(мой); kern напоминает
нем. Kern (суть, сущность, сердцевина);
англ. kern (мужик, деревенщина), но является, вероятно, шутливым намеком как на «хер» (старое название русской буквы «х», от которого возник глагол «похерить»), на что как будто призвана указать «h» в слове «mohen», так и на ругательное «хрен».
Никто не тронет наших кругов… – Эти перефразированные слова Архимеда, сказанные, по легенде, ворвавшемуся к нему в дом римскому солдату («Не трогай моих кругов!»), который его тут же и убил, в дальнейшем приобретают особый смысл: в романе два Круга, Адам и Мартин, оба ученые, у каждого есть сын, и каждый будет «тронут». Смерть Круга, однако, как в конце говорит автор, – «не более чем вопрос стиля», в то время как Гедрон покончит с собой еще до ареста Круга и в последней сцене будет замещен «необыкновенно одаренным актером» (двойственность и здесь).
«…наших кругов – но у нас должно быть место, чтобы их рисовать». – «Не в грязи, сударь, не в грязи», – сказал Круг, впервые за вечер улыбнувшись. – Круг улыбается, возможно, не только оттого, что русское значение его фамилии совпадает с употребленным Гедроном названием геометрической фигуры, но и оттого, что его ответ вызывает в памяти знаменитое программное эссе О. Уайльда «Душа человека при социализме» (1891): «Власть над художником и его искусством нелепа. <…> Утверждают, будто под властью деспотов художники создавали дивные произведения. Это не совсем так. Художники посещали деспотов, но не как подданные, которых надлежит тиранить, а как странствующие чудотворцы, как удивительные скитальцы, которых нужно развлекать, очаровывать и терпеть ради их душевного покоя и позволять им творить. В пользу деспота можно сказать, что он, будучи индивидом, может обладать известной культурой, тогда как толпа, будучи чудовищем, таковой не имеет. Император или король могут наклониться и поднять кисть, оброненную художником, но если наклоняется демократия, то лишь для того, чтобы измазать кого-либо или что-либо грязью. И при этом демократия никогда не склонится ниже императора. Собственно, когда они хотят измазать кого-то грязью, им даже и наклоняться не приходится. Однако нет нужды отделять монарха от черни, любая власть [для художника] одинаково плоха» (Wilde O. The Soul of Man Under Socialism. N.Y., 1915. P. 50. Пер. мой).
С. 103. …когда я был студентом и жил на чердаке, моя квартирная хозяйка, жена бакалейщика снизу, твердила, что я в конце концов сожгу дом… – Именно об этом начинает рассказывать Кругу на мосту бакалейщик в гл. 2: «…а не сидеть в одиночестве, предаваясь опасным размышлениям. У моей жены был жилец…».
С. 104. сезамка [ключ от английского замка]. – Во французской версии А. Галлана арабской сказки «Али-Баба и сорок разбойников» («Тысяча и одна ночь») заклинание «Sésame, ouvre-toi!» («Сезам, откройся!») открывало пещеру с сокровищами. Ср. уменьшительно-ласкательные суффиксы в словах «kwazinka», «Адамка».
Прощеванце [шутливое “адью”] – от прост. прощевайте.
С. 105. Крупным планом, крупным планом! – Отчасти иронично, отчасти ради эффекта остранения (как и в рассказе 1943 г. «Ассистент режиссера») Набоков использует в романе различные приемы и клише кинематографа, обсуждению которых посвящена детальная статья Б. Г. Бейнстока «Фокус-покус: кинообразы в романе “Под знаком незаконнорожденных”» (Beinstock B. G. Focus Pocus: Film Imagery in Bend Sinister // Nabokov’s Fifth Arc. Nabokov and Others on His Life’s Work / Ed. by J. E. Rivers and Ch. Nicol. Austin: University of Texas Press, 1982. P. 125–138).
Кармен – героиня названной этим именем повести (1845) П. Мериме (1803–1870), свободолюбивая гитана. Ее образ позднее найдет у Набокова отражение в Лолите.
