— Не волнуйся, я никогда не потребую возврата этого долга, — сказал Денсер. — Я просто не мог поступить иначе.
— Что бы ты ни говорил, — произнес Илкар, — у меня не хватает слов, чтобы выразить тебе свою благодарность.
— Главное, что ты жив и разговариваешь, Илкар. Другой благодарности мне не нужно. — Смутившись, Денсер направился ко вторым дверям и вышел в коридор. Кот побежал за ним.
Днем Хирад попробовал встать. Илкар и Талан ему помогали. Только что сросшиеся мышцы болели, но он был готов к этому. Еще один сеанс «Исцеляющего тепла», сказала Ирейн, и Хирад сможет скакать верхом — через трое суток после того, как он ворвался в замок, вдохновляемый яростью.
Хирад попросил отвести его на могилу Ричмонда. На слежавшейся земле еще сохранился гордый символ Воронов. У могилы Хирадом овладело только одно чувство — неизбежности потерь. Рас, Сайрендор, Безымянный, Ричмонд. Умрут ли Вороны вместе с ними? Ведь остались только он, Илкар и Талан. Хирад спрашивал себя, достаточно ли этого, чтобы сохранить Воронов, и решил, что пока жив хоть один из первых Воронов, Вороны останутся. Они всегда понимали, что их состав будет меняться по мере того, как одни будут погибать или уходить, а другие, наоборот, присоединяться к ним. Заявить сейчас, что Воронов больше нет, — значит надругаться над памятью тех, кто проложил Воронам дорогу в историю.
Но кому суждено умереть следующим? Совершенно очевидно, что на этот раз умереть должен был он. Хирад всегда недолюбливал магию, но это чудесное спасение изменило его отношение ко всем магам и, в частности, к Денсеру. Хотя Хирад по-прежнему не доверял этому человеку, он не мог не восхищаться его силой духа и непоколебимой решимостью. Варвар выразил свою признательность и Ирейн, но она не пожелала говорить с ним и не смотрела ему в глаза.
Почти все свободное время она проводила на коленях около могил своих сыновей. На могилу Алана она даже не глядела. Хираду было жаль ее, но он понимал, что никогда не сможет выразить ей своего сочувствия, потому что она просто-напросто не станет его слушать.
И еще он понимал, что никогда не сможет отблагодарить должным образом Илкара. Эльф мог умереть вместе с ним и действительно выбрал бы смерть, если бы Ирейн не вылечила их обоих. Хирад легко мог понять верность в бою, но здесь проявилось какое-то более сильное чувство. Сглотнув комок в горле, он крепче обхватил плечо мага.
— Все готово? Илкар кивнул:
— У нас достаточно хороших лошадей — наши лошади нашлись в здешней конюшне, — трупы убраны, и Уилл подготовил замок к уничтожению. Он — мастер на все руки, поэтому я и поручил ему это дело.
— И правильно сделал, — согласился с эльфом Талан.
В ответ на просьбу Хирада посмотреть, как рухнет замок, Уилл разработал специальный маршрут, чтобы Вороны могли полюбоваться этим зрелищем, удалившись от замка на половину дневного перехода.
— Если пламя привлечет твоих врагов, то лучше, чтобы тебя в это время там уже не было, — сказал Уилл.
И теперь во все помещения, кроме кухни и столовой, было невозможно зайти. Драпировка, ковры, обстановка, книги и деревянные детали — все было пропитано керосином. Керосиновые дорожки пересекали все помещения замка снизу доверху. В особо важных местах были навалены дрова и щепки, а там, где Уиллу требовались большие разрушения — например, в башнях, — были насыпаны кучи сухой муки.
Все, кроме Хирада и Ирейн, работали под руководством Уилла. А он тем временем или обходил замок, проверяя, все ли сделано согласно его указаниям, или усердно испытывал фитили. Уилл зажигал их и контролировал время горения по стуку своего сердца. Наконец, удовлетворившись, он приготовил два длинных шнура толщиной в большой палец и протянул один из них на верхнем этаже замка, а второй — на нижнем.
— Осталось только приготовить последние две комнаты. Это сделаем завтра утром. Потом Уилл и Фрон подожгут фитили, мы навьючим лошадей и отправимся в путь.
— Хорошо, а то Денсер жалуется, что мы теряем время, — сказал Хирад.
— И не только он, — согласился Илкар.
— А как она отреагировала на наше желание отправиться в Додовер и ограбить одну из древних могил университета? Илкар улыбнулся:
— Хороший вопрос. Я могу только сказать, о чем бы они ни договорились с Денсером, ей ни в коем случае нельзя нас выдавать. — Он помолчал. — Не знаю… Ей очень много известно о «Рассветном воре», и она, несомненно, верит Денсеру.
— А остальные? — спросил Хирад. Илкар пожал плечами:
— Это хорошие люди, Хирад. Фрон — мечник от бога, Ирейн — очень талантливый маг, Джандир — замечательный лучник, о таком мы всегда мечтали, а Уилл… он быстр и хитер. Они прекрасно дополнят нашу команду. Мы с Таланом взяли с них клятву соблюдать кодекс и приняли их в Вороны. Я знаю, что это против наших правил, но у нас нет времени проверять их в другом деле. А кроме того, главное — быть уверенными, что они без вопросов последуют с нами. Я в этом уверен, а ты, Талан?
— Я тоже, — кивнул Талан, но взор его был устремлен куда-то вдаль. — Правда, Хирад, ты сомневался в Уилле, но думаю, Фрон удержит его в узде. Кроме того, Ирейн сейчас в горе и может совершить какой-нибудь непредсказуемый поступок. Так что будь начеку.
— Они подписали контракт и знают, на что идут, — продолжал Илкар. — Денсер подробно рассказал им всю кровавую историю, и они довольно легко согласились. Мы никогда бы так не поступили, правда? Но если они выживут, то станут богаты. Если нет — что ж, в этом случае им будет не до денег, не так ли?
Хирад поднял брови.
— Ты прав. — Он вдруг почувствовал усталость. — Пожалуй, мне лучше вернуться и немного полежать.
Вороны медленно зашагали через внутренний дворик к парадному входу. Около двери Талан попросил их остановиться.
— Мне нелегко говорить это, но я больше так не могу. Я ухожу из Воронов. Надеюсь, вы меня поймете. Хирад и Илкар молчали. Талан продолжил:
— Мы были очень близкими друзьями — я, Рас и Ричмонд. Но двоих уже нет, и в следующий раз придет моя очередь. Эта мысль поразила меня, когда я нашел Ричмонда… Он умер один… — Талан вздохнул и почесал голову. — Простите, если я плохо объясняю, но… но у меня в душе погас какой-то огонь. Слишком долго тянулась для меня последняя служба по Ричмонду, и я не готов еще раз хоронить кого-то из Воронов.
Хирад кивнул и ничего не сказал. Илкар помрачнел, насупил брови и прищурил глаза.
— Вы понимаете меня? — спросил Талан. — Скажите хоть что-нибудь.
— Да, я понимаю тебя, — сказал Хирад. — Оставшись с Сайрендором, я был готов сломать свой меч. Однако потом я все-таки сделал другой выбор, и мне очень жаль, что ты не можешь поступить так же.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
