Сабиной. Повернувшись, он направился по коридору к ложам над главным торговым залом.
— Не, не может быть, — тихо произнёс я, провожая его взглядом.
— Вы знакомы? — спросила Сабина.
— Этот тип выдаёт себя за великого мастера Англии. Но я сейчас точно почувствовал, как кто-то использовал мировую энергию ци. Пойдём посмотрим.
Пройдя до двери, мы осторожно заглянули внутрь. В небольшой комнате было всего несколько человек, включая недавно зашедшего наследного принца. Как раз последний и щупал меч орка, используя немного внутренней силы. Он был мастером первой ступени, но старался выглядеть внушительно. Один из людей Оливера Ханта внимательно следил, чтобы гости не перестарались, вкладывая силу в клинок, но в этом случае подобного не требовалось. Я же не заметил никого внутри, кто бы мог сойти за великого мастера. Если только этот кто-то не умеет прятать силу так же, как мистер Ма.
— Мистер Матчин, — поздоровался со мной высокий англичанин, стоявший недалеко от двери. — Я как раз Вас жду. Моё имя Браун. Фрэнк Браун.
Мужчине было около пятидесяти лет, взгляд спокойный, как у сытого удава. Не помню, чтобы мы встречались раньше.
— Я помощник и сопровождающий мистера Бедфорда, — добавил мужчина, поймав мой взгляд. — Уделите мне пару минут.
Комнату для беседы найти было нетрудно. Охранник подсказал, показав на следующую дверь в коридоре, за которой находилась переговорная, рассчитанная на четырёх человек. Наверняка Судский и это учёл, так как в комнате было всё, что нужно для заключения договоров. На тумбочке в одном углу стоял миниатюрный копировальный аппарат, в противоположном — кулер для воды. Для тех, кто боялся пить из подобных аппаратов, предусмотрели упаковку бутылок минеральной воды.
— Буду предельно краток, чтобы не отнимать Ваше время, — сказал мистер Браун, переходя на деловой тон. Подозрительный тип. Не удивлюсь, если он назвался вымышленным именем.
Ловким движением он открыл кожаную папку для бумаг, которую держал в руках, и вынул большое письмо.
— Её Величество просила передать Вам искренние извинения, — он протянул письмо, скреплённое большой восковой печатью с символикой королевского дома Великобритании. — За те неприятности, что доставил Вам мистер Бедфорд.
— Уверены, что правильно подбираете слова? — я приподнял бровь, глядя на мужчину. — Он, вообще-то, заплатил огромные деньги, чтобы меня убили. Я бы не назвал подобное неприятностями.
— Мистер Бедфорд иногда забывается, — многозначительно произнёс англичанин. — Если бы я был в тот момент в Лондоне, лично оторвал бы ему голову.
Произнесено было довольно серьёзным тоном, чтобы воспринять эти слова всерьёз.
— Я почти год провёл в Америке, — добавил он. — Учился у мистера Бойера. Сейчас там все очень огорчены его трагической гибелью. А что касается мистера Бедфорда, то королева сразу после аукциона объявит печальную новость, что он начал стремительно терять силы великого мастера.
— Понятно, — я неохотно взял письмо.
— У Вас получилось изготовить прекрасное оружие, — сказал мистер Браун. — Пусть и необычной формы. Неплохо придумано — разрешить прикоснуться к нему.
— Вас не уговаривали остаться в СГА? — спросил я, поняв, что он хотел этим сказать.
— Уговаривали, — мистер Браун кивнул. — Но можете считать меня большим патриотом Соединённого Королевства. Аукцион скоро начнётся. Рад был познакомиться, мистер Матчин.
— Взаимно, — я пожал ему руку.
Он коротко кивнул Сабине и вышел из переговорной.
— Такие дела, — протянул я, посмотрев на письмо.
— Бойер — это тот великий мастер из СГА, которого ты убил на экзамене? — спросила Сабина.
— Он самый. Догадайся, где должен пройти следующий большой экзамен, если объявится очередной великий мастер?
— В России. А потом в Китае, если я ничего не путаю.
— Не путаешь.
— А этот Браун?..
— Сейчас сложно сказать. Посмотрим, что он покажет на экзамене. Умеют же они портить настроение. Думай теперь, зачем припёрлись с Бедфордом. Рассчитывают, что я его пристукну по старой памяти? Или же планируют сами его грохнуть, а свалить всё на Кузьму?
— Не исключён и третий, самый простой и очевидный вариант, — заметила Сабина. — Что они просто хотят купить один из необычных мечей.
— Посмотрим, — негромко сказал я. — Ладно, ну их к чёрту! Пойдём, аукцион скоро начнётся.
В зале аукциона к этому времени было уже шумно. Из-за обилия гостей упор больше сделали на ряды стульев, а не частные столики. Больше всего повезло тем, кому достались места на балконах. Сцену с ведущим оттуда видно плохо, зато можно было устроиться с комфортом. Нам как раз предоставили место на балконе в центральной части. И глядя на то, сколько собралось людей внизу, я только порадовался, что не стал соглашаться с мистером Хантом. Он хотел, чтобы я был у всех на виду.
Чтобы гостям было проще ориентироваться в ходе торгов, на каждом столе лежал планшет. Когда Сабина поднесла к нему мою именную карточку аукциона, он включился, показывая рекламную заставку и приветствуя по имени. Как раз к этому времени на главной сцене внизу появился ведущий и принялся рассказывать о правилах проведения торгов для тех, кто находился в зале, и тех, кто принимал участие удалённо. Одновременно с этим на планшете высветилось изображение изысканного меча с узким лезвием. Рукоять обильно украшена золотом и серебром, как и ножны. Дата изготовления — конец восемнадцатого века, Франция. Оружие статусное, принадлежавшее королевской семье, но проданное уже через пятьдесят лет. Особенность его была в том, что этим оружием пользовался великий мастер. Хотя я бы уточнил, что не пользовался, а просто владел, появляясь с ним на важных мероприятиях и балах. К мечу прилагалась дюжина грамот и документов, удостоверяющих, что оружие способно пропускать через себя внутреннюю энергию одарённых и прошло необходимые для этого испытания. Оценивался меч в пять миллионов долларов, что на мой взгляд было дороговато.
— Подобное оружие всегда ценилось, — не согласилась Сабина с моим замечанием. — Годных мечей осталось мало. Что-то уже сломано, что-то на грани, а мастеров с каждым годом становится только больше. К тому же это отличное вложение денег, так как через пару лет подобный меч будет стоить ещё дороже. У папы есть небольшая коллекция в Риме. И ещё одна в Казерте, которую он хранит на случай, если кому-то из наследников понадобится.
— Может быть, — согласился я. — Если смотреть с точки зрения исторической ценности.
— Думаешь, что не удастся выгодно
