выступить в шоу великанов.
– Только не затевайте свару, – вмешался Уиллис Кинг. – А если вам так уж не терпится, ангажируйте на пару вечеров «Мэдисон-сквер-гарден» и там уж вволю обменивайтесь тумаками в шестираундовом бою.
– Мы с Мэнни несовместимы, – пожаловался Бингэм. – Все приличные журналисты телевидение на дух не выносят, потому что оно все сливки снимает. Через десять лет, если так пойдет, журналов вообще не останется. Разве что «Телегид». Но на самом деле, Мэнни, я тебя люблю. Уж ты к старости без пенсии не останешься.
Джулиан Хафт сокрушенно покачал головой и обратился к Вулфу:
– Вот так у нас всегда, мистер Вулф. Чего еще ожидать от типичных представителей массовой культуры? – Его писклявый тенор хорошо подходил к ножкам-зубочисткам, но совершенно не сочетался с пивным бочонком. – Я знаю, что вы большой ценитель литературы. Слава богу, что хоть книги не зависят от рекламодателей. А вы сами ничего не написали? А жаль. Пусть проба пера вышла бы не «огромной» или «колоссальной», успех был бы обеспечен. Я бы с радостью опубликовал любое ваше творение. Если уж мистер Бингэм гарантирует вам признание, то я тем более.
– Это исключено, мистер Хафт, – ворчливо отозвался Вулф. – Даже частному сыщику нелегко сохранить цельность своей натуры, а уж писателю попросту невозможно. И эта участь постигла уже многих. Ничто не развращает так сильно, как сочинительство. Неодолимые соблазны разрывают тебя на части. Нет, я не стал бы…
Вошел Фриц с подносом, уставленным напитками. В первую очередь он обслужил Вулфа, затем Бингэма, потом вручил стакан воды Аптону, а напоследок уже поставил виски с водой передо мной. Аптон выудил из кармана коробочку, вытряхнул из нее пилюлю, положил в рот и запил водой. Бингэм пригубил бренди, изумленно причмокнул, смакуя, и наконец проглотил. Затем со словами: «Вы позволите?» – встал, прошел к столу Вулфа и посмотрел на бутылку.
– Никогда даже не слышал о такой марке, – изумленно сказал он Вулфу. – А ведь считал себя знатоком коньяка. Поразительно, что вы угощаете таким божественным нектаром человека, которого видите впервые в жизни. Любопытно бы знать, откуда вы его достали?
– Это подарок бывшего клиента, – ответил Вулф. – А гость в моем доме прежде всего гость, а уже потом человек, которого я вижу впервые. Не стесняйтесь, прошу вас. У меня еще почти три ящика. – Вулф отпил пива, облизал губы и, поерзав в кресле, устроился поудобнее. – Итак, господа, повторяю, что признателен вам за приход и постараюсь без необходимости вас долго не задерживать. Моя клиентка миссис Вэлдон поручила мне объяснить вам, почему она решилась прибегнуть к моим услугам, и я постараюсь в двух словах это сделать. Однако прежде всего хочу предупредить: все, о чем вы здесь услышите или расскажете сами, строго конфиденциально и должно остаться между нами. Вы не возражаете?
Возражающих не нашлось.
– Прекрасно. Мой обет молчания – непреложный атрибут моей профессии. Вы же даете его ради миссис Вэлдон. Теперь позвольте обрисовать вам существо дела. В течение последнего месяца миссис Вэлдон получила три анонимных письма. Все они находятся здесь, в моем сейфе. Ни показывать их вам, ни зачитывать вслух я не собираюсь, однако могу сказать, что в них содержатся некие обвинения в адрес ее покойного мужа Ричарда Вэлдона, а также весьма недвусмысленные требования. Почерк, а письма написаны от руки, безусловно, искажен, однако пол анонима сомнений не вызывает. Совершенно очевидно, что все письма написаны женщиной. Миссис Вэлдон поручила мне узнать, кто она, переговорить с ней и разобраться с ее требованиями.
Он протянул руку к стакану, поднес ко рту и отхлебнул пива. Потом продолжил:
– Понятно, что речь идет о попытке шантажа, однако если обвинения подтвердятся, то миссис Вэлдон, скорее всего, будет вынуждена уступить. Когда я разыщу автора писем, то ни изобличать ее, ни возбуждать против нее дела никто не станет, если, конечно, не окажется, что ее обвинения ложные. Главная задача состоит в том, чтобы ее разыскать, однако сделать это крайне сложно. Дело в том, что она замыслила чрезвычайно хитроумный способ удовлетворения своих притязаний. Ничего похожего на требование доставить пакет с деньгами в условленное место. Все вы люди деловые, поэтому я вам только намекну. Представьте, мистер Хафт, что вы получили анонимное послание, в котором под угрозой разоблачения тщательно оберегаемой вами тайны от вас требуют перевести крупную сумму денег на зашифрованный счет в швейцарском банке. Как вы поступите в такой ситуации?
– Господи, не представляю даже, – развел руками Джулиан Хафт.
– У швейцарских банков свои правила игры, – вставил Уиллис Кинг. – Порой непредсказуемые.
– Так вот, – кивнул Вулф, – план, который разработала эта женщина, по хитроумности даст моей схеме сто очков вперед. Сама она не рискует абсолютно ничем – ни личных встреч, ни каких-либо окольных способов установить ее личность. И тем не менее мы обязаны ее найти. В связи с этим я разработал два варианта действий. Первый чрезвычайно дорогостоящий, и на претворение его в жизнь могут уйти многие месяцы. Второй же целиком зависит от доброй воли людей, которые дружили или сотрудничали с мистером Вэлдоном. Он заключа ется в том, что по предложению миссис Вэлдон мы отобрали четверых таких людей – это вы. И вот теперь я прошу от ее имени, чтобы каждый из вас составил список всех женщин, с которыми, по вашим сведениям, Ричард Вэлдон общался или мог общаться в период с марта по май прошлого года. Абсолютно всех женщин, вне зависимости от того, насколько скоротечными или несерьезными, на ваш взгляд, были его контакты с ними. И мне бы очень хотелось получить эти списки как можно быстрее. Скажем, к завтрашнему вечеру.
Трое из них заговорили одновременно, однако баритон Лео Бингэма перекрыл голоса остальных.
– Непростое задание, скажу я вам, – прогремел он. – Дик Вэлдон был малый общительный.
– Дело не только в этом, – добавил Джулиан Хафт. – Меня интересует, каким образом вы собираетесь искать эту женщину. Только в моем издательстве не меньше десятка девиц и женщин, с которыми общался Дик. Как вы намерены к ним подступиться, если я внесу их всех в список?
– А в моем агентстве их четверо, – сказал Уиллис Кинг.
– Послушайте, – проскрежетал Мануэль Аптон. – Вы должны рассказать нам об этих обвинениях.
Вулф опорожнил стакан и отставил его в сторону.
– Для достижения нашей цели, – произнес он, – списки должны быть абсолютно полные. Не сомневайтесь, пользоваться полученными от вас сведениями мы будем с крайней деликатностью. Досаждать никому не станут, никого не обидят, ничьего любопытства не возбудят и даже слухов никаких не вызовут. Более того, необходимость непосредственно обратиться к какой-либо женщине, упомянутой в ваших списках, может возникнуть лишь в самом крайнем случае. Логические умо заключения, которые я сделал после изучения писем, существенно сужают круг возможных кандидатур. Со своей стороны заверяю вас, что ни один из вас
