Немец внимательно посмотрел на меня:
— Природа заставляет думать о мистике? Я правильно сказал?
— Почти.
— Когда мы с Эрихом бродили в лесах на северном берегу Шпрее, нашли одно такое, странное место… Расскажу тебе, но потом. Сегодня праздник.
— Правильно, сегодня лучше не стоит, — поежился я…
Как выяснилось, пока мы с Вальтером возились у жаровни, пока я размышлял о странном, народ уже собрался в избе, все ждут жареного порося. Ну кроме Монгола с Дядей Сэмом. Уже стемнело, хозяин активировал четыре датчика движения, установленных в глубине леса по краям поляны.
Точно, все уже собрались. Девчата, правда, откатили в сторону, им наши базары поперек горла, там свои интересы. На столе всякое-разное, основное спасибо Павидле и Вкусной Марте. Спиртное мы покупали в гославке, но еще и самогончику из Медового припасли. Основная масса поздравила Серегу в замке, тут — близкие люди.
Пш-шш…
— «Демон» — «Маккене».
Шериф прорезался!
— Серега, бери трубу!
Пш-шш.
— «Демон» — «Маккене».
— В канале, Петя, ты где?
— Подъезжаем. Я с Гонтой. Дугин сказал, что выберется чуть попозже.
— Да ты что! Гриша из Берлина прикатил? Здорово! На чем вы?
Так, глядишь, и Сотников надумает заявиться. Уж больно добрая компания склеивается на точке. Правильно сталкеры решили праздновать днюху на турбазе, а не в кабаке: тут круче.
— Как на чем, на «Урале» моем. Гриша в коляске трясется, автомат по зубам колотит. Ребята, мы тут не заблудимся в дебрях?
Шутит шериф. Чтобы он заблудился…
Гоблин вскочил с места, махнул рукой, Эрих с ним. Серега понимающе глянул, кивнул.
— Петя, сейчас вас встретят, мужики на пикапе выдвигаются.
— Добро.
— Давай, ждем.
Ну все, сейчас тут начнется отжиг с танцами.
Придется идти назад, греть порося дальше, чтобы с первых тостов под горячее все начать взрыв местности — грядет страшная русская гульба. Обреченно махнул Вальтеру — мол, сейчас подтянусь. Сел, незаметно придвигая к себе некоторые тарелки: хоть чуть-чуть, сколько же можно ждать!
— Юра, Вальтер, вы пока намахните по малой. Не торопитесь.
— Ага, Валя, давай вмажем да двинем к жаровне.
— Юр, может, с собой возьмем?
Адаптировался немец, молодца.
Я сидел, торопливо закидывая в себя закуски, и слушал край текущего разговора. Демченко пояснял Дяде Сэму, а тот с наслаждением впитывал последние слухи. Самуил Семенович, в силу своей должности, один из самых осведомленных людей анклава — чего только не наслушается, разные люди здесь бывают.
— Так вот, канадцы и будут до поры молчать. Или им нужно объявляться, знакомиться, обозначать планы и интересы. Мотивы странных действий. Светить грузинский монокластер, — а канадцы прекрасно понимают, какие это вызовет эмоции… А только потом — претензии. Ибо пошлют. Типа вы кто такие вообще?
— Думаешь, союз с французами — это и есть их главный план?
— Это франки сначала так думали. Столица-то у соседей Квебек, неспроста же. Главный — этнический француз… Вот и помнилась Сильве Каз Великая Французская Агрегация. Точнее, просто вариант некоего радикального прорыва, франки тоже натерпелись достаточно. Может, я и не прав, это мое мнение.
— А теперь?
— То, что вбито Штатами в голову североамериканцам, никакой этничностью просто так не вышибешь. США ведь поблизости нет, а огромный мир тут. Без Хозяина — как так? Вот канадцы, допусти такое, и подумали: а чем мы хуже юсовцев? Мы тоже удальцы! Ага.
— То есть франки что-то такое начинают понимать?
— Да черт их знает. Непонятно еще, будем выяснять дальше… Но за солью едут! Работы много. Сперва нужно Промзону освоить путем, сейчас там крошечный гарнизон — три человека от Дугина и мы наскоками. Ну Эдгар теперь чаще катается, там совсем рядом, за подходами поглядывает, реку слушает. Потом спланировать в Промзоне ВПП с заправкой — тогда с подскоком через Дальний Пост можно будет полетать над побережьем конкретно, поснимать поверхность, оценить движуху.
