3. На указанном во 2-м пункте рубеже Резервному фронту, приведя части в порядок, перейти к упорной обороне, прикрывая основные направления: а) Юхнов, Медынь, Малый Ярославец, б) Серпейск, Мещовск, Калуга, в) Сухиничи, Козельск, Белев.
4. Разграничительная линия:
а) с Западным фронтом — ст. Пересна (30 км юго-восточнее Смоленск. — Л.Л.), Ведерники, Городок, Бол. Ермаки, Темкино, Шанский Завод, Боровск, все пункты для Западного фронта включительно;
б) между Резервным и Брянским Фронтом. — прежняя…»[202].
Видимо, в Генштабе не знали положения в полосе фронта: рубеж, который, согласно директиве, предстояло занять и упорно оборонять, 5 октября был уже преодолен противником, а Юхнов занят его танковыми частями (см. схемы 7 и 9). К тому же шифртелеграмма Генштаба была принята, но расшифрована только в 21.30 6 октября, то есть спустя почти сутки. Так и на Резервном фронте было потеряно драгоценное время, так необходимое для отвода войск из образовавшегося мешка. Но Буденному каким-то образом стало известно содержание директивы Ставки на отвод войск. Возможно, о ней он узнал из разговора с Коневым. Следуя в новый район развертывания командного пункта Западного фронта, И.С. Конев и член Военного совета. Н.А. Булганин заехали в Гжатск, где встретились с маршалом С.М. Буденным. Вспоминает Конев:
«Ночью с 5 на 6 октября мы уже были на командном пункте Резервного фронта, который размещался в блиндажах в лесу. Сам Семен Михайлович находился в поселке, на окраине Гжатска, в небольшом домике под прикрытием танка КВ. Мы прибыли к нему в штаб, с тем чтобы сообщить о сложившейся обстановке и узнать о мерах, которые принимает командование Резервного фронта в связи с тяжелым положением, создавшимся на участке 43-й армии.
По имевшимся у нас данным, полученным из Генштаба, на втором рубеже в районе Сычевка, Гжатск (невероятно: выходит, что Конев не знал или забыл, где проходила в его тылу вторая полоса Ржевско-Вяземского оборонительного рубежа! — Л.Л.) должна была находиться 49-я армия Резервного фронта, но, как выяснилось в разговоре с С.М. Буденным, 49-й армии там не было. <…> Рокоссовскому было приказано принимать в свое подчинение все части, выходящие с запада к рубежу Гжатска, и те, которые будут подходить с тыла, в частности, прибывающие из резерва Ставки в район Уваровки две танковые бригады, и организовывать оборону на рубеже Сычевка, Гжатск и южнее» [43].
В 5.55 6 октября маршал Буденный отдал боевой приказ № 034/оп, в котором отметил, что противник, прорвав фронт обороны на р. Десна силою до 7–8 пд, двух тд, двух мд, продолжает наступление в восточном и северо-восточном направлениях. Затем маршал поставил задачи войскам:
«24-й армии (309, 8, 222, 19, 139,170, 303 сд, 105 гап, 573 пап, 428, 275 кап, 880, 879 ап ПТО, 305 пап) занять оборону р. Ушица — выс. 221.4… Городечня.
Разгранлиния: Спас-Деменск, Городечня, Богородицкое <…> КП — Пустошка.
43 армии (211, 53, 149, 29, 113 сд, 145 тбр, 641, 364 кап, 320 пап, 875, 18,758 ап ПТО) занять и упорно оборонять рубеж Городечня, Буда, Ключи, Глагольня, Мосальск, Серпейск, Ломакино. КП — Богатыри.
33 армии (60,173 и 17 сд) — рубеж Серпейск <…> Жиздра. КП — Сухиничи.
Резерв фронта: 106,103 сд, 144,148 тбр, 544 гап БМ.
Штаб фронта с 8.10 — Малоярославец»[203].
В 7.056 октября Буденному из Ставки. передали шифровку:
«Ставка ВГК категорически запрещает оставлять врагу находящуюся на позициях Резервного фронта артиллерию усиления (противотанковую, корпусную, морскую) и предлагает всю позиционную артиллерию 24 А и оставшуюся на позициях 43 А с отходом этих армий немедленно вывести в район Малоярославца Можайской линии обороны, назначить строго ответственных за это лиц. Передаю Вам, что это личное указание тов. Сталина»[204]. То, что шифровку продиктовал сам Иосиф Виссарионович, было понятно из текста. Его настолько беспокоил этот вопрос, что в Ставке решили продублировать это распоряжение еще одной шифрограммой, подчеркнув, что оно касается и артиллерии, «поставленной в большом количестве на подготовленном рубеже Резервного фронта, вплоть до морской, не составляющей принадлежности войсковых соединений».
