— Так что вам сразу придётся искать удобное пристанище… — кивнул я.
— Ну, мы что-нибудь придумаем… — Ленин серьёзно кивнул. — А пока лучше в тесноте побудем.
— Дело ваше, — я пожал плечами. — С обустройством на первых порах мы поможем. А дальше будем лишь изредка наведываться. А со временем, наверно, сделаем что-то вроде торгового пути по реке и начнём постоянное сообщение.
— Вам бы туда растениевода! — вздохнул рейд-лидер. — А то что вы там будете есть?..
Ленин крайне заинтересовался растениеводством, и пришлось ему объяснять, что к чему. А вообще весь его план оказался довольно простым — озеро вполне могло прокормить четыре сотни поселенцев. Да и на нападения тварей он рассчитывал скорее как на способ пополнить мясной рацион. В общем, планов у него было громадьё, но одно дело — теория, а совсем другое — опасная практика в дикой местности.
— Если передумаете сразу селиться, тогда не стесняйтесь и сразу скажите, — напомнил я ему. — Лучше вместе отправимся в Мыс, а уже оттуда соберёмся по-серьёзному.
— Я не буду никого держать, честное слово! — признался Ленин. — Но вот сам хочу прямо сейчас поселиться там. От давки, как в метро, я и на Земле успел утомиться!
Зато я не успел — и вот этого мне иногда сильно не хватало. Шум машин, грохот колёс метро, толпы «пингвинов» при пересадке, сезонная миграция дачников… Романтика большого города!..
Утром, чуть свет, мы подняли поселенцев и начали подъём, за которым последовал утомительный марш по лавовой дороге. Шли быстро, никого не жалея, но, к моему удивлению, будущие колонисты и не подумали роптать. Условия прохода мы объяснили заранее, так что все понимали: кто не успеет пройти — отправится на перерождение и, скорее всего, весьма мучительным способом. В общем, мы успели не только пройти лес, но и добраться до облюбованного места стоянки.
Большинство поселенцев местность не впечатлила, зато Ленин её оценил весьма высоко.
— Можно расширить! — заявил он. — Здесь есть камень! Есть глина! Будем строиться, расширяя эту возвышенность. Я видел, как строят у вас там, в Медном.
Его оптимизму можно было только позавидовать, если честно. Но если человек просто горит идеей создания поселения, то кто я такой, чтобы ему в этом мешать? Мне вот Альянс пытался помешать с Мысом, и чем это для него обернулось?
На следующий день закипела работа, в которой мы постарались оказать всю возможную помощь. Дрюха нашёл поселенцам и глину, и немного извести — так что с раствором для строительных работ должно было всё сойтись. Нашу избу решили оставить — как напоминание о тех славных временах, когда здесь ещё никто не жил.
А на следующий день я, ударники первого состава, Нагибатор, Дрюха, Ваня с подчинёнными и Маша (глупое создание, лишённое инстинкта самосохранения!) отправились к пещере «Бо-бо» — как её прозвали после того, как я выдал свою памятную фразу по выходе на свежий воздух. Цель похода заключалась в том, чтобы проверить, не завелась ли там ещё какая-нибудь гадость после того, как мы её зачистили. Ну и обыскать на предмет ненайденных трофеев…
К пещере я подходил с глубоко запрятанным чувством страха. Если там снова будут тараканы — то мне конец, как и моей репутации… Тот же Нагибатор будет припоминать мой позор всё оставшееся время пребывания у нас. Однако, к счастью, пещера была незанята. Останки насекомых давно превратились в подсохшие ошмётки, а хитин — в крайне хрупкие и тонкие скорлупки. Мерзкий запах не выветрился окончательно, но стал значительно слабее. Теперь к нему примешивались нотки разложения и гниения. Однако что забрать из пещеры в качестве трофеев, мы всё-таки нашли — куски крепкой брони, которую носили обитатели последней пещеры.
