в повисшей тишине я услышал ровный и чуть скулящий звук, который ни с чем не спутать. Там за стеной шумел пусть не ветер, но достаточно сильный воздушный поток. Глянув на Милену и старика, по их глазам я понял, что шум мне не привиделся.
- А ведь здесь он и покуривал – задумчиво произнес Митомир, выпрямившись и уперевшись ладонью в стену – Редко, но покуривал – и чаще всего здесь. Поодаль от всех. Может вот так же устало стоял, где ты, пустил дым вдоль стены… а дым и утянуло.
- Скорей всего так и было – задумчиво произнесла Милена, подтягивая к себе протезы и с азартом рассматривая массивные стальные панели – Этот технический коридор отличается. Сталь внутри Пальмиры редкость. Тут больше бетон и кирпич.
- Верно говоришь – подтвердил старик.
- Это не может быть обычной дверью – продолжала инженерша, даже не услышав Митомира – Но вряд ли это какой-то потайной ход. От кого скрываться? От Столпа? А вот разместить здесь какую-нибудь редко использую часть системы ангара вполне разумно. И скрыть все не дверью, а стенной панелью – при условии, что эту панель можно снять без лишних заморочек. И если все подчиняется логике, то невидимые запоры должны находиться во вполне определенных местах… - постучав по стене кулаком, она спросила скорее у стены, чем у нас – Сдвижная или откидная?
- Откидная! – ответил я.
- Сдвижная! – возразил Митомир…
Панель оказалась откидной. Как только Милена обнаружила скрытые запоры и сумела разблокировать их нехитрые механизмы, одна из прямоугольных стальных плит щелкнула и медленно отошла от стены. Едва слышный воющий звук тут же стал гораздо сильнее и тоскливей. Я потянул панель на себя, сделал шаг назад и остановился, не отпуская створку из руки. Думаю, не ошибусь, если предположу, что мы все испытали острое разочарование – перед нами не оказалось ведущего куда-то в темноту таинственного прохода. Мы смотрели на застывший шестереночный механизм и первое, что поразило, так это слишком большие размеры его узлов. Пара видимых мне зубчатых колес были в высоту больше моего роста. Удивительно… но это не проход.
Хотя…
Присев, я глянул между шестерней и наконец увидел его – узкий и тянущийся в ту самую мистичную темноту лаз. Тут было достаточно тепло и сухо. На бетонном полу немало пыли – и в ней проделана широкая колея как раз достаточная по размерам для не слишком крупного упертого старика. А вон и отпечаток длиннопалой руки…
- Нашли – подытожил я всем очевидную вещь, тянясь за рюкзаком, где имелся фонарик – И я пошел по следу Вудро….
- Я с тобой! – Милена крепко схватила меня за руку.
- Хорошо – легко согласился я – Но чуть позже. Сначала на разведку схожу я один.
- Потому что ты мужчина и воин, а я слабая женщина?
- Потому что у меня есть ноги, и я смогу довольно быстро убежать – спокойно ответил я и спросил – А ты сможешь, о слабая женщина?
Тяжело вздохнув, она выпустила мою руку и признала поражение:
- Парировать нечем. Ходить хожу, а вот бегать пока не научилась.
- Научишься – ободрил я ее.
Опустившись на живот, я примерился и убедился, что пролезу довольно легко. Даже если механизм вдруг запуститься, меня вряд ли заденет. К тому же шестерни были покрыты комками пыли, а правильно понявшая мои взгляды Милены подтвердила мою догадку:
- Тут все мертво. Не знаю, что это за система, но к обычным узлам Пальмиры она отношения не имеет.
- Ох… - сделав глоток из фляги, Митомир сунул ее и мне, а следом торопливо перекрестил – меня, а не флягу – Хлебни! Потом уж лезь… Я бы с тобой, но в мои годы и согнуться то боишься лишний раз. В ум не возьму как Вудро решился туда вползти…
- Им двигал азарт первопроходца – хмыкнул я и сделал большой глоток горячительного. Вернув флягу, я полез внутрь механизма, ощущая себя кем-то вроде не слишком мудрого сверчка, что собирался поселиться внутри старых часов – Если начну орать или еще что – захлопывайте панель! – из-за тесноты и нависающих стен мой голос прозвучал гулкой угрозой – Вряд ли тут что обитает, но рисковать не стоит!
- Договорились! – крикнула Милена – Разведывай быстрее, Охотник. Я тоже хочу туда! Дедушка Митомир… дайте еще хлебнуть из фляги…
Отвечать я не стал. Не до этого было. Тренированный физически и психологически организм перестроился мгновенно, переведя все лишние звуки в звучащий где-то на периферии белый шум. Стараясь не сбить дыхание, я руками протащил себя с метр, оглянувшись, прополз еще чуть и облегченно выдохнул – все тело вышло из-под возможного удара шестерни. Да механизм явно не работал десятилетия. Да я ползу там, где даже работающие шестерни меня не должны зацепить. Но холодная правильная логика редко успокаивает. И к тому же холодная логика часто ошибается – даже не достающая до плоти шестерня может зацепить какой-нибудь шнурок на штанах и… Впрочем, я быстро перестал думать о молчащем древнем механизме. Я сделал первое открытие – свет зажатого в зубах фонарика высветил аккуратно сложенные вещи. Подтащив себя к ним, не трогая, я рассмотрел находку получше.
Подбитый медвежьим мехом старый морской бушлат. Пара рваных вязанных шапок. Меховые рукавицы. Сложенный серый и во многих местах залатанный свитер. Утепленные шерстью и надставленные сапоги. Все старое, ношенное годами, возможно сменившее многих хозяев. Уверен, что, когда покажу всю одежду ждущему в коридоре старику, он мгновенно ее опознает.
Какие общие знаменатели у этих предметов?
Холод. Мороз. Зима.
Здесь внутри наполненной ровным теплом Пальмиры в зимних вмиг упаришься.
Продвинувшись чуть дальше, я оказался у края широкой щели, обнаружив себя лежащим на толстой плите, под которой была лишь черная пустота. Здесь завывание уже ничто не сдерживало и тоскливый непрерывный звук вольготно гулял там внизу. До стены за щелью чуть меньше метра. Посветив фонариком, я убедился, что тут не так уж и глубоко – до самого дна свет не достал, но все же там что-то мутно выбелилось. Сместив луч, я задумчиво посмотрел на мерзлый металл лестничной скобы на соседней стене – по размерам и толщине скоба как дужка гири. А это, как по мне, совсем нехорошо – тяжело удержать хват на слишком толстой скобе в случае чего, к тому же я буду в
