— Вы потеряли почти все свои силы в ходе ритуала, — раздался рядом приятный мужской голос.
Я с величайшим трудом скосила глаза, будучи не в состоянии повернуть голову набок. И увидела, что на стуле подле моей кровати сидит незнакомый худощавый блондин, поверх черной одежды которого накинут белоснежный халат с жестким крахмальным воротничком.
— Кто вы? — просипела я, почти не двигая губами.
— Лорд Питер Эшхой к вашим услугам. — Блондин, не вставая, чуть наклонил голову в знак приветствия, а когда вновь посмотрел на меня, то в глубине его темно-синих глазах заплясали отчетливые смешинки.
Я тяжело вздохнула. Еще один лорд. Везет мне в последнее время на представителей аристократии. Но почему он в халате, словно врач? И где я вообще нахожусь?
— Вы находитесь в моей личной лечебнице, которая расположена в пригороде Бриастля, — предугадал мой вопрос блондин и подарил мне широкую белозубую улыбку.
Я скептически хмыкнула. В лечебнице? Неужели мне настолько тяжело дался тот проклятый ритуал, который я провела по горячему настоянию Томаса?
Ничего не помню! Как же закончился тот вечер? В комнату ворвался Генри в сопровождении лорда Роберта Гиля. Наверняка он рассказал главе Тайной Канцелярии, что Томас лично убил Уолтера. Но тогда получается, что нашу троицу должны были отправить в тюрьму!
Кстати, а на больничную палату комната, в которой я очнулась, совсем не походила. Впрочем, хвала небесам, не походила она и на сырой каменный мешок, где по моим представлениям держат заключенных.
Я с трудом посмотрела сначала в одну сторону, потом в другую. Да, такое чувство, будто я оказалась в спальне какого-нибудь милого деревенского домика. Огромная кровать застелена свежим хрустящим бельем и пушистым теплым одеялом. На полу — светлый ковер. Окно было чуть приоткрыто по случаю солнечной погоды, и через него влетал легкий ветерок, который лениво перебирал страницы какой-то книги на столе, придвинутом вплотную к подоконнику.
Я попыталась незаметно ощупать себя под одеялом и тут же успокоилась, обнаружив, что лежу не обнаженной, а в ночной рубахе. Хоть это радует! Впрочем, за последние дни я вела себя настолько аморально и безнравственно, что меня уже не должны волновать подобные мелочи.
Мимо спокойных внимательных глаз лорда Питера вряд ли прошли мимо мои попытки осмотреться. Легкая усмешка тронула его четко очерченные губы. Он откинулся на спинку стула, сложил на груди руки и словно невзначай добавил:
— Как вы видите, обстановка в моей лечебнице домашняя. Располагает к душевному покою. И я предпочитаю не использовать слово «лечебница». Это не нравится моим пациентам, а волновать их понапрасну — лишняя головная боль. Пансионат мне нравится больше.
Я слушала его со все возрастающим недоумением. Такое чувство, будто он на что-то упорно пытается мне намекнуть. Но на что?
— Кстати, при желании вы можете познакомиться с матерью своего жениха, — обронил блондин, и в глубине его глаз опять зажглись смешинки. — Я имею в виду леди Патрисию Бейрил. Она живет совсем неподалеку от вашей комнаты.
Я приглушенно ахнула, когда до меня дошел весь смысл его фраз. Неужели я оказалась в лечебнице для тех, чье психическое здоровье вызывает серьезные сомнения у окружающих? По всей видимости — да. Но почему? Что такого страшного я совершила или сказала, что меня упекли сюда?
— Но я ведь не безумна! — гневно воскликнула я и тут же осеклась, перехватив откровенно смеющийся взгляд лорда Питера.
— Спорный вопрос, — мягко проговорил он. — Все мы безумны. Кто-то больше, кто-то меньше. Но при желании признаки сумасшествия можно найти у любого.
Я в немом недоумении смотрела на лорда Питера. Не понимаю, что все это значит? Если он говорит всерьез, то почему в его голосе так отчетливы ироничные нотки?
— То есть я больна? — растерянно переспросила я.
— К сожалению, я не в силах сказать однозначно. — Лорд Питер пожал плечами. — Душевное здоровье — суть очень зыбкое понятие. Вы можете считать себя абсолютно здоровым, но при этом являться смертельно опасным для окружающих.
— Вы считаете меня опасной для окружающих? — изумленно переспросила я.
Лорд Питер откинулся на высокую резную спинку стула. Задумчиво забарабанил пальцами по своему колену, видимо, решая в уме, как именно надлежит ответить на мой вопрос.
— Лично я — не считаю, — наконец вынес он вердикт, и я не удержалась от громкого вздоха облечения.
Правда, почти сразу он продолжил говорить, и я опять замерла, не в силах поверить собственными ушам.
— Но для вашего же блага будет лучше, если окружающие сочтут иначе, — обронил лорд Питер и странно улыбнулся.
— Я не понимаю, — невесть какой раз за время нашей недолгой беседы протянула я.
— Я считал вас более сообразительной, — с легкой ноткой неудовольствия заявил Питер. — Томас вас так расхваливал…
— Томас? — встрепенулась я. — А где он? Что с ним? Он жив?
— Лорд Томас Бейрил вместе со своим другом Велдоном Аркасом сейчас находятся в тюрьме, — официальным тоном уведомил меня лорд Питер и опять весело заулыбался, словно находил какое-то удовольствие во всей этой ситуации.
Я испуганно ахнула. Неужели Томас все-таки попался?
— А по какому обвинению? — робко поинтересовалась я, уже догадываясь, что скажет Питер.
— По обвинению в убийстве Уолтера, прошу прощения, запамятовал его фамилию, — спокойно ответил тот. — Впрочем, вы прекрасно знаете, о ком я говорю. Потому что являетесь третьей подозреваемой в этом деле. Вашу компанию поймали на горячем. В самый разгар некоего колдовского ритуала.
— Но дознаватели должны были выяснить, что Уолтер был убит не в доме Велдона, — затараторила я. — Пятна крови и все такое…
— Это неплохое доказательство, если бы не одно «но», — спокойно возразил лорд Питер и назидательно поднял указательный палец. — Магия, Альберта! Когда в дело вмешивается магия, полиция не берет во внимание никакие улики. Потому что при помощи магии легко можно сфабриковать любые доказательства вины или невиновности. Что уж говорить про какие-то там пятна крови, которые легко можно уничтожить при помощи простейшего заклинания. Кстати, раз уж заговорили про кровь. А вы в курсе, что в библиотеке лорда Роберта тоже не нашли и намека на сию биологическую жидкость? Следователи разрезали обивку на злосчастном кресле на крохотные лоскуточки. И ничего! Да, если удар был прямо в сердце, как говорят, то крови и не должно быть много. По крайней мере, до тех пор, пока не вытащили нож. Но все равно. Хоть какая-то часть ее должна была впитаться в спинку кресла. Ан нет, этого не произошло. Если, опять-таки, не воспользовались магией.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
