— Питер, не надо, мы сейчас поедем…
Он ткнул ее пальцем в щеку. Все вокруг засверкало, раздался невыносимо громкий гудок, и он закрыл глаза.
Когда он их открыл, матери не было, а синяя машина подъезжала к нему. Он нырнул за стоящую рядом машину и побежал к магазину. Из него как раз выходила Ирменгард Дрэгер, мать Пенни, со свертками. Слезы облегчения покатились по его лицу.
Еще одна история
Глава 10
В отеле миссис Харди удивленно посмотрела на него, но показала номер писателя. Она долго смотрела ему вслед, пока он поднимался по лестнице, и он знал, что надо поговорить с ней, что-то объяснить, но у него просто не было сил.
Он отыскал дверь Дона Вандерли и постучал.
— Мистер Вандерли!
Дон не особенно удивился появлению на пороге своей комнаты дрожащего подростка. Время, когда опасность грозила только членам Клуба Чепухи, подошло к концу.
— Входи, Питер. Я знал, что мы скоро встретимся.
Парень вошел в комнату слепо, как зомби, и опустился на стул.
— Простите, — начал он и прервался. — Я хочу…
— Погоди, — Дон подошел к шкафу, достал бутыль виски и плеснул немного в стакан. — Вот, выпей и постарайся успокоиться. А потом рассказывай все. Не бойся, что я тебе не поверю. Я поверю. И мистер Готорн с мистером Джеймсом тоже, когда я им скажу.
— Мои старшие друзья, — выдавил Питер, глотнув виски. — Так он их называл. Он еще сказал, что вы думали, что его зовут Грег Бентон.
— Ты видел его?
— Он убил мою мать, — сказал Питер просто. — Его брат держал меня, чтобы я смотрел. Я думаю, они выпили ее кровь.., как у тех животных. И еще они убили Джима Харди. Я видел это, но успел убежать.
— Продолжай, — сказал Дон.
— И он говорил, что кто-то — не помню имени — мог бы назвать его Маниту. Вы знаете, кто это?
— Слышал.
Питер кивнул, будто удовлетворенный этим.
— И он превращался в волка. Я сам видел, — Питер поставил стакан на пол, потом снова взял и сделал еще глоток. Его руки так дрожали, что он расплескал виски. — Они воняют — как мертвые. Я оттирал это.., там, где Фенни меня коснулся.
— Ты видел, как Бентон превращался в волка?
— Да. Не совсем. Он снял очки, и у него были желтые глаза. В них не было ничего, кроме смерти и ненависти. Ничего живого, как в луче лазера.
— Понятно, — сказал Дон. — Я видел его. Но я никогда не видел его без очков.
— Когда он их снимает, он может делать всякие вещи. Может говорить внутри вашей головы. И они могут заставить вас видеть мертвых людей, духов, но если дотронуться до них, они как будто взрываются. Но те — они не взрываются. Они могут схватить вас и убить. Но они тоже мертвые. Ими кто-то управляет — их благодетельница, как они ее называют. Они делают то, что она скажет.
— Она?
— Дон вспомнил симпатичную женщину, сидевшую рядом с Питером за столом.
— Анна Мостин. Но она была здесь и раньше.
— Да. Как актриса.
Питер поглядел на него с изумлением.
— Я только недавно узнал эту историю, Питер. Всего несколько дней назад.
— Еще он говорил, что он — это я, — лицо Питера перекосилось. — Он — это я. Я хочу убить его.
— Сделаем это вместе, — сказал Дон.
— Они здесь из-за меня. Рики Готорн сказал, что, когда я приехал сюда, мы привлекли внимание этих существ. Может, если бы я не приехал, все ограничилось бы мертвыми коровами. Но я не мог не приехать, и они это знали. А теперь они могут делать все, что им угодно.
— Все, что ей угодно, — поправил Питер.
— Правильно. Но мы не беспомощны. Мы еще можем с ними побороться. И мы поборемся, это я тебе обещаю.
— Они же все равно мертвые. Как мы убьем их? Я знаю, что они мертвые они так воняют…
Он снова впадал в панику, и Дон крепко взял его за уку.
— Я знаю это из истории. Эти твари очень древние. Они живут, может быть, сотни лет. Люди называли их вампирами или оборотнями и сочиняли о них истории с привидениями. И люди знали способы заставить их умереть окончательно. Кол в сердце, серебряная пуля, — помнишь? Если их это берет, мы их одолеем. Мы должны это сделать, должны отомстить им.
— Но это они, — сказал Питер, глядя на Дона в упор. — А что нам делать с ней?
— Это труднее. Она — их генерал. Но история полна погибших генералов. А теперь расскажи мне все подробно, Питер. С самого начала. Чем больше ты вспомнишь, тем легче нам будет.
— Почему ты не рассказал это раньше? — спросил он, когда Питер закончил.
— Потому что я знал, что, кроме вас, мне никто не поверит. Вы слышали музыку?
Дон кивнул.
— И никто правда не поверит. Они, как Элмер Скэйлс, думают, что это марсиане.
— Не все. Клуб Чепухи поверит.
— Вы имеете в виду мистера Джеймса, и мистера Готорна, и…
— Да, — они уже знали, что Льюис мертв. — Этого достаточно. Нас четверо против нее.
— Когда мы начнем?
— Я вечером встречусь с остальными. А ты иди домой. Расскажи отцу.
— Он не поверит. Никто не поверит, пока сами… — его голос прервался.
— Хочешь, чтобы я пошел с тобой?
Питер покачал головой.
— Нет. Я не хочу ему говорить. Это бесполезно.
— Может, так и лучше. Я потом схожу с тобой к нему, если захочешь. Питер, ты чертовски смелый. Большинство взрослых на твоем месте сразу подняли бы лапки кверху. Но теперь тебе понадобится еще больше смелости. Тебе придется охранять не только себя, но и твоего отца. Не открывай дверь никому. Никому!
— Не открою. Но скажите, почему они здесь? Почему она здесь?
— Я собираюсь узнать это сегодня вечером.
Питер встал и пошел к выходу, но у порога остановился и сунул руку в карман.
— Я забыл. Тот человек в машине дал мне вот это, когда высадил меня у дома мистера Бенедикта.
Дон открыл “Сторожевую башню”. На первой странице красовалась жирная черная надпись: “Доктор Заячья лапка вводит нас в грех”.
Дон разорвал брошюру пополам.
Глава 11
Гарольд Симе пробирался через лес, все еще взбешенный. Его туфли размокли, но это было далеко не самое худшее. Он потерял работу и лишился Стеллы, о которой думал все последнее время. Черт, неужели она знала все это и играла с ним? Вот стерва!
Она обманула его. Оскорбила. Она никогда — теперь он это понял — не воспринимала его всерьез.
В конце концов, кто она такая? Старая кошелка с костями без всяких моральных принципов и с весьма средним умом. Взять только ее представления о Калифорнии — трейлеры и такобургеры! Милберн как раз для нее и для ее болвана-мужа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