таклер (от англ. tackler) – в американском футболе блокирующий полузащитник.
Лаокоон – античная скульптурная группа, изображающая борьбу жреца Лаокоона и его сыновей со змеями. В этом пассаже Набоков описывает фигуры в пространстве, создавая единство и целостность восприятия, свойственные изобразительному искусству, в отличие от литературы, передающей последовательное развитие, действие во времени, о чем Г. Э. Лессинг писал в своем знаменитом трактате «Лаокоон, или О границах живописи и поэзии» (1766).
глобулы – красные кровяные шарики.
Donje te zankoriv – искажение слов из эклоги Малларме «dont j’étais encore ivre» («которым я все еще был пьян»).
С. 106. …сверкающей слезой Капеллы… – Капелла – самая яркая звезда в созвездии Возничего.
…этими зеркалами бесконечного пространства, qui m’effrayent, Blaise, как они пугали и тебя… – Отсылка к знаменитому фрагменту «Мыслей» (1670) французского математика, философа и теолога Б. Паскаля (1623–1662): «Человек – всего лишь тростинка, самая слабая в природе, но это тростинка мыслящая. Не нужно ополчаться против него всей вселенной, чтобы его раздавить <…>. Итак, все наше достоинство заключено в мысли. Вот в чем наше величие, а не в пространстве и времени, которых мы не можем заполнить. <…> Вечное безмолвие этих бесконечных пространств меня пугает» (Паскаль Б. Мысли / Пер., вступ. ст., коммент. Ю. А. Гинзбург. М., 1995. С. 136–137).
амфифорический – неологизм (от греч. amphoreus – сосуд с двумя ручками) – нечто, сделанное двумя руками или с двойным назначением.
5
Глава во многом строится как пародия на фрейдистское толкование «типичного сна об экзамене» (или, как пишет Набоков, «этого повторного сна, всем нам знакомого»). Заметка «Сон об экзамене», включенная З. Фрейдом в его труд «Толкование сновидений», завершается (в редакции 1925 г.) следующим утверждением: «В. Штекель, которому принадлежит первое истолкование сна об экзамене на аттестат зрелости, отстаивает точку зрения, что это сновидение, как правило, относится к сексуальному испытанию и половой зрелости. Мне часто удавалось это подтвердить на своем опыте» (Фрейд З. Собр. соч.: В 10 т. / Под общ. ред. Е. С. Калмыковой и др. М., 2008. Т. 2. С. 287. Пер. А. М. Боковикова). Набоков мог прочитать эту заметку в новом дополненном английском издании (Freud S. The Interpretation on Dreams / Authorized Translation by A. A. Brill. L.: George Allen & Unwin; N.Y.: The Macmillan Company, 1932. P. 266–267). В согласии с такого рода психоаналитическими интерпретациями (чуждыми Набокову) глава кончается появлением в «экзаменационном сне» Круга его покойной жены в эротическом контексте («от последнего жеста высокой холодной стриптизерши, рыскающей, как пума, взад и вперед по сцене, Круг в припадке отвратительной дурноты проснулся»).
Примечательно, что в более ранней редакции «Толкования сновидений», которая могла быть известна Набокову по русскому переводу 1913 г., после описания снов об экзамене, «которые наблюдаются обычно лишь тогда, когда субъекту предстоит на следующий день ответственный поступок», сразу же следует замечание о снах «об опоздании на поезд», которые Фрейд относит к той же группе снов. Сюжет опоздания на поезд во снах Фрейд трактует как следствие страха смерти: «Отъезд – один из наиболее употребительных и понятных символов смерти. Сновидение утешает нас: будь спокоен: ты не умрешь (не уедешь), – все равно как сновидение об экзаменах: не бойся, ты не провалишься» (Фрейд З. Толкование сновидений / Пер. с третьего дополненного немецкого издания М. К. М.: Современные проблемы, 1913. С. 211). В следующей главе Круг с сыном уезжает из города на поезде, и, проснувшись в доме своих
