Более слабая оборона Йохана была прорвана. Его сознание было все в крови — там были лежащие на земле дварфы и солдаты, которые безжалостно резали их — и ей пришлось сделать мост и очистить его сознание. Йохан быстро пришел в себя, и схватил ее руку прежде, чем она успела помочь корчащемуся от боли эльфу.
— Нет времени! Куда? Откуда это пришло?
Она переключила свое сознание на Невидимый Мир, но зло, казалось, было во всех направлениях. Не важно, что она делала, она не могла локализовать атаку, которая все еще продолжалась. — Я… я не знаю. Это везде-
Потом другая, намного более ужасная мысль пришла ей в голову. — Мы окружены.
— Мы должны попытаться, — Йохан толкнул ее к двери. — Может быть они ищут не нас.
Но она знала, еще раньше, чем он выскал свое мнение, что атака была направленна именно на них, хотя она захватила аптеку и еще дюжину других домов, попавших в сеть. И фермеров Квирайта, тоже. Они оба лежали на земле рядом с тележкой. Кровь сочилась из носа, рта и ушей того из них, который лишился своего ножа. Акашия легонько коснулась его сознания и отпрянула. Его жизненная сила была вычерпана; она ничего не могла сделать для него.
Другой мужчина был еще жив, но его мозг был абсолютно пуст, хотя она и изгнала из его мозга бешенных зверей ночных кошмаров. Быть может он и мог бы придти в себя, ощутить себя опять личностью и человеком, если бы у нее было время — но у них вообще не было времени. Неудачливые жители города лежали на земле, некоторые из них истекали кровью, как и первый фермер, а другие выли от страха, как если бы атака продолжалась.
Одетый в лохмотья невысокий подросток нагнулся над одним из упавших прохожих. Его пальцы потянулось к кошельку, висевшему на поясе мужчины, и, похоже, на него атака не производила никакого эффекта пока, пытаясь выращить свою добычу, он не наклонился почти до земли. Тут он потерял равновесие и с криком упал. Она подумала, что он перекатится и встанет, но продолжающаяся ментальная атака парализовала его, и он стал так же беспомощен, как и остальные. Тем не менее теперь она знала, как защититься от атаки.
— Мы можем убежать. — Она схватила еще живого, хотя и лишенного сознания фермера и попыталась положить его в тележку с зарнекой. — Атака это сфера, центр которой находится прямо здесь. Как только мы выйдем за ее пределы-
Йохан оттолкнул ее и от фермера и от тележки. — Нет времени, — прорычал он. — Он все еще атакует?
— Он? — она послушала внутренним слухом и услышала резкое гудение, все еще бесполезно ударяющееся в ее бастионы.
— Он. Она. Какая разница, кто это делает? Это кончилось или нет?
— Атака продолжается. Такая же как и раньше. Я не могу сказать, откуда она исходит. Но такое ощущение, что она идет со всех сторон.
— Тогда не имеет значения, в каком направлении идти. — Йохан крепко взял левой рукой ее запястье, чтобы оставаться рядом с ней и не выходить за пределы защитной сферы, которую она поддерживала.
Она быстро проверила улицы и тени рядом с аптекой. Никого не было, не считая неудачливых урикитов, попавших под атаку. Она решила, что даже уличные попрошайки сбежали, как только увидили, как их товарищ упал. Она подумала, что их шансы на побег весьма велики, и попыталась вернуться к тележке.
— Забудь об этом. Ты, это то, что сейчас важно, — проворчал он. — Он не здесь, но не очень далеко, — сказал дварф тише, медленно оглядывая соседние крыши. — Я могу чувствовать его.
Он поверила ему; иногда некоторые люди с диким, неуправляемым талантом мыслеходца могут делать некоторые вещи, например обнаружить врагов, которые тренированный ум сделать не в состоянии. Они осторожно шли мимо пораженных атакой Урикитов, пока не пересекли невидимую границу, и жужжание, но не слабость Йохана, исчезло.
— Спрячь нас, — скомандовал он, пока они огибали сначал один угол, потом другой.
Но сделаться невидимым в Урике было не так просто, как в Квирайте. Здесь не было стража, которого можно было вызвать или знакомой земли, которая всегда могла тебя укрыть. Она могла бы использовать Невидимый Путь, чтобы заставить любого другого не видеть то, что находится прямо перед их глазами. Но это было иллюзией, не больше, и полностью зависело от ее способности найти тех, кто напал на них. Она опять попробовала найти источник атаки, ведь теперь они были за ее пределами — и наткнулась на защиту, не менее сильную, чем у Телами, и намного более темную, она даже не представляла себе, что такое бывает.
Ничто из того, что она знала, не могло пробить такую защиту или вставить между ними иллюзию. Она даже не представляла себе, как далеко от них находится этот темный Мастер Пути. Хотя, если он — а теперь, после того как Йохан заставил ее задуматься над этим, ей показалась, что она отчетливо ощущает ауру мужчины — физически не был поблизости, он был скорее очень искуссен, чем очень силен.
И присутствие мыслеходца не стало меньше, пока они шли через рынок, стараясь не привлекать внимание.
— Он следует за нами, — сказала она, с настоящим страхом в сердце и в голосе. — Следит.
Они были глубоко внутри эльфийского рынка, бок о бок с высоченными желтыми стенами, в той области, где эльфы-кочевники раскидывают свои палатки на те дни или недели, которые они проводили внутри Урика. Когда Бегуны Луны — единственное эльфийское племя, которое она знала по имени и внешнему виду, приходили в Урик, они были вежливыми и любезными гостями, приход которых сопровождался пиром, песнями и танцами. Здесь, на рынке, хотя одежда и цвета были похожи, лица были далеко не дружелюбны, и даже откровенно жестоки и враждебны.
Так как кто-то следовал или наблюдал за ними, то, решила Акашия, им не удастся найти помощь здесь, где все опасались и подозревали друг друга, и никто не собирался помогать никому, а уж им меньше, чем кому бы то другому. И опять она ошиблась, думая об этом загадочном, мистическом городе и его жителях. Йохан подошел к угрюмому эльфу, в чьи длинные, цвета соломы косы были вплетены шарики и металлические украшения, а острые обсидиановые ножи торчали из-за пояса, видневшегося из-под одежды.
— Дверь? — спросил Йохан, делая странные жесты руками.
Ее глаза расширились от удивления, впрочем и эльфа тоже, но в них появился оттенок понимания. Она подумала, что они нашли наконец-то помощь, надеялась и молилась. Но он вздернул голову, как джозхал, нюхающий воздух; потом попытался прочесть ее мысли через Невидимый Путь, наткнулся на ее защиту и заодно почувствовал атаку, которая и заставила их обратиться к нему.
— Закат, — сказал он с сожалением. — Приходи на закате и она откроется. Постарайся дожить до заката, мой друг, и возвращайся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
