В день отъезда очень долго валялся в постели, стараясь выспаться впрок. Как только Чара ушла по своим делам, начал выполнять свой план. Для начала вызвал капитана охраны.
— Господин капитан, я сегодня уезжаю.
Не дождавшись от капитана ни малейшего вопроса, продолжил.
— Уезжаю насовсем, через пару часов. Со мной поедете вы, Эрих, ещё человек пять охраны. За городом мы поменяемся с Эрихом одеждой, и вы вернётесь. После этого будете действовать по своим инструкциям.
Капитан подождал продолжения, потом медленно спросил:
— А госпожа Чара?
— У неё свои дела. Мы заедем в гостиницу, я там пообедаю, предупрежу её. Остальные действия на её усмотрение. Надеюсь, вы не откажете ей в гостеприимстве ещё некоторое время?
— Разумеется.
— Тогда командуйте.
Капитан поклонился и вышел.
Через пару часов мы подъехали к гостинице. Оставив капитана с охраной во дворе, поднялся в обеденный зал. Девчонки уже ждали меня. Заказав самого дорого вина, расплатился и присел за столик. Девчонки вину не обрадовались. Открыв бутылку, налил всем и первым поднял бокал. Улыбки у девчонок совсем пропали.
— По какому поводу празднуем?
— Повод простой. Я для себя кое-что нашёл, решил, что делать дальше. Уезжаю прямо сейчас. Один.
Поднял бокал и с улыбкой выпил до дна.
Девчонки вино только пригубили, но явно не ощутили его вкуса. С минуту стояла тишина. Ехать за мной нельзя, уговаривать бесполезно, о чём ещё говорить? Я уже собирался встать, как вдруг Чара улыбнулась.
— Решил так решил, что теперь делать. Ты не будешь возражать, если я ещё немного поживу в твоём доме?
— Сколько угодно — снисходительно произнёс я, радуясь, что расставание проходит без слёз и ругани. И вдруг меня взяло сомнение — Но вам же надо спешить в Империю на учёбу!
— Ничего, учёба подождёт. Надо же создать видимость, что в доме всё по-прежнему. Да и Эриха надо поднатаскать, чтобы он выглядел совсем как ты. А кто это сможет лучше, чем я?
Настроение резко пошло вниз. Если Чара останется, то останется и отряд поддержки. И будет вероятность встретиться с ними на улице. А перспектива сидеть дома, передвигаться по улицам с оглядкой неопределённое время не очень мне понравилась. Видимо, что-то отразилось на моём лице — улыбка Чары вновь стало ослепительной, а голос — совсем сладким.
— Да и просто приятно провести с ним время. Такой симпатичный, сильный, смелый. Он уже начал поглядывать на меня, наверное, скоро пригласит на свидание. И я, наверное, соглашусь.
Мальви навострила ушки.
— Это тот, про которого ты мне столько рассказывала?
— Да. На самом деле он ещё лучше.
— Ну, тогда и я немного задержусь.
Девчонки многозначительно посмотрели друг на друга и заулыбались. А мне захотелось их обругать и даже немного придушить — им бы только на свидания ходить, а у меня весь план теперь под угрозой! Где-то в глубине была ещё какая-то причина для раздражения, но я не стал пока в ней разбираться. Досчитал до десяти, но злость не утихала. Пришлось считать в обратную сторону. Наконец я смог раздвинуть губы в улыбке.
— Я рад, что вы на меня не сердитесь. Приятно провести время.
— И тебе тоже, Нико!
Усаживаясь на коня, покосился на окна, но никто в них не смотрел. Почему-то такое пренебрежение девчонок резануло меня больше всего.
Выехав за город, на первой же укромной поляне поменялись с Эрихом одеждой, лошадьми. Я с некоторой ревностью смотрел на него. Переодевшись, и осознав, что отныне он будет жить как «граф», Эрик резко изменился. Осанка стала горделивой, во взгляде даже появилась непонятная спесь. Неужели я тоже так выгляжу или это у него своё? Неужели кто-то сможет нас спутать? Но капитан, с непроницаемым видом наблюдавший наше переодевание, обратился ко мне:
— Господин граф, будут ещё какие-то указания?
Я покачал головой. Тогда капитан повернулся к Эрику.
— Господин граф, какие будут указания?
— Возвращаемся.
Минута, и я остался один. Вроде всё по собственному плану, но неприятный осадок остался. Уж больно легко все расставались со мной.
Проехав пару часов по дороге, убедился, что за мной никто не следит и на первом же перекрёстке повернул на север. Уже глубокой ночью ограбил какого-то одинокого путника, направлявшегося на север, поменялся с ним одеждой и лошадью. И утром в невзрачной одежде, на плохонькой лошади спокойно въехал в город через восточные ворота. На ближайшем базаре продал лошадь за бесценок и к обеду уже валялся на кровати в собственной комнатке. Хозяйка покосилась на мою одежду, но ничего не сказала и обедом покормила. Умывшись и приведя себя в порядок, стал перебирать в памяти события последних дней. Может, не совсем всё гладко, не совсем радостно, но я сделал что хотел. И теперь я снова один. Во всяком случае, ни разу не появилось ощущение пощипывания кожи, которое у меня возникало при появлении слежки.
Пару дней я отсыпался, отъедался, и на третий день всё-таки решился выйти на улицу. К академии пробирался закоулками, проходными дворами. Потом целый час наблюдал за площадью перед академией, но явных шпионов не обнаружил. Уже начались занятия и праздношатающихся почти не было. Решившись, перешёл площадь. Никто на меня особо не смотрел, не приставал, не гнался за мной и я немного успокоился.
День прошёл в оформлении документов, знакомстве с остальными преподавателями, получении формы, кабинки.
Первый урок должен был проходить у лекарок. Брюс наставлял меня:
— Сегодня у тебя девочки-второкурсницы. Ничего толком не умеют, силёнок нет. Так что сильно не гоняй. Небольшая разминка, лёгкие оздоровительные упражнения. И… помягче с ними.
Когда я вошёл в зал, у стеночки стояло около тридцати девчонок. Первое, что бросилось в глаза — их тренировочная форма. Вместо привычной свободной все были одеты в облегающие рубашки и брюки из тонкой мягкой ткани. Захваты и броски в таком виде отрабатывать точно не получится — один хороший рывок и всё это недоразумение останется в руках нападающего. Приятно взгляду, но совершенно непрактично. Девчонки с любопытством разглядывали меня. Одна из них, рыжая пигалица, едва достававшая мне до плеча, протянула вроде как негромко, но так, что все услышали:
— Ой, девочки, какие здесь симпатяшки ходят! Если он ещё и рядышком со мной будет заниматься, то я готова смириться даже с физкультурой!
Девчонки противно захихикали. Теперь уже все смотрели на меня, ожидая, что я отвечу. Я немного кашлянул, чтобы голос звучал более спокойно.
— К сожалению, рядышком не получится — я ваш преподаватель. Но ближайший час я очень внимательно буду наблюдать за вами. Надеюсь, мы все получим от нашего занятия большое удовольствие. В шеренгу — становись!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
