глаза, спросил я.
— Нет. — Решительно, словно ожидав именно этого вопроса, выдала Муррка. А после, когда наши взгляды пересеклись, осеклась. — Немного…
— Зря, ты красивее её. И формами, и грудью, глупенькая немного, но тебе это даже идёт. К тому же, я не против делать это просто так. Мне ведь тоже приятно.
— Хохо тебе глаза выцарапает, если узнает, что ты сравнивал её с другой женщиной. — Пытаясь скрыть проступившую на лице улыбку, опустила голову Муррка.
— Тогда не рассказывай. — Глядя на румяные щёчки, попросил я.
— Не буду. — Фыркнула она.
Я знал, чего хочет моя спутница. Она, в свою очередь, боялась в этом признаться. Утомлять нас обоих ожиданием не стал. Взяв ту за руку, завёл на второй этаж, как принцессу уложил на тёплые шкуры, а после, сделал всё, что требуется от честного и порядочного кобеля.
Лишь после наших с ней физических упражнений, на лице Муррки вновь расцветала та прекрасная улыбка. Лишь после секса говорила она не о всякой жизненно важной херне, а о чём-то волнующем лишь нас двоих. Я не обижал Муррку, не гнал после соития, как некогда давно поступали другие кролли. Всегда и везде в быту я относился к ней так же, как в постели. Это её и покорило. Моя робость, местами нерешительность, трусость, стали важной для крольчихи основой, отличавшей мою скромную персону от других. Внезапно там, где я считал себя трусом, кто-то увидел необычный подход и мужество. Хотелось бы ещё верить, что магия моя тут ни при чём, но, увы, тогда бы она врала мне, а я, веря в эту глупость, обманывал бы сам себя. Девушки любят сильных, и не обязательно, чтобы сила эта была физической.
Сон наползал на глаза. Накопленная за день усталость брала верх над телом, уже будучи готовым провалиться в глубокий сон, слышу некий скрежет.
— Ша-ма-н… — Словно из ночного кошмара, донёсся чей-то зов.
Открыв глаза, замечаю Муррку. Закинув на меня ножку, та мирно посапывала мне на ушко. Может показалось? Глядя в тёмный, мрачный потолок, вновь слышу чьё-то скрежетание. Может мышь? Но мыши не разговаривают.
— Ша-ма-н… — Повторил голос, и мне стало не до смеха.
Скинув с себя Муррку, поднимаюсь, с голым задом и палицей, стоявшей у двери, осторожно выглядываю в коридор. Мрачные тени окружают пространство, в котором я не замечаю стражника, что обязан присматривать за пленницей. Не мог же этот идиот сам зайти к ней в комнату⁈ Судорожно прильнув к двери комнаты, проверяю засовы, подпоры и прочее. Заперто!
— Ша-ма-н, помоги… — Звала меня всё это время именно хищница. Напугала, чёрт бы её подрал!
— Задрала шкрябать, чего тебе?
— Помоги…
— Чем? Заболела что ли?
— Нет…
— Тогда что?
— Течка… — шмыгая носом, словно плача из-за собственных слов, простонала Пом.
Глава 29
Стадо коров, длинной муравьиной цепью поднималось вдоль реки из долины. Окружая их, взгрудив тем на спины и на собственные плечи всё своё барахло, шли Му. Высокие, упитанные мужчины и женщины. В кожаных одеждах, с оружием и инструментами за плечами. Если кролли выглядели как представители неандертальцев или племён африканцев, проживавших вдали от цивилизации. Му больше напоминали людей из времён древнего Рима. Не римлян конечно же, но на роль свирепых галов вполне сошли бы.
Гостей и их даров оказалось много. Вели и несли они с собой не только «живое» мясо, но и то, что от этого мяса происходило. Нагромоздив товары на спины животных, они тащили в поселение молочные продукты, продукты собранные во время охоты и собирательства. Травы, целебные корни, деревянная посуда, разобранные компоненты своих жилых шатров и много чего другого.
— Нужно сделать загон. Боб, собери дровосеков… — Понимая, что такое количество коров всего за сутки засрёт всю мою деревню, велю я. Забить их всех и разобрать прямо сейчас не получится, мы банально не успеем. Кидать скот в чистом поле, тоже не хочется, разбредутся.
— Разделим стадо. Малую часть в деревню, остальных оставим за стеной. Поставим ограду, за ней, по периметру, разместим костры. Это даст хоть какой-то обзор ночью.
— Костры быстро потухнут, их нужно поддерживать. Хотите, чтобы мы держали ночью врата открытыми? — Уточнил Боб.
— Нет. Разожжём костры, когда все поедят, то есть уже ночью. Это выиграет нам пару безопасных часов. За пределы стен простым кролли, как и ранее, выходить запрещено, и запрет этот теперь для всех, включая Му. — Произнёс я.
— Для всех? И даже для Кобаго? — Переспросил Боб. Вопрос скользкий, с подвохом.
— Даже для Кобаго… — утвердительно ответил я. В жизни охотника и так много проблем. Он, по требованию старосты, долгие годы провёл в отдалении от племени. Времена поменялись, теперь ему придётся привыкать к новому старосте, новым правилам и… семье. Той, которую последние годы он избегал. Пусть побудет дома, с нами всеми. А костёр поджечь я человека, то есть кролли, найду.
— Матвеем. — Басистый голос Кобаго окликнул меня из-под ворот. Помяни, и он тут как тут. — Кролли видели у старого дерева ещё волков. Кобо подстрелил одного из них, когда тот пытался обрезать веревку с трупом.
— Убил?
— Нет, скорее всего ранил. Они убежали, но уже скоро вернутся с помощью. Думаю, покойники на дереве сильно их разозлили. — Ответил здоровяк.
Мда, с обозначением территории я погорячился. Сейчас мои кролли во всю тягали из леса брёвна, рубили дрова, мы готовились к зиме, и по расчетам моим приготовления завершены всего на треть. Нужно больше дерева… голосом орка из одной игры, повторял про себя я. Попутно вспоминая, что такое зиккурат, и к какой расе в Варике он принадлежал.
Первые Му, глазея на распахнутые врата, пригибая гордые спины, вошли в деревню. Для самых главных и важных «коровок» я уже приготовил несколько плетёных домов, а так же немного угощений, сваренных Мурркой и Момохо. Наверняка они двигались в спешке, и устали после долгого перехода. А тут, мы, с хлебом с солью, так сказать…
Найдя в приближающейся толпе Мудагара, окликнул того со стены, и после пары минут перекрикиваний начал управлять размещением стада на полянке. Орать пришлось много, сильно, до хрипоты с болью в горле. Но это оказалось гораздо проще, чем бегать как в жопу ужаленным, вылавливая каждого из пастухов Му. Пока всё вокруг деревни не вытоптано, не съедено, и не засрано, округа деревни представляла для коров одно большое пастбище. На скорую руку огородив делянку для скота веревками, заготовленными мной про запас и на черный день, всё так же, крича с ворот, принялся расселять Му. Кого-то, как пастухов, для удобства ближе к воротам, что бы проще за скотом приглядывать. Кого-то, как женщин с груднечками и детьми, ближе к центру, туда где побезопасней. В
