Но она так и не прибежала. Пришлось смириться с мыслью, что предстоит снова стать третьей лишней и ехать одной.
Но этого не произошло. Макс не дал Насте убежать на второй этаж и повел девочек к месту в центре первого, где можно было встать рядышком около окна, чтобы всем вместе поболтать и посмеяться.
Четких планов на эту поездку в центр не было, даже несмотря на длиннющий список Катиных хотелок, на реализацию которого не хватило бы и целого дня. Все сувениры были куплены еще в один из первых дней. Все интересные магазины – исхожены вдоль и поперек. Парк – отфотографирован со всех возможных ракурсов, как вебкам-модель. А книг Настей куплено столько, что доплата за перевес в день отлета будет меньшей из ее проблем, потому что их самолет вряд ли сможет взлететь.
Решили выбраться за пределы улицы с магазинами. Маршрут выстраивала Настя, и если Макс шел за ней послушно, то Ира бунтовала.
– Сдалась тебе эта ирландская железяка, – сказала Вишневская, когда они дошли до моста. – Ее уже отсюда прекрасно видно.
– Дублинская Игла, Зай, – поправила подругу Настя. – И вообще, критикуешь – предлагай.
– Ладно-ладно. – Ира подняла руки, сообщая этим жестом о своем поражении.
Настя остановилась около монумента О’Коннелу. Кто этот мужчина, выдающийся настолько, что ему поставили памятник в центре Дублина, ее не волновало. Но заинтересовали фигуры четырех крылатых девушек в лавровых венцах, сидящих по углам нижней части постамента этого монумента. Особенно та, рядом с которой сидела собака. Как можно пройти мимо такого и не сфоткать? Да никак.
Ребята дошли до иглы. Настя постучала ногтями по металлу и заявила, что они могут идти обратно. Максима такой финал их долгого путешествия ничуть не удивил. Ира же тихо вздохнула и закатила глаза, чтобы не нарываться на конфликт. Такое путешествие туда и обратно не понравилось бы ей, даже если бы она была фанаткой «Хоббита».
Если во всем мире все дороги ведут в Рим, то в Дублине – на Графтон-стрит. Ребята сами не поняли, как вдруг снова оказались на ней. Шли-шли, болтали о планах на остаток лета, смеялись и… пришли. Хотя шопинг никого из них больше и не интересовал. Они собирались пройти всю улицу до конца и выйти к парку, но вдруг Настя резко затормозила напротив одного из магазинов.
– Только не говори, что ты серьезно, и мне тоже нужно будет идти с вами? – обреченно спросил Макс, глядя на вывеску магазина «Victoria’s Secret». Кажется, он уже знал ответ. До парка оставалось всего ничего. Теперь они одновременно так близко и так далеко от него.
– Черный, ты что, испугался каких-то трусов? Да брось, не съедят же они тебя, – коварно улыбнулась Ира.
– Да, я настроена крайне серьезно. На пару комплектов точно. И мне нужна будет твоя помощь, – добавила Настя.
– Давай тебе Ира поможет, а я вас тут подожду. Вон какая лавочка привлекательная. – Макс мог вытерпеть магазины с десятками рядов косметики, мог смириться с бесконечными примерками одежды и обуви, но это… было выше его сил.
– Из Иры так себе помощница, если дело касается выбора нижнего белья, – хихикнула Настя.
– Давай, Черный, ради своего Огонечка. – Вишневская подошла к двери магазина и потянула на себя ручку, благодаря богов, что подруга не до конца раскрыла тему «секретов Ирины».
После яркого солнца глаза не сразу привыкли к интимной полутьме.
– Ну все, счастливо оставаться. – Ира наигранно помахала рукой друзьями и умчалась к лестнице на второй этаж, пока друзья не успели опомниться.
Настя была права, в сфере нижнего белья из Иры абсолютно никудышная советчица. Ценившая красоту одежды, что будет видно всем, в выборе нижнего белья она опиралась исключительно на комфорт. Кружевные недоразумения, развешанные вдоль стен и разложенные на островках в центре зала, Иру абсолютно не интересовали. Она не верила, что это может оказаться удобным.
Если Ира и носила лифчики (а такое случалось нечасто), то предпочитала спортивные или бесшовные, без косточек. Что же касалось второй половины комплекта (сочетающиеся между собой верх и низ она носила еще реже, чем лифчики)… нет, ей бы точно не было стыдно, если бы ее вдруг сбила машина и пришлось бы ложиться на экстренную операцию, но и красивые фото парню в таких трусах, именно что «трусах», а не «трусиках», не отправишь.
Так что находиться в этом магазине ей было ничуть не интереснее и комфортнее, чем Максу. Единственная причина, почему она пришла сюда – ей, как и Насте, казалось затащить умирающего от неловкости Черного в царство лифчиков, боди, пеньюаров и других секретов Виктории, верхом юмора.
Ира неспешно обошла второй этаж и, так и не зацепившись ни за что взглядом, спустилась на первый. Окинула взглядом очередной зал и поняла, что не знает, куда делись ее друзья. Магазин достаточно большой, затеряться в нем не составит труда. Вместо того чтобы их искать, Ира направилась в отдел «Pink» – единственное место, где можно найти что-то, что хотя бы отдаленно напоминает о комфорте, но и там не нашла ничего, что могло бы ей понравиться. Хуже, чем ходить по таким магазинам, только выбирать джинсы, когда одни хорошо садятся в бедрах, но болтаются на талии, а в другие попа не влезает.
Вишневская уже собиралась уйти из магазина, но заметила около касс стойки с духами – наконец-то хоть что-то интересное. Перенюхав все и выбрав самый свежий аромат с легкими нотками цитруса, Ира направилась на кассу, попутно печатая подруге сообщение.
Ира: Сбежала из царства трусов. Жду вас с Черным на улице.
* * *
– И что это было? – спросил Макс, глядя вслед убегающей на второй этаж Ирише. Предательница затащила его в злачное место и тут же бросила на произвол судьбы.
– Не знаю, – пожала плечами Настя. – Но ты не переживай, нам и без Иры будет тут весело. Ты любишь красный цвет?
– Ты думаешь, у меня есть шансы его не любить? – Макс притянул свою девушку за талию и чмокнул в макушку.
– Значит, ищем самый красный комплект из всех возможных, – хихикнула Настя, понимая, что начинает тикать.
К превеликому счастью Максима, парочка таких комплектов нашлась уже в первом зале. Для Черного они выглядели абсолютно одинаково, но Настя утверждала, что все дело в деталях, качестве и узоре кружева, и он просто ничего не понимает.
– И вообще, неужели ты не видишь, что они разных оттенков?
– В таком отвратительном освещении это простительно. – Макс взглянул на ее тонкие с острыми красными ногтями пальцы, держащие вешалку, и
