сказать, зачем? Чтобы услышать, что он равнодушен ко мне. Нет, Вера, я не стану ему ничего говорить. Мы друзья и все. Конечно, взаимная любовь это хорошо, но любовь сама по себе, взаимна она или нет, это уже счастье. Счастье сознавать, что где-то живет человек, ходит по одной с тобой земле, дышит одним с тобой воздухом.
– Галь, а ты не пробовала забыть его, познакомиться с кем-то еще, завязать дружбу, может быть даже роман?
– Пробовала, но ничего не получилось. Было у меня два потенциальных жениха. С одним я встречалась месяц, с другим три раза. Первый был скромным, был согласен ждать меня долго-долго, после того как я сказала ему, что не люблю его. Он сказал, что любовь может прийти совсем нежданно. Говорит, вот проснешься однажды утром и вдруг поймешь, что любишь меня. Чудак. Мы расстались по-хорошему, так и не дождавшись никаких серьезных отношений. Так – кино, театр, прогулки. Не было нетерпеливых ожиданий свидания, не было томных вздохов на скамейке, не было желания понравиться еще больше, тем более желания выйти замуж. А второй – так тот готов был затащить в постель с третьей встречи, он был такого высокого мнения о себе, считал себя неотразимым и очень удивился, когда я попросила его больше мне не звонить и не приходить встречать меня с работы. Он так и остался стоять с раскрытым ртом, не найдя что ответить на мою просьбу. Вот и все мои любовные похождения. Не нужен мне никто. Или он или никто. Но ему я, видно, не нужна, значит никто. Я уже привыкла. Ну, а ты как?
– Да все у нас хорошо. Саша работает сутками, я по дому сутками хлопочу. Скучаем друг о друге. Даже и рассказать-то нечего – все одно и то же, одним словом –хорошо.
После обеда Вера уговорила Галю пойти к себе и заняться работой. Галя поднялась на второй этаж, а Вера стала убирать со стола. Она выжидала время – в гостиной на диване лежала Галина сумка, в которую она бросила ключи после того, как открыла дверь. Вера внимательно следила за действиями подруги. Она еще по дороге решила не выпускать из виду перемещение ключей. Когда они вошли в дом, Галя не пошла к телефону, как обычно, когда они не раз приезжали вместе из города.
– Галь, а ты не забыла снять дом с охраны? Я помню, что ты всегда это делала, когда мы приходили сюда. – Вера решила подслушать пароль, раньше он ей просто был не нужен.
– Я не ставила дом на охрану, я же уходила ненадолго.
– А… А я думала, ты забыла, решила тебе напомнить.
– Спасибо, Верунь. Ты очень внимательная, а я вот несколько раз действительно забывала это сделать, и ко мне в мгновение ока приезжали дюжие парни в камуфляже, – Галя весело рассмеялась, вспоминая, как все это было. Приходилось платить штрафы – а что поделаешь, сама виновата.
И вот сейчас Вера мыла посуду, а руки предательски дрожали. В голове стучали молоточки. За короткое время Вера несколько раз принимала два решения – делать и не делать. Она чувствовала себя очень скверно, ей казалось, что Галя все поняла по ее лицу, по ее взгляду. Во время разговора она старалась не смотреть в лицо Гале, все время оборачивалась назад, делая вид, что прислушивается к возне детей в гостиной.
Вымыв посуду, Вера вышла в гостиную, дети сидели на полу на ковре и расставляли шахматы на доске. Витя объяснял сестре, какая фигура как называется. Машка повторяла за ним, у нее не очень хорошо получались незнакомые слова, и было смешно. Дети хохотали. Вера осторожно, чтобы не спугнуть детей, прошла к дивану и села рядом с сумкой. Сумка была закрыта на молнию. Коробочка с воском была у Веры в кармане – она специально надела лыжную хлопчатобумажную кофту с начесом, у которой были большие накладные карманы. Искоса поглядывая на детей, Вера осторожно протянула руку и попыталась расстегнуть молнию.
– Мама, ты все перепутала, это не твоя сумка, – вдруг заорала Машка. Вера испуганно отдернула руку.
– Да, это сумка тети Гали, я знаю.
– Тогда зачем ты ее открываешь? – девочка во все глаза смотрела на мать.
– Тебе показалось, доченька, я просто хотела ее отодвинуть на другой конец дивана, – Вера говорила тихо, спокойно, стараясь убедить дочь, что той все показалось.
– Нет, я видела, видела, как ты открывала сумку, – не унималась дочь.
– Маша, ты что хочешь сказать, что я пыталась залезть в чужую сумку? Я наоборот, закрыла не до конца застегнутую молнию. Я побоялась, что когда я стану отодвигать сумку, из нее что-то выпадет. Ясно?
– Ясно, – вздохнула дочь и снова занялась расстановкой шахмат. Брат молча наблюдал перепалку между мамой и сестрой.
В этот раз Вера больше не делала попыток залезть в сумку. Она решила после обеда уложить детей спать. С Машкой проблем не должно быть, та привыкла в детском садике к такому режиму, и в выходные дни дома всегда спала после обеда. А вот как быть с Витей? Он уже взрослый мальчик и давно уже днем не спал. Вера решила схитрить.
– Вить, ты не можешь мне помочь. Я обещала тете Гале кое-что поделать в доме, а Машке пора спать. Ты не мог бы уложить ее. Расскажи ей сказку, она любит, когда ты ей сказки рассказываешь.
Витя очень гордился, когда мама просила его о помощи. Мама такая большая, а не может обойтись без него. Вот и сейчас мама опять просит помочь ей. А по настоящему получается, что он помогает тете Гале. Ведь мама будет что-то делать в тетигалином доме, значит, и он будет помогать тете Гале. И Витя с радостью согласился. Дети быстро собрали шахматы и закрыли доску.
Втроем они отправились наверх. Вера заглянула в кабинет к Гале.
– Галь, где можно уложить спать детей?
– Да в моей комнате и укладывай, там все есть.
Машка без разговоров разделась и забралась под одеяло.
– Мама, а Витя не уйдет, когда я засну? Путь он не уходит, а то дом такой большой и я боюсь одна.
– Не уйду, не уйду, – проворчал брат и улегся рядом. – Вот слушай новую сказку, ты такую еще не слышала. В тридевятом царстве, в тридесятом государстве жили-были…
Вера осторожно вышла из комнаты, послав детям воздушный поцелуй.
Витя махнул рукой, мол, иди-иди, не беспокойся.
Вера осторожно прошла по коридору к лестнице, стараясь ступать как можно тише,
