Читаем без скачивания Заповедник снов - Елена Картур

Вот когда Ингельд понял: вчерашние предчувствия не обманули. Тут-то ему конец и придет. Он все видел и понимал, словно мозг всеми силами пытался оттянуть время гибели, начав с бешеной скоростью обрабатывать информацию, но сделать уже ничего не успевал.

Видел, как на него несется темный сгусток магии, как отчаянно спешит ему наперерез Кэт. Как падает на него Бьерн, стараясь закрыть своим телом, и как это тело, содрогнувшись в короткой судороге, становится вдруг неестественно тяжелым. И в уши ввинчивается отчаянный крик.

Глава 28

Это просто нечестно, несправедливо, когда вот так, из-за какой-то непредвиденной мелочи, из-за дурацкой вороны! Ну откуда, откуда она там взялась, эта глупая птица?!!

Я ревела над телом Бьёрна, прижимаясь к медленно остывающему на снегу плащу, и никак не могла поверить в произошедшее. Он лежал совершенно невредимый, и мне все казалось — сейчас, вот в следующее мгновение поднимется целый и живой.

— Кэт, Кэт, послушай…

Не хочу никого слушать, даже Ингельда.

Ну почему все получилось так глупо?!

— Кэт, уже совсем стемнело, нам нужно возвращаться в форт. Ты замерзнешь, если останешься здесь.

— А его оставим? — спрашиваю тускло.

— Завтра командор пришлет своих людей, они заберут тело, — Ингельд присел на корточки рядом и утер мои слезы ладонью. — Его похоронят рядом с родителями, ведь Бьёрн родился в Заповеднике.

— Бьёрн егерь? — спросила я с внезапно проснувшейся надеждой. Мы о многом с ним говорили, когда выпадала такая возможность, но о прошлом, его и моем, никогда.

Однако надежда почти сразу угасла. Зима, драконы не откладывают яйца. А те малыши, что остались в форте, уже переросли подходящий возраст. Почти никаких шансов, если и произойдет невероятное чудо и Бьёрн все-таки станет драконом, я об этом, может быть, никогда и не узнаю.

И все-таки позволила Ингельду себя забрать, только спросила:

— Мы на похороны останемся?

— Конечно.

— Тут волки водятся…

— Инга наложит защиту на тело, его никто не тронет до утра.

Инга и в самом деле без лишних разговоров сделала то, что от нее требуется, хотя выглядела при этом усталой и опустошенной. Ей пришлось здорово выложиться в этом бою.

А я, в очередной раз взглянув на тело Бьёрна, теперь уже понятно, совершенно мертвое тело, поняла вдруг, что мне на самом деле безразличны и его сохранность, и предстоящие похороны. Умом понимаю, что об этом надо позаботиться, а эмоций совершенно никаких. В голове что-то перемкнуло, у меня появилась ЦЕЛЬ и, пусть совсем слабая, но НАДЕЖДА! Мне любой ценой надо задержаться в Заповеднике хоть на пару лишних дней. Точно помню, что на осознание себя в новом теле необходимо какое-то время. Подходящие драконы есть только в форте, но как определить за короткий срок, получилось ли что-нибудь или нет?!

Если понадобится, я готова вновь вернуться в драконье поселение и нырнуть в Жемчужину, чтобы найти Бьёрна. Ведь все души должны проходить через нее…

— Кэт, что ты задумала?

— А? — я не сразу сообразила, о чем меня спрашивают, слишком увлекшись своими планами. — Нет, ничего.

— Кэт, у тебя слишком выразительная мимика, и я тебя хорошо знаю. Не делай глупостей, будь добра. Надеюсь, мне не придется запирать тебя в клетку? — и он это вполне серьезно.

— Ингельд, я просто…

— Знаю, надеешься, что Бьёрн станет драконом. Но ты не знаешь, как это происходит, и ничего не можешь сделать, только ждать.

— Пора возвращаться в форт, — устало напомнила о себе Инга, — уже совсем стемнело.

Пока я горевала и строила планы, а Ингельд меня уговаривал, девушка времени зря не теряла. Обыскала тело Ульва, и связала второго, оглушенного, аронтца. Даже подобрала тот предмет, что оставил между стволов сосны давешний егерь. Мне даже стало немного совестно за собственное бездействие.

— Ингельд, вы идите, я через несколько минут догоню, — прошу осторожно. В ответ скептический взгляд. — Ингельд, ну, правда. Я обещаю не делать глупостей, во всяком случае, прямо сейчас. Просто попрощаюсь с Вороном и задам пару вопросов. Это для меня важно, пожалуйста!

Но он мне, похоже, не поверил. Молчит.

— Заодно узнаю, что это был за егерь, который приходил днем и принес амулет для портала.

