Наконец, когда стало казаться, что поверхности не существует вообще, а черная дыра в земле тянется до бесконечности, потолок с шумом осел. Если б не включенный девастатор, камни и комья земли моментально раздавили бы Спасателей. К счастью, прибор справился — обвал стал пылью, и обрушился на Чипа и Гайку целым облаком серого талька. Дрожа от усталости, покрытые толстым слоем атомарного порошка и почти ничего не видя в мутных стеклах противогазов, пленники подземелья вырвались навстречу яркому солнцу.
Пару минут оба без сил лежали в круге света, судорожно глотая воздух сквозь хрипящие, засоренные фильтры. Чип, напрягшись, заставил себя встать.
— Любимая, надо уходить, — позвал он тихо. — Взрыв…
Гаечка вздрогнула. Тихо застонав, она поднялась на ноги. Чип уже вернул девастатор в контейнер и забросил ящик за спину, качнувшись от его тяжести. До края ямы оставалось не больше десяти-пятнадцати дюймов.
— Я сброшу веревку… — устало сказала Гайка. Разбежавшись, она перепрыгнула со столба окаменевшей пыли на стену и проворно взобралась вверх, цепляясь за корни и камешки. Чип проводил ее любящим взглядом.
Спустя минуту, из-за края ямы взметнулся тонкий трос. Капитан поймал его с первой попытки. Переведя дух, он что было сил вцепился в веревку и полез вверх.
Глухой гул из-под земли сообщил, что процедура самоликвидации капсулы времени завершилась. Страшное сотрясение почвы подбросило обоих спасателей, будто бумажные куклы. Чип, навьюченный тяжелым контейнером, не сумел удержаться на веревке и с воплем полетел вниз, навстречу жуткому энерговороту гибнущего туннеля времени.
Глава 10
В левой руке вампир брезгливо держал за хвост Гайку. Мышка висела без движения, видимо, усыпленная хлороформом — она казалась невредимой, хотя комбинезон был порван в нескольких местах и покрыт грязью, а прекрасные золотые волосы торчали запутанными космами. Фокси каким-то чудом удержала вопль.
Времени на сложный план просто не осталось. Достаточно вампиру закрыть дверь… Еще не зная, что станет делать в следующий миг, Фокси сорвалась в рывок и, совсем как в жуткую радиоактивную ночь, когда черная кошка похитила Дэйла, что было сил рявкнула сонаром прямо в ухо врагу.
Вампир дико дернулся и с воплем схватился руками за голову, уронив беспомощную Гайку. К счастью, ожидавшая этого Фокси была наготове и успела подхватить мышку прежде, чем та рухнула на пол. Использовав дополнительный вес Гайки, словно противовес, летунья описала скоростной вираж вокруг ноги менталла и рванулась в приоткрытую дверь. Позади, прижав ладони к ушам, вампир упал на колени.
За дверью оказался просторный светлый коридор, гобелены, изящная абстрактная мебель, развешанные вдоль стен портреты лысых женщин… и окно. ОКНО! Громадное, распахнутое настежь! Счастливо засмеявшись, Фокси покрепче схватила Гайку когтями и рванулась к свободе. Чистый, пропитанный ароматом цветов воздух ударил в грудь.
Оказавшись снаружи, летучая мышка от неожиданности чуть не рухнула в пропасть. Да-да, в пропасть — за окном простиралась бездна глубиной не менее пятисот ярдов. Кабинет вампира располагался под самой крышей невероятного спирального небоскреба, тянувшегося за облака из центра грандиозного, сверкающего металлом города. Вид был таким величественным и грозным, что Фокси невольно ощутила дрожь в крыльях.
Пару секунд растерянная летучая мышка бесцельно скользила в теплых лучах заходящего солнца, на громадной высоте, одна против целого мира. Затем, придя в себя, Фокси лихорадочно огляделась и заложила резкий вираж. Ярдах в шестистах от главного небоскреба, навстречу тучам рвалась еще одна башня, изящная, тонкая, изумительно красивая, будто сказочный стальной одуванчик. Там, над облаками, можно затаиться до темноты…
С каждым взмахом крыльев, Гайка становилась все тяжелее. Башня-одуванчик заметно превосходила высотой небоскреб, откуда бежали пленники, так что Фокси приходилось лететь вверх. От напряжения у нее скоро уже дрожали лапки, но летунья справилась. Спустя десять минут, отыскав укромную щель между сверкающими панелями башни, Фокси нырнула во тьму и аккуратно уложила Гайку на холодный металл. Летучей мышке требовалось отдышаться.
Передохнув, Фокси уселась рядом с неподвижной Гаечкой и бережно просунула крыло ей под голову. Мышка ровно дышала, так что ее жизни ничего не грозило.
Грустно улыбнувшись, Фокси отползла поглубже в тень и подтащила к себе Гайку. Поскольку теперь оставалось лишь ждать темноты, летунья принялась аккуратно распутывать золотые волосы прекрасной мышки. Дело продвигалось медленно, ведь пальцев у Фокси не было, только коготки на крыльях.
Незаметно прошел час. Мертвый, пустой город пугал тишиной. Солнце уже скрылось за горизонтом, в небе пламенел закат. Холодный северный ветер то и дело тыкался в щель своим беспокойным носом, фыркал и шумно дышал, будто гигантский невидимый пес. Фокси невольно улыбнулась, вспомнив озадаченную морду добермана Хазга, когда Рокфор дразнил его пуделем.
Невероятно… С той ночи миновало всего два месяца, а казалось — две жизни. Фокси устало зажмурилась, крылом прижав медальон. Линг… Первый друг, которого она потеряла. Хотя, если задуматься — просто чудо, что все они до сих пор живы. Удивительно…
— Фокси, — слабый голос Гайки заставил летунью радостно вскинуться. Счастливо рассмеявшись, Фокси заключила подругу в крепкие объятия.
— Гайка!
— Фокси… — в голосе прекрасной мышки звучали такие нотки, что улыбка пропала сама. Замирая от страха, Фокси чуть отодвинулась и с тревогой взглянула на Гайку.
— Что случилось?
— Чип… — одними губами выдавила мышка. Сердце Фокси остановилось.
— Нет, — она отпрянула, недоверчиво сглотнув. — Нет!
— Я не нашла… Не нашла! — Гайка задохнулась слезами. — Был взрыв… Он… Сорвался… Я искала, копала проклятую пыль, копала, копала, а его нет! Все засыпало! Его нет… Нет… — она не смогла продолжить. Потрясенная Фокси молча прижала подругу крылом.
— Не нашла… — бормотала Гайка, содрогаясь от плача. — Не нашла…
Летунья зажмурилась от боли. Гайка молча плакала, у Фокси в груди воцарилась странная пустота. Некоторое время слышны были только всхлипы да вой ветра снаружи.
— Гайка… Крепись, — выдавила наконец летунья. — У нас еще есть шанс спасти его. Мышка так вздрогнула, что едва не опрокинулась навзничь вместе с Фокси.
— Шанс? — в глазах Гайки вспыхнул настолько отчаянный огонь надежды, что летучей мышке стало плохо. Она с трудом кивнула.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
