Флинн вычеркнул четыре имени.
— Горничные вряд ли отважились бы на такое, им проще было уволиться.
Кегл покачал головой и осторожно отхлебнул обжигающе-горячего кофе, пока коллега вычеркивал еще два имени.
— Как насчет Дишлера? — спросил Флинн.
— Вряд ли. Он работал на Рейнолдсов несколько лет и, очевидно, предан семье. Кроме того, в два счета подтвердил рассказ Мейтленда. Мимо цели.
— Согласен, но лучше его проверить, — решил Флинн. — А Мейтленд?
— А какой у него может быть мотив?
Флинн задумчиво покатал карандаш между пальцами.
— Он мне не нравится.
— В таком случае к чему тратить время? Бежим за ордером, — сухо буркнул Кегл, но, видя, что Флинн продолжает терзать карандаш, с любопытством осведомился. — Почему он тебе так не нравится?
— Сцепились как-то год назад, когда я пытался расспросить его сестричку, откуда ее приятели достают наркоту — И?
— И он взорвался, как петарда. Надменный ублюдок, а его адвокаты — просто свора доберманов. Представляешь, из-за такого пустяка напустил их на нас.
— Раз так, к чему ордер? Давай засадим его в кутузку! — с серьезным видом предложил Кегл.
— А его сестра еще то отродье, — продолжал Флинн, не обращая внимания на молодого человека. — Прозвала меня Шерлоком.
— Эй, а давай и ее бросим в тюрягу, — обрадовался Кегл, но когда Флинн, явно не оценив шутки, посмотрел на него волком, осторожно заметил:
— Может, поговорим и о других, более подходящих кандидатурах?
— Да почти никого и не осталось. Парис Рейнолдс?
— Возможно.
— Почему? Мотив! — потребовал Флинн.
— Картер Рейнолдс сказал, что все имущество покойной унаследуют он и старшая дочь. Флинн невесело хмыкнул:
— Считаешь, что кто-то из этих двоих срочно нуждался в деньгах?
— А если Парис устала ждать свою долю и решила стать независимой от папочки?
— Но Эдит было девяносто пять! Она и сама скоро откинула бы копыта!
— Знаю. Но все же не стоит пока исключать Парис.
— Ладно, не буду. Как насчет страхового агента? Ричардсона?
— Ну как же, — фыркнул Кегл. — Больше ему делать нечего! Приезжает в гости со своей подружкой, которая, если верить Рейнолдсу, не получит и цента и, следовательно, ничего не выигрывает от смерти Эдит Рейнолдс, и замышляет страшное преступление! И к тому же, если верить Дишлеру, у него железное алиби.
— Ты прав, у меня совсем крыша едет, — признался Флинн, вычеркивая Пола. — А Картер? Он сказал, что вернулся в одиннадцать, и секретарь подтвердил, но мог и лгать, чтобы выгородить хозяина.
— Возможно, — кивнул Кегл, — но не думаю, что сенатор Мид лжет. Он один из тех, кто сегодня звонил, требуя немедленно схватить преступника.
— И что?
— Да то, что в разговоре с Хоклином он упомянул о затянувшейся игре в покер с беднягой Картером.
— Значит, и Рейнолдс ни при чем?
— Вероятно, — вздохнул Флинн. — Кроме того, зачем это Рейнолдсу? Он терпел свою бабулю больше шестидесяти лет, и деньги ему ни к чему. Да и не думаю, чтобы он прошлой ночью притворялся. Вспомни, его просто трясло от ужаса, — согласился он, вычеркивая имя Картера Рейнолдса. — Остается Слоан Рейнолдс.
— А вот это весьма интересно, — оживился Кегл. — Она вошла в семью несколько дней назад и до этого ни с кем из Рейнолдсов не была знакома, а вскоре после этого одного из членов семьи внезапно убивают.
— Понятно, но если это она, то девушка выбрала странный способ', чтобы втереться в доверие к родным.
— Она была в доме и имела возможность без опаски подойти к старухе, — заупрямился Кегл.
— И зачем это ей нужно?
— Месть за то, что ею столько лет пренебрегали.
— Ну уж нет. Ей гораздо выгоднее было попасть в милость к старой леди. Слоан не была наследницей, но, проживи прабабка дольше, кто знает, может, и изменила бы завещание и отрезала бы правнучке кусочек наследственного пирога. А так она ничего не получит.
— А месть? — снова напомнил Кегл.
— Чем тебе не угодила Слоан Рейнолдс? — ехидно поинтересовался Флинн, хотя, несмотря на сарказм, отнюдь не собирался отвергать версию Кегла. Он давно уже понял, что этот юнец — блестящий сыщик, сыщик от Бога, который не упустит ни малейшего следа, куда бы он ни привел и сколько бы усилий на это ни потребовалось. — Ты с самого начала приклепался к ней, еще когда мы думали, что это вооруженный грабеж. Что тебе от нее нужно?
— Уж очень слабенькое у нее алиби. Она ушла почти в момент убийства и вернулась, когда все было кончено. И как ловко она подсказала нам, что хотя Эдит Рейнолдс не была инвалидом, но двигалась с трудом. Похоже, она просекла, куда мы клоним. Не хуже нас понимала, что жертва знала своего убийцу, потому и не пыталась убежать.
Флинн обдумал сказанное и согласно наклонил голову.
— Принимаю к сведению, хотя Слоан вовсе не показалась мне личностью, способной на предумышленное убийство. Какова должна быть жажда мести, чтобы набраться мужества раздобыть пистолет, составить план и хладнокровно пристрелить беспомощную старушенцию. Кроме того, при чем тут Эдит? Прикончила бы лучше папашу за то, что бросил ее бог весть когда.
Кегл рассеянно побарабанил пальцами по столу, насадил поплотнее очки на переносицу и подошел к стеклянной перегородке, за которой трудился Хэнк.
— Эй, приятель, — окликнул он, — долго еще?
— Не очень.
— Знаешь, о чем я думаю? — спросил Кегл у Флинна.
— Шутишь? Откуда мне знать, что творится в твоей башке? — добродушно ухмыльнулся тот.
— Мы упустили одну важную деталь. Как зовут адвоката Эдит Рейнолдс, того самого, кто составлял ее завещание?
Флинн принялся перелистывать блокнот, пока не дошел до нужной страницы.
— Уилсон.
— Неплохо бы поболтать с ним тет-а-тет, — предложил Энди, вставая и потягиваясь. — Нам не помешает немного размяться, перед тем как засесть за распечатки Хэнка.
Глава 38
Пол сидел у бассейна, наблюдая, как сыщики методично обыскивают кусты на задах дома.
— Оружие ищут, — сообщил он Слоан, присевшей на соседний шезлонг.
Девушка рассеянно кивнула и откинула волосы со лба.
— Кстати, Гэри Дишлер ищет тебя, — добавил Пол. — Мейтленд звонил дважды и просил немедленно перезвонить. Полицейские не пропускают его в дом.
— Гэри мне сказал. Я сейчас выйду к Ною, но хотела сначала поговорить с тобой, — едва вымолвила девушка. Пол заметил, как она бледна, и угрызения совести, о существовании которой он, казалось, совсем забыл, заявили о себе с неожиданной силой. Бедняга! Она-то в чем виновата? А теперь ей придется пройти все круги ада. Безумный порыв погладить ее по голове и умолять о прощении едва не сорвал его с места.