В Генштабе спохватились, что указали конечный рубеж отхода для Резервного фронта, совершенно не соответствующий обстановке, в том числе и в связи с отходом войск Брянского фронта. Дополнительным распоряжением левый фланг Резервного фронта было приказано отвести на линию восточнее Юхнов, (иск.) Козельск, Белев. Но это уже не имело значения, так как направление на восток и сам рубеж прикрыть Буденному было уже нечем. Он пытается хотя бы задержать продвижение противника на Вязьму в надежде отвести войска 24-й армии, оказавшиеся в глубоком мешке, через еще остававшийся проход.
Разобравшись в обстановке, командующий фронтом в этот же день в 11.40 уточняет задачу 24-й армии:
«1. Противник, продолжая нажим с запада, главный удар наносит в направлении Спас-Деменск, Вязьма, пытаясь выйти в тыл частям 24-й и 20-й армий.
2. В частичное изменение приказа № 034/оп приказываю:
а) прикрывшись на занимаемом рубеже по одному полку и дивизионом артиллерии от 309, 103 и 19 сд, остальными силами этих дивизий в ночь на 7.10 оторваться от противника и форсированным маршем выйти в район… не позднее 19 часов 8.10.41;
б) задача: занять оборонительные полосы Лебедево, Давыдково, Теренино, Аракчеево и не допустить противника на Вязьму. Для усиления обороны дивизий собрать артиллерию 24 А, отошедшую в район Вязьмы, и выбросить на рубеж обороны;
в) для обеспечения выхода дивизий в район Вязьмы одной сд нанести удар в направлении свх. Мархоткино, Семенково, Барсуки. Наступление этой сд — немедленно»[205].
6 октября по телеграфу состоялся разговор начальника Генштаба Шапошникова с начальником штаба Резервного фронта. Анисов по просьбе маршала доложил имеющиеся у него сведения о положении соединений 24-й армии на 13–14 часов 6.10.1941 г. В частности, он отметил, что 170-я сд(странно, но 170-я стрелковая дивизия значится расформированной с 4.10.1941 г. — Л.Л.) обороняла Ельню, но в 14 часов город был захвачен противником. Анисов признал, что штаб Резервного фронта имеет неполные данные только о трех дивизиях 43-й армии и двух — 33-й. Обычно всегда сдержанный, Шапошников отчитал начальника штаба за потерю связи с армиями и за то, что не знают даже, где находится командующий фронтом.
Анисов оправдывается:
«… Собенников и Зуев ни одного толкового донесения не прислали… С офицером прислали только карту, на которой нанесены штаб армии — Красное Лосьмино (12 км юго-восточнее Вязьма) и 3 отряда, о численности которых ничего не написал и делегату не объяснил:
№ 1 — Кр. Холм — Дашковка (10 км юго-вост. Вязьма)
№ 2 — Греково — Кр. Лосьмино
№ 3 — Знаменка, Дрозжино
Мелкие группы противника, обтекая левый фланг армии, проникли 5–7 км юго-восточнее Волочек. 144 тбр — остатки и спб (стрелково-пулеметный батальон. — Л.Л.) — резерв.
Связи с 303 сд в течение дня установить не удалось.
33-я армия как организм пока не существует. В Красное Лосьмино есть командующий и член Военного совета, штаба нет, где — неизвестно. Средств связи также нет. Высланные на двух самолетах и одной автомашине командир оперативного отдела и офицер связи для розыска штаба армии и дивизий пока не вернулись.
Никаких данных о положении частей 33 А штаб фронта не имеет.
<…> Необходима срочная присылка вооруженного пополнения хотя бы 30 тыс. Все.
Шапошников: Куда выводится 8 дивизия?
Мне непонятно, для кого же присылать вооруженное пополнение, когда Вы в своем докладе не назвали ни одного полка стрелкового или артиллерийского, ни одной дивизии… и когда отходят красноармейцы без комсостава и, по-видимому, без вооружения и матчасти. Можно потерять связь, но уже не до такой степени, чтобы через прерывчатый фронт противника нельзя было добраться до частей, которые без сомнения где-то существуют и, по всей вероятности, дерутся.
По-видимому, посланные Вами офицеры связи довольно не храбро подошли к выполнению своих задач. Необходимо более энергичных и толковых командиров направить для этого. Нам важен не розыск командующих армий, а войсковых организмов…
Неужели нет хоть какого-либо намека, где находятся дивизии 43 и 33 А.
Какое же решение принял командующий фронтом?
Анисов: <…> пополнение нужно, потому что 24 армия понесла большие потери, но почти полностью сохранила матчасть.
Шапошников: Где командующий фронтом?
Анисов: Командующий фронтом около 14 часов выехал в Малоярославец, а оттуда намерен проехать в Калугу для проверки работы высланных на это направление командиров штаба и установления связи с соединениями, прибывающими в этот район.