Со смертью насекомых пластины хоть и истончились, но не стали хрупкими — а, наоборот, стали жёстче. Я попробовал поковырять одну костяным ножом, но только ножик себе испортил. Мы исследовали все закоулки, все щели — но больше ничего полезного не нашли. В итоге содрали весь изменённый хитин с останков тварей, вынесли ко входу в пещеру и отправились дальше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Нашей целью было найти следующее место для рейда. Что это могло быть? Да всё что угодно: пещера, холмик с подозрительной дырой, просто следы кого-то очень большого и зубастого… Мы шли между подножием вулкана и озёрным берегом. Дрюха ковырял землю в поисках полезных минералов, Дойч осматривался и наносил на кусок кожи отметки — карту составлял — а остальные просто наслаждались прогулкой. Пару раз мимо пролетали вышронские птеродактили, но мы им в такой толпе были неинтересны.
Вообще пейзаж рядом с вулканом был весьма уныл — каменистые склоны, тёмный песок пляжа на берегу озера, какие-то кустарники и чахлые деревца. Вот на другом берегу высился лес — судя по всему, хвойный — и местами росла зелёная трава, а здесь была сплошная скука и уныние. Только застывшие языки магмы хоть как-то скрашивали пейзаж… Восточный берег и склоны вулкана были почти пустыней. А когда дул ветер, то ощущение запустения ещё и усиливалось, потому что по земле стелилась сухая взвесь пыли.
К полудню стало ясно, что озеро скоро закончится — показался его дальний, северный, берег. Мы устроились на перекус поодаль от кромки воды, решая, что нам делать дальше. По всему выходило, что надо перебираться через озеро и искать лёжки тварей там. Но поскольку водоём изгибался под острым углом, а сам по себе был довольно широким, добраться до противоположного берега было сложно. Мы уже перешли к обсуждению возможной постройки плота, как Дрюха поднял к лицу руку с горстью серого песка и удивлённо сказал:
— А это что такое?
На горстке песка сидела навозная муха, которая с интересом его ощупывала лапками.
— Либо дерьмо, либо навозная муха, — пожал плечами Дойч.
— Да я не о мухе… — Дрюха дунул, сгоняя насекомое. — Пшла вон!.. Вот это!
— Дрюх, — попросил я его, — ты лучше на словах объясни, о чём речь…
— Крупинки чёрные видите? — спросил парень.
— Да этот песок вообще серый, — хмыкнул Ваня.
— Да, здесь он сероватый, а там дальше — значительно светлее! — Дрюха посмотрел на нас и выставил руку. — Чёрные песчинки — это что, по-вашему?
— Песок, — ответил я. — Просто чёрный!
— Не бывает в мире ничего простого! — расстроенный нашей недогадливостью, покачал головой Дрюха.
— Магнетитовый! — догадался Дойч. — Магнетитовый песок!
— А, ну хоть кто-то здесь голову включает! — кивнул наш геолог-недоучка.
— Магнетитовый — значит, содержит железо? — поинтересовался Борборыч.
— Именно так! — кивнул Дрюха. — Это маленькие вкрапления магнетитовой руды…
Парень поднялся и указал на север, где заканчивалось озеро.
— Там! Там должна быть ещё одна река! Это она сюда намыла магнетит! — он повернулся к нам, и лицо его озарилось счастливой детской улыбкой. — Кому-нибудь нужно железо? Хорошее, легко выплавляемое железо?
— Железо всем нужно! — с энтузиазмом кивнул я.
— Тогда нам туда! — Дрюха снова указал на север.
И мы продолжили своё путешествие. Через пару часов мы дошли до северной оконечности озера и, действительно, обнаружили реку, текущую со стороны двух горных вершин со снежными шапками. Мы даже попытались продолжить свой путь, но нас остановил Тариг.
— Всё, мы нашли место для рейда! — заметил он, разглядывая что-то у себя под ногами.
— И кто тут водится? — поинтересовался Борборыч.
— Не знаю, но он тяжёлый и большой, — ответил Тариг. — У него четырёхпалые лапы с острыми когтями, и вес, наверно, не меньше тонны. Точнее не определить…
— К славной битве? — радостно спросил Нагибатор.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А как же железо? — расстроился Дрюха.
Все уставились на Борборыча, а тот — на меня. Решение оставалось за мной. И я вот не был уверен, что стоит идти туда сейчас.
— Позади нас строится посёлок, а в Мысе — замок. Люди ждут олова и относительно безопасный сплав по Золотой. Да и нас тут явно маловато для целой тонны живого веса с когтями. Возвращаемся, доделываем дела и снова идём сюда. Нам очень нужно железо. Но и всё остальное нам позарез необходимо. Дрюха, а ближе ты месторождений не встречал?
