Тилли душили подступавшие слезы.
— Как ты думаешь, мы увидимся с ними когда-нибудь? — спросила она, покусывая губу.
— Конечно, зачем спрашивать. Мы обязательно увидим их. Мы съездим домой на праздники и пригласим к нас сюда всех, кто захочет.
— Это от миссис Росс, — взволнованно воскликнула Тилли, открывая следующее письмо. — Помнишь ее, жену священника? Мы были знакомы, когда я была еще девочкой. Ах, да, ты не можешь ее помнить. Она научила меня читать, писать и… танцевать. Да, танцевать. — Тилли стала читать, и с лица ее постепенно исчезла улыбка. Письмо оказалось коротким, но было написано с большим чувством.
«Дорогая Тилли, — писала миссис Росс, — с большой грустью сообщаю тебе, что мой дорогой муж скончался полгода назад, и я вернулась в свою семью. Некоторое время я ничего не знала о тебе, но, надеюсь, что у тебя все хорошо. Последнее известие, которое до меня дошло, было от родственника. Я узнала, что ты служишь сиделкой у хозяина имения, который пострадал при несчастном случае. Когда я вернулась в свою семью мне сообщили, что он умер. Надеюсь, ты в добром здравии и все эти годы не переставала учиться. Возможно, нам когда-нибудь удастся встретиться. Я всегда вспоминаю о тебе с теплым чувством. Твой искренний друг, Элен Росс».
— У меня такое ощущение, что это письмо пришло с того света, — задумчиво проговорила Тилли, и взглянула на Мэтью. — Странно, но я много лет даже не вспоминала о ней. Какая все же удивительная штука — жизнь, верно?
— Да, а еще она прекрасная, волнующая и полная чудес. — Он нежно привлек ее к себе.
Их головы сблизились, и в этот момент в дверь постучали.
— Входите, — крикнул Мэтью.
На пороге стояла Луиза. Она редко заходила по вечерам, и Тилли встревожилась.
— Что-нибудь случилось, Луиза? — вставая, спросила она.
— Да пока ничего, а дальше — видно будет. Только что вернулся Дуг. Он встретил Питера Ингерсолла с Бертом и Терри. Они охотились на медведей. Подстрелили трех, но раненая медведица с двумя медвежатами ушла. Из-за плохой видимости найти ее они не смогли. Она ушла в предгорье и скрылась в зарослях, так что может и сюда пожаловать. До леса слишком далеко, к тому же она ранена, вот я и решила вас предупредить.
— Спасибо, Луиза. Раненой медведицы нам здесь только и не хватало, да еще с медвежатами в придачу. Если она проберется через частокол… Господи, помоги нам. Какая она?
— Очень крупная, черная. Так сказал Питер Ингерсолл. А еще она, скорее всего, голодная и будет искать пищу, чтобы наесться как следует перед тем, как залечь с медвежатами в берлогу на зимнюю спячку.
— Странно, что в это время у нее медвежата.
— Не так уж это и странно. К тому же, скорее всего, они не такие уж и маленькие. Советую не выходить к ней знакомиться, она может быть сильно не в духе, — с улыбкой произнесла Луиза, глядя на Мэтью.
— Проходи, присаживайся, кажется, ты замерзла.
— Да, есть немного. И вот еще что, — Луиза кивнула Мэтью. — Если она к вам заглянет, и вы ее уложите, я бы не отказалась от шкуры. Мне нужно еще покрывало на кровать.
— Выпей с нами что-нибудь.
— Не откажусь.
Пока Мэтью разливал напитки, Луиза оглядела комнату.
— А вы здесь хорошо устроились, у вас очень уютно. Знаете, если вы не против, я с удовольствием поселилась бы в этом доме после вашего отъезда. В моей конуре иногда очень мрачно и тоскливо.
Тилли вопросительно взглянула на Мэтью. В последние полчаса он, как и она, как-то совсем забыл, что они жили в этом доме временно.
— Я буду скучать о вас, — принимая у Мэтью стакан, заявила Луиза. — Мне очень будет не хватать вас обоих. Господи, как я буду скучать! Хорошо бы старый мерзавец сыграл в ящик, — неожиданно добавила она.
Тилли снова бросила взгляд на Мэтью — обоих поразила холодная жестокость слов Луизы и прозвучавшая в ее голосе страсть. Но в то же время Тилли в душе сознавала, что и для них смерть Альваро Портеза не была бы ударом. Затем гостья рассмеялась своим необычным, каким-то принужденным смехом, и хозяева рассмеялись вслед за ней.
* * *
Кэти не спалось, рой мыслей не давал ей уснуть. Она влюбилась. Но это было не то, что она очень давно испытывала к Стиву Макграту. Вдобавок на Стива ей надеяться не приходилось — для него существовала только Тилли. Когда он уехал, Кэти быстро забыла о нем. А когда он вернулся, то Кэти и не мечтала, что Стив посмотрит на нее, теперь он успешно шагал по жизни. Но добивался всего исключительно своим трудом. А еще Стив стал очень интересным молодым человеком, в котором не осталось и следа от робкого, угрюмого мальчишки. И вот сейчас Кэти ругала себя за то, что просто таяла перед этим рослым рыжеволосым парнем. Стоило ему только взглянуть на нее из-под широкополой шляпы, как ее бросало то в жар, то в холод.
Беспокоило ее то, что она, возможно, снова могла промахнуться. Хотя Дуг Скотт никогда не упускал случая остановиться и поболтать с ней. А однажды он положил руку ей на плечо и сказал: «Какая ты пухленькая кубышка!» Эти слова не были похожи на комплимент, но из его уст они прозвучали совсем необидно, а даже как-то весело.
Кэти замерзла. Стараясь согреться, она свернулась в клубок и подтянула колени к груди. И почему ночи здесь такие холодные? В этот момент в своей кроватке заворочался и всхлипнул Вилли.
Кэти приподнялась на локте и прислушалась, про себя молясь, чтобы по крайней мере в эту ночь ребенку не приснился кошмар, иначе он своим плачем разбудит малышку. Его крики могли поднять и мертвого. Но Кэти напрасно надеялась. Всхлипывания становились все громче. Она решительно откинула одеяло, схватила пальто на меху, подарок Тилли на Рождество, и торопливо надевая его, заспешила через комнату к детским кроваткам. Лампу зажигать она не стала: лунного света, заливавшего комнату, вполне хватало, чтобы видеть все вокруг.
Машинально бросив взгляд в окно, Кэти заметила в отдалении что-то приземистое и темное, приближавшееся к дому. С расширившимися от ужаса глазами, Кэти прижалась к стеклу, и, не обращая внимания на усиливавшийся плач Вилли, силилась разглядеть, что именно двигалось к дому. Но в этот момент луну скрыли облака, превратив продолжавшееся двигаться нечто в плохо различимую тень. Когда луна снова выглянула «тень» отделяло от дома не более сотни метров. Кэти показалось, что она видит огромного роста мужчину, который, немного согнувшись, крадучись, подбирается к дому.
— Индейцы! Индейцы! — не помня себя, закричала Кэти, сразу же разбудив детей. Вилли уже надрывался в крике. — Индейцы! Индейцы! — Девушка кубарем скатилась по ступенькам. — Индейцы! Тилли! Индейцы! — Кэти уже хотела стукнуть кулаком в дверь спальни, но в этот момент она широко распахнулась и оттуда в ночной рубашке вылетел Мэтью. Кэти бросилась к нему, едва не сбив с ног, твердя как заведенная: — Индейцы! Индейцы!