— Не думаю, что это для нас имеет такое уж значение, — вздохнул Ингельд. — Полагаешь, здесь все святые? Это командор убежденный фанатик, не все его подчиненные таковы, кого-то можно и купить… Хорошо, но не задерживайся, замерзнешь.

— Спасибо!

Я немного опасалась, что Ворон со своими ребятами уже улетел, им-то, в отличие от меня, погреться не об кого. Мы и так целый день в Заповеднике. Но он дождался, все в тех же злополучных кустах, в наступившей темноте его можно было заметить лишь по мерцающим глазам.

— Мне жаль твоего друга, — первое, что он сказал. Простые слова сочувствия, они должны были бы утешить, но отчего-то очень болезненно отозвались глубоко внутри. Никак не удавалось до конца поверить в необратимость всего происшедшего, и чем больше мне об этом говорили, тем больше сопротивлялось сознание. И потому спросила я совсем не о том, о чем собиралась изначально.

— Тот парень, что приходил сюда днем, почему ты решил, что он егерь, в лицо его знаешь?

— Я не могу знать всех в лицо. А егерь, потому что… — Ворон задумался, рассеянно передернув крыльями. — Всех, кто родился в Заповеднике и прожил здесь хотя бы несколько лет, легко отличить, это… как запах. Все, кто родился вблизи мощного места силы, пропитываются его магией. Здесь просто характеристики особые, легче отличить от других.

Объяснил, называется. И как он эту магию определяет, интересно? Я совершенно никакой разницы не вижу и не чую, даже если это и в самом деле похоже на запах. Но… сердце защемило от внезапной надежды.

— Ворон, а… — спросить оказалось удивительно сложно, горло перехватило внезапным спазмом, словно если спрошу и получу отрицательный ответ, все рухнет. Но на самом деле ничего ведь не изменится! — Скажи, у тех, кто родился здесь, больше шансов стать потом драконами?

— Не знаю… — Ворон опять передернул крыльями. — Возможно.

— Спасибо. Ну, прощай, что ли, вряд ли я сюда еще вернусь, не в ближайшее время, точно. Пусть ваш шпион прилетает после похорон.

— Не зарекайся, — отозвался Ворон. Все-таки после нескольких дней общения я поняла, что он не такой уж мрачный служака. — И, Кэт… я бы на твоем месте не слишком надеялся.

— Посмотрим. Счастливо! — и не желая слушать никаких предостережений, поспешно улетела.

Дальнейшие события прошли словно бы мимо меня. Я наблюдала за всем происходящим, даже каким-то образом участвовала, моментами выпадая из всей этой суеты, а затем опять с некоторым трудом пытаясь вникнуть в происходящее вокруг, от чего мое восприятие событий выглядело фрагментарным.

На следующий же день командор развил бурную деятельность, помимо организации похорон, он активно искал того молодого егеря, что был вчера в Заповеднике. Никто до сих пор не пытался контролировать передвижение егерей по закрытой территории, но командору не понравилось, что кто-то из его людей проводит туда посторонних. Для него это было равносильно предательству.

Поиски осложнялись тем, что этого парня опознать могла лишь я. Сомнений мое свидетельство здесь ни у кого не вызовет, однако для начала этого молодого егеря мне нужно хотя бы увидеть. И узнать. Потому что, честно говоря, тогда я рассматривала его не особо пристально и запомнить не пыталась. Показать всех егерей мне тоже не получится, да я и не особо горела желанием этим заниматься.

Подготовка к похоронам тоже шла полным ходом. У егерей свои особые обряды, а Бьёрна командор безоговорочно признал одним из них по праву рождения. Егеря не хоронят своих мертвых, а сжигают их, как настоящие язычники, затем уже хоронят урну с прахом на своеобразном кладбище. Пока же тело особым образом подготавливали к сожжению. Я старалась не только не вникать в этот процесс, но и вовсе держаться от него подальше. Мне от одной только мысли становилось дурно, так что предпочитала просто не думать.

А по ночам приходили кошмары. Они в основном повторяли реально произошедшие события, иногда с незначительными вариациями, но каждый раз я отчаянием понимала, что опять не успеваю ничего изменить. Лучше бы мне совсем ничего не снилось, чем такое. Раз за разом пытаться спасти и не успевать. А потом просыпаться утром и понимать, что если бы во сне все-таки успела, хоть однажды изменила ход событий, было бы только хуже. Потому что потом настанет утро, но прошлое уже не изменишь.

Но что бы ни происходило вокруг, я почти все свободное время проводила с живущими в форте драконами. Всматривалась, пыталась разговаривать. Последнее, впрочем, бесполезно, это я довольно быстро поняла. Никто мне не ответит, они просто не умеют разговаривать. Грубо говоря, мозгов не хватает.