет вернуться к работе в нормальном режиме, так что согласна рискнуть.
– Так какого хрена ты мне тут мозги компостируешь?
– Ты понимаешь, если что-то пойдет не так, она пострадать может?! Я чуть с катушек не слетел после той аварии, а ты мне предлагаешь опять во все это влезать? Ты мне гарантию дашь, что моя жена живая останется?! Ты кто? Господь Бог?!
– Константин Алексеевич, – в их разговор вмешалось третье лицо, – Я буду рядом постоянно.
– Можно подумать, твоему слову я верить могу, наемнику, который родную маму за тысячу зеленых продаст, – рыкнул недовольно на женщину, хоть и за женщину ее Костя не считал, – машина для убийств, никак иначе.
– Насчет мамы Вам не скажу, у меня ее не было никогда, а вот гарантию могу дать. Ваша сталкерша, именно съехавшая с катушек баба, она мстит. Она долго выжидала, чтобы нащупать Вашу болевую точку, а как только нащупала, сразу на нее надавила, но все сорвалось и теперь она в ярости, значит, будет делать ошибки, не будет такой осторожной, как раньше.
– Я понял, понял. Нам нужно ее спровоцировать. Но мне легче самому под пули встать, чем пустить под них Марину.
– Это похвальное желание, Константин Алексеевич, но в данный момент Вы ходите, практически без охраны и никаких покушений не было. Ее цель не Вы сами, а Ваша семья. И поймать мы ее сможем только на этом, и надо делать все в темпе.
– Почему?
– Если дать ей больше времени, она остынет и упокоится, начнет соображать и уйдет в подполье еще на несколько месяцев, а может даже лет – ждать эта тварь умеет, этого не отнять. А нам такое не нужно, неизвестно, что она еще придумает.
Костя со вздохом откинулся на спинку кресла. Ему нужно было обдумать все как следует и уже что-то решать, исполнение плана займет неделю, и за это время реально подготовить все как нужно, но ему еще эту неделю нужно прожить. Ей-богу, он поседеет пока они из этого дерьма выберутся.
– Что успела нарыть по поводу ее мотивов? Я, хоть убей, не понимаю, почему она ждала так долго.
Женщина, сидевшая в уголке его кабинета, вдруг встала и с папкой в руках направилась к нему.
Костя старался на нее не пялиться. Что только про нее не слышал, какие только слухи не доходили про ее службу, про ее работу на одного нефтяного магната, и никак образ наемного убийцы и солдата, положившего в свое время хренову тучу народа, не вязался с этой хрупкой тонкой блондинкой, с голубыми ясными глазами (а скорей всего это были линзы) и веснушками на лице. Козырек кепки был низко опущен и скрывал ее лицо от камер наблюдения и людей, что выше ее ростом, а таких было много. В ней не больше метра шестидесяти пяти, но за эти дни Костя успел ее рассмотреть, как следует, или она ему позволила это сделать, прекрасно понимая, что никакого доверия мужчина к ней не испытывает, но должен был допустить ее в дом, к своей жене и ребенку. Необходимость, на которую он уже пошел, а теперь эти два стратега требовали еще одной уступки, но уже более весомой и опасной.
– А наша девочка оказалась не так проста.
Женщина бросила к нему на стол папку, и он ее тут же открыл, посмотрел на фотографию: изменилась сильно, он помнил эту девочку именно девочкой: молодой и дерзкой, смешной, а на фото была угрюмая, ненавидящая весь мир женщина. Обычные данные: год рождения, место проживания, дата и обстоятельства смерти. Заключение эксперта. Была заражена СПИДом, от него и скончалась в психиатрической лечебнице.
– А на самом деле?
Костя уставился в ледяные голубые глаза, и девушка не спешила их отводить. Для нее все это было игрой, ему так казалось, а что там у нее в голове было, на самом деле, один черт знает.
Руслан к ним присоединился, пролистал папочку и тоже посмотрел на своего новоприобретённого союзника.
– Она была беременна, когда Вы ее в лечебницу отправили, но уже заражена СПИДом, по словам тех, кто там работал, и кого удалось найти.
У Кости в глазах начало двоиться и сердце застучало бешено, кровь по сосудам перегоняя. Ярость накатывала такая, что будь он здесь один, разнес бы кабинет к чертовой матери. Но сейчас мог себе позволить только кулаки от бессильной злости сжимать и разжимать.
– Думаешь, это был ребенок Лешки?
– Вашего брата? – она переспросила, а потом качнула головой, – Сложно сказать. Вы ведь не были близки с ним, я так понимаю, и он не особо делился с Вами своими проблемами.
– Единственной его проблемой был я сам, потому что палил его, не давал денег, если кончались, не закрывал его долги и не вытаскивал из передряг. Думал, повзрослеет, а тут вылезла эта Настя, и он свихнулся на девочке, помешался просто.
– Эта девочка, как Вы говорите, была обыкновенной барыгой, что для Вас тайной не было, ширялась периодически и спала не только с Вашим братом, хоть у нее и были на него серьезные планы.
– Что случилось с ребенком?
– Выкидыш на позднем сроке, удивительно как она сама не сдохла.
– Я не понял один момент, у нее СПИД был или нет? – Руслан внимательно пролистывал папку и вскинул на Зиму вопросительный взгляд.
– Это сложно проверить на самом деле, никаких ее следов в лечебнице не осталось, все выбросили или уничтожили. Но я так думаю, это липа.
– Думаешь, Настя врача соблазнила?
– Практически в этом уверена, я проверила: тогда работало три молодых доктора, которые в принципе по возрасту подходят под кандидатуру глупого соблазненного мальчика. Один из них пропал без вести, спустя месяц, после ее смерти.
– Значит, соблазнила его…
– Скорей, рассказала слезливую историю о злом и большом брате ее бывшего жениха, надавила на жалость потерей ребенка, и может, еще добавила, что вне стен больницы она была святой, а злой старший брат жениха хотел ее отыметь, но получил отказ и начал мстить, – Костя это не придумал, он же помнил, как она на него вешаться пыталась, помнил, как отшил эту малолетнюю дрянь, значит вот так должна была звучать ее версия, чтобы нормальный умный парень повелся.
– Ну, или так, – женщина согласно кивнула и присела на