— А что вам океан-то залип, парни?
Демченко поставил стакан и с недоумением посмотрел на деда:
— Семеныч, а я что, не сказал тебе еще? Извини тогда, реально устал за день. Или это я Дугину говорил? Хм…
— Рассказывай. — Старый еврей от нетерпения потер ладони об штаны.
— Допросили мы тех орлов недаром, хоть Гоблин, может, и перестарался немного. Самую малость. У канадцев появился воодушевляющий фактор: они же недавно с бриттами связались! Ну знаешь ведь, сейчас весь эфир в ЗАСе идет, открытых переговоров давно уже нет, так, Юра?
Я кивнул, торопливо доедая очередной кусок колбасы.
— Так что правильней будет сказать — «англичанка» с ними связалась. Видать, потыкались бритты, постучались к американцам — те далеко, не помощники друг другу, Смотрящие как специально двух великих выключили, раскидали по дальним углам США и Китай. Вот «англичанка» и решила активизироваться на местном рынке. Вышли с дельным предложением: создать заново Британский Союз, Новую Империю, ни много ни мало.
— Да иди ты!
— Чтоб поросенок в меня не лез…
— Ясно… Значит, франки снова в метаниях, — с кайфом задумался дед.
— Можем только предполагать. «Англичанка» действует грамотно — как мы поняли, они и австралийцев ищут. А швейцарцев, похоже, уже где-то нашли, но это только по слухам.
На улице послышался шум двигателей: наши приехали.
Пропади она, эта политика. Меня сегодня что-то совсем другое вставило: чувствую, напрошусь опять с мужиками — уже в Промзону. Кастет вчера мельком сказал, что там еще одно Нехорошее Место поблизости имеется. Решил заняться вопросом, собрать данные — сами знаете, как я люблю списки.
А пока — Днюха.
С днем рождения, сталкер!
Глава 13
Костя «Кастет» Лунев, сталкер-философ, вечный дозорный фронтира
Вотяков, скажу я вам, тот еще мотострелок и еще более «тот» егерь.
Но соображалка у главного радиоспеца резвая, толк из него будет. Да и физика вполне, хоть он поначалу и прибеднялся. Ну а что, по крышам лазит, тяжести на высоту таскает.
— Так, теперь деталировка номер… сколько там, Юр?
— Семь.
— Номер семь. Давай повторять урок с самого начала, прессуй под каску. Порядок: я иду первый, Гоблин замыкает. Ты в центре. И твоя сторона левая.
— Все же почему именно левая?
Вот этим и отличается простой нормальный работник поля боя от умненького офисного «додика» — молча выполняет, а тому все знать нужно, все «додик» уточнить хочет. Как правило, после уточнения ничего не меняется.
— Ты правша?
— Конечно, — чуть ли не возмутился ученик. Действительно, чего это я спрашиваю об очевидном.
— Не «конечно». Но конкретно ты — правша. У тебя щас ствол куда смотрит? Влево, — терпеливо пояснил я, тут же картинно теряя терпение: старый прием. — Вот пусть туда и смотрит! И вправо ты его будешь ворочать только в определенном регламенте!
— Да помню я, помню, — устало отозвался он.
— Так какого болта ты через меня тянешь?! Давай еще раз.
Мы вновь выстроились в походную «нано»-колонну.
Сцена для репетиций отменная, тут отличный полигон, антураж Промзоны будто создан для компьютерного шутера. Приемлемо.
— Пошли.
Вот и траверз мишени. Сейчас он типа первым из группы обнаружит опасность, но не со своей стороны.
— Справа объект! — вполне достоверно рявкнул Юрка.
Я на автомате чуть присел с поворотом, навел ствол и тут же дал отбой, раньше начала своего движения увидев ошибку.
— А-атставить! Юра, ствол твой где! Ты меня опять застрелил.
Да он уже понял, он всегда понимает. Ум. А вот рефлексы отсутствуют. Ум без тела.
— Стоп, давай поговорим. Садись, на…
Мы сели на травку.
— Тут такое дело, Юрок, я одного только не пойму: вот вы все такие вдумчивые, в техно-интеллигентном звене? Неужели нельзя сработать нормально — просто запомнить и сделать? Ну почему все время через нервы, а?
