Читаем без скачивания Сущность - Фрэнк де Фелитта

взгляда. Она отворачивалась, глядя на удаляющиеся дома.

Джерри пристроил «бьюик» к скалам, возвышающимся над пирсом, и вышел. Они зашли в рыбный ресторан. Никто так ничего и не сказал.

Внутри на стенах были развешаны морские сети, свечи отбрасывали мягкий оранжевый свет на столы, а у стойки в стеклянных витринах были разложены морские звезды. Джерри заказал им поесть, закурил сигарету, огляделся по сторонам, будто боялся, что та ужасная толпа из дома проследила за ними, а затем осторожно наклонился вперед.

– Что все это было? – тихо спросил он.

Глаза Карлотты наполнились слезами.

– Ну будет тебе, тише, – успокаивал он.

– Они пытаются помочь, – хрипло выговорила женщина.

– Помочь? Кому помочь?

– Мне.

Он оглянулся, едва веря своим ушам.

– Я не понимаю, – сказал Джерри.

Карлотта посмотрела на него. И увидела, как он отдаляется. Она будто чувствовала, что все закончится так. Не знала, конечно, что это произойдет в рыбном ресторане, но все же. Она все ему расскажет, он психанет, и на этом конец.

– Я болела, Джерри.

– Болела? В каком смысле?

– Я не спала. И ходила к врачу.

– Продолжай.

– Я видела всякое. По ночам.

Джерри побледнел. Такие разговоры его напрягали.

– В смысле кошмары.

– Вроде кошмаров.

– И ты ходила к мозгоправу?

Карлотта понимала, что увиливать уже не смысла.

– Да. К психиатру.

– И?

– И я больше к нему не хожу.

Джерри вскинул бровь. Кажется, эта фраза вызвала у него облегчение.

– Хорошо. Но как это связано с теми людьми у тебя дома?

Подошел официант с омарами и салатами, поставил их на стол и ушел. Сумерки отбрасывали бирюзовый отблеск сквозь огромное окно, выходившее на Тихий океан.

– Ответь, Карлотта.

– С психиатром мне не становилось лучше. Так что теперь мне помогают эти люди.

Казалось, Джерри обдумывал сказанное. Будто им овладели разные мысли. Внезапно он схватил вилку и со зверским аппетитом принялся есть салат.

– Хммм, – промычал он, прожевывая. – Помню, та женщина сказала, что психолог или типа того.

– Ты не злишься?

Джерри ответил не сразу.

– Какого черта я должен злиться? Ты не спала по ночам, не отдыхала.

Карлотта была поражена. Ей казалось, что он уйдет. И все же она не знала, что Джерри думал на самом деле.

– Это все появилось недавно. С тех пор, как ты уехал.

Джерри рассмеялся.

– Я знаю, почему ты не могла уснуть, – сказал он и подмигнул.

У Карлотты не было аппетита, но она нерешительно попивала вино. С Джерри она снова начала чувствовать себя как раньше. Спокойной, даже очаровательной. Ей хотелось куда-нибудь с ним пойти.

– Кстати, – сказал он, – а зачем все это оборудование? Там было столько проводов, что можно компьютер сделать.

– Это для измерения.

Джерри поднял взгляд. Его глаза сверкнули. Карлотта не понимала, что это – смех или злость.

– И что они измеряли?

– Дом.

– Знаешь, Карлотта, я задаю вопрос, а ты ни на что не отвечаешь. С тех пор, как я вернулся. Ты хочешь быть со мной или нет?

– Конечно же хочу, – ответила женщина, наклоняясь ближе и кладя руку на его.

Это прикосновение отрезвило обоих.

– Тогда расскажи, что они меряют, – просто сказал Джерри.

– У них есть теория, – сказала Карлотта, – что-то в доме не дает мне спать.

Джерри выпил еще один бокал вина и налил им снова.

– Пожалуй, звучит логично.

Джерри прожевал и проглотил. Долгое время оба молчали. Карлотта почувствовала, как к ней возвращается аппетит. Она снова стала частью мира, к которому принадлежат другие гости. Всего лишь женщина, которая ужинает со своим возлюбленным, они слушали тихую музыку и смотрели, как далеко за горизонт земли опускается солнце. Она больше не была уродкой. Цирк закончился. Она старалась даже не думать о своем доме.

– Безумное вышло приветствие, да? – улыбнулся Джерри.

– Надо было сказать тебе, Джерри. Пожалуйста, прости.

Джерри доел и жестом попросил сделать Карлотту то же самое. Ее аппетит медленно рос. Не только к еде, но будто к самой жизни. Джерри поглаживал нежную кожу ее руки; браслет тихо позвякивал на белой скатерти.

– Я всегда думал, – сказал он, – что есть лишь одно лекарство от плохого самочувствия. В смысле вот здесь. В сердце. Когда ты любишь кого-то, а этот человек любит тебя. Тогда можно справиться со всем, что тебе уготовано. А без близкого ты можешь быть хоть миллионером, но все равно несчастным, – Джерри покраснел. – Ты понимаешь, о чем я? Я не верю в таких врачей. Не пойми неправильно. Если ты не можешь заснуть и хочешь лечиться, я не против. Но я думаю, то, что происходит между двумя людьми, гораздо важнее.

Карлотта улыбнулась и прижала его руку к своей щеке.

– Поехали домой, – мягко сказал он.

Карлотта замерла.

– В чем дело?

– Там так много людей…

– Наверное, они уже уехали.

– Иногда они оставляют оборудование в доме.

– И какая разница?

– Не очень романтично. Давай поедем в мотель. У океана?

– Я хочу проснуться с тобой в нашей кровати.

Карлотта неуверенно улыбнулась.

– Что-то и правда не так, – пробормотал он.

– Нет. Я позвоню домой и попрошу всех уйти.

Они собрались уходить. Карлотта позвонила домой. Джерри почувствовал, что снова злится. Но он не знал, кого винить. Он подумал о молодых людях, рассевшихся по всему дому. Почему из-за них ему стало тревожно? Почему даже сейчас он чувствовал, что Карлотта что-то скрывает? Зачем ей звонить? Внезапно их отношения стали полны напряжения и загадок. «Вот тебе и возвращение домой», – с горечью подумал Джерри и допил вино одним глотком.

19

Карлотта держала Джерри за руку. Она боялась этой странной пустоты дома теперь, когда все ушли. Где вся ее армия? Ночь была темной и безлунной. Билли сидел в гараже. Девочки готовились ко сну в соседнем доме. Все это казалось таким знакомым и таким жутким.

– Было бы намного приятнее, – тихо сказала Карлотта, – где-нибудь подальше отсюда.

Джерри провел носом по задней стороне ее шеи и мягко поцеловал в губы.

– Я привез тебе кое-что из поездки, – прошептал он.

Она казалась почти отвлеченной, задумавшейся о чем-то другом. Джерри не мог этого понять. Карлотта не отвечала.

– Что? – наконец спросила она.

– Увидишь, – ответил он с улыбкой.

Джерри включил свет. В доме было неуютно; повсюду обрывки бумаги и блокнотов, на полу валялись концы проводов и шурупы. Джерри открыл окно и порадовался ночному ветерку, который раздвинул занавески и подул ему в лицо. Весь район выглядел таким мирным, тут и там рассеивались прямоугольные желтые огоньки сквозь завесу темнеющего кустарника. Он праздно гадал, почему девочки ночуют у соседей. Его отвлек