ядра. Увы, все было тщетно — эти ящеры так и не смогли продвинуться далеко на пути Возвышения и приобрести достаточно сил для формирования духовного ядра.
— Можем возвращаться в школу. Тут я закончил, думаю, этого достаточно, чтобы нам обоим засчитали задание.
Мэй согласно кивнула, вскинув заплечный мешок.
Мы вышли из ущелья, оказавшись среди живописных лесов предгорий.
Несколько часов мы неспешно шагали по петляющим среди холмов тропинкам, пробираясь к обители «Лунной Поступи».
Стемнело довольно быстро, а до школы было еще достаточно далеко, поэтому мы, после небольшого обсуждения решили заночевать на небольшой лесной опушке под сенью большого раскидистого дерева.
Глава 5
Я вызвался дежурить первым, поскольку вид у Мэй был очень уж вымотанный. Еще бы, после такой стычки с ящерами. Да и в целом денек выдался тот еще. Длинный и тяжелый.
Мэй уснула почти сразу, полностью положившись на меня. Удивительная доверчивость, которая когда-нибудь может ей дорого стоить. Впрочем, нас уже связывала довольно интересная история.
В очередной раз подкидывая заготовленный хворост в костер, я невольно задержал на ней свой взгляд.
А она куда красивее, чем мне казалось. Сейчас ее лицо было столь милым и беззаботным. На самом деле это очень сильное проявление доверия — то, что она вот так просто уснула рядом со мной.
Мэй казалась очень заводной и оптимистичной, но там, в пещере, ее сковал настоящий страх, и, несмотря на достаточно сильную технику, она толком не могла ничего сделать. Точно так же, как и тогда в казарме, когда к ней приставал Кадор.
Сила у нее есть. Не хватает смелости и решимости.
Подул холодный ночной ветерок, заставив девушку непроизвольно поежиться. Я достал из пространственного кармана походное одеяло и аккуратно укрыл ее, чем получил легкую улыбку прямо сквозь сон.
Ночь шла своим чередом, и я решил совместить дежурство с чем-то полезным. Уселся в медитативную позу и решил провернуть один эксперимент.
Я сосредоточился, призывая Лунную Ци. Она отозвалась на мой зов, потекла по меридианам и энергоузлам свежим, прохладным потоком.
Направив Лунную Ци к ладоням, я попытался использовать технику «Касания Монарха». Призрачная проекция моей руки сгустилась над раскрытой ладонью, парящая в ночном воздухе, словно бестелесный дух. Однако на этот раз ее контуры стали более отчетливыми и четкими, будто лунный свет придал ей плотность.
Плавным жестом я заставил «Касание» подплыть к ближайшему сучковатому стволу дерева. И стоило лишь коснуться древесной коры призрачными пальцами, как поверхность ствола вдруг с хрустом промялась. Волна силы прокатилась вдоль ветвей, встряхнув облако листвы на макушке.
Я невольно расплылся в улыбке. Благодаря Лунной Ци, «Касание Монарха» можно было усилить в разы. Что я и наблюдал в схватке с Бавиром.
Конечно, запас этой энергии у меня пока был невелик. Но я мог ее пополнять во время полнолуния, да и тратилась она не так уж и быстро. Так что подобное могло стать отличным козырем в моем рукаве.
Не прекращая медитации, я обратил внимание на странное движение энергии.
Недолго думая, я вытянул из пространственного кармана тот самый артефакт, что собирал в себя мою новую энергию. Внутри него словно бы вспыхнули крошечные светлячки, ярко переливаясь при прикосновении Лунной Ци.
Я прищурился, всматриваясь в причудливую игру огней в глубине кристаллического яйца. Сначала они лишь едва тлели, подпитываемые теми крохами Лунной энергии, что оно нагло подъедало у меня. Но постепенно цвет их разгорался все ярче.
Вдруг что-то сверкнуло в центре кристалла, вспыхнуло невероятно ослепительно… И тут же погасло. Завороженный открывшимся зрелищем, я непроизвольно выпустил кристалл из пальцев.
В следующий миг в его сердцевине родился новый крошечный сгусток, бирюзовый и переливчатый. Он пульсировал, словно был сердцем этого кристалла.
Вновь подняв минерал с земли, я еще раз оглядел его, после чего запрятал в пространственный карман.
Возможно, я затянул с раскрытием тайны этого предмета. Нужно найти возможность и расспросить Фина об этой штуковине.
Я не будил Мэй, поэтому она проспала до самого утра. Мне же спать вовсе не хотелось — все компенсировалось циркуляцией Ци, она бодрила, и при этом я не терял концентрации. Наутро я выслушивал, как она отчитывала меня — якобы сон важен и теперь она чувствует себя виноватой, на что я лишь пожал плечами.
На обратном пути в школу нас никто не потревожил. Минуя густые чащи предгорий, мы вышли к южным окраинам обители. По пути пришлось сделать небольшой крюк, чтобы собрать травы, о которых меня просил хозяйственник. Все же его просьбу тоже было лучше выполнить.
Решили не терять времени и сразу же отправились к распорядителю Валесу, рассказать ему об итогах нашей миссии.
Выслушав нас, старик повел морщинистой бровью, о чем-то усиленно размышляя, прежде чем начать говорить.
— Ящеры, да? Должно быть, выбрались из подземелий, твари такие. М-да, это куда серьезнее, чем простые Черные Змеи! Они очень мощные, эти существа. Неудивительно, что вы столкнулись со столь жестким сопротивлением. В любом случае, с заданием вы справились и это отлично!
Валес протянул нам по пригоршне сверкающих самоцветов.
— Вот ваша награда. По десять духовных камней на человека. Ну а за добытые с ящеров ингредиенты вы сможете выручить еще больше, обратившись к алхимикам школы. Кроме того, я выдам вам по три духовных камня дополнительно, ведь задание оказалось куда сложнее, чем изначально оценивалось!
Удовлетворенно кивнув, старик поднялся из-за стола и поплелся прочь по своим хозяйским делам.
Мэй же чуть ли не подпрыгивала на месте от счастья.
— Спасибо, что пошел со мной, Джин! Я действительно не справилась бы в одиночку с такими тварями. Надо же, тринадцать камней, это же состояние целое для нашего уровня!
На этом мы с Мэй расстались, и я направился в свой дом.
Как и планировалось, вскоре нам предстояло продемонстрировать свои техники на экзамене.
К слову, времени до того самого дня оставалось всего ничего. На следующее утро после нашего возвращения многие новички, облаченные в одинаковые серебристые мантии школы, вернувшись с заданий, уже сновали по обширному двору между казармами и учебными корпусами.
В день экзамена множество внешних учеников самых разных возрастов толпились на просторной площади перед длинной трибуной. Ряды старейшин и мастеров уже расселись там, в богатых креслах, взирая на происходящее свысока. Воздух гудел от сотен разговоров и смешков, словно рой побеспокоенных пчел.
Со стороны трибуны на всю эту толчею взирал Двадцатый мастер школы Гилрон. Гладко причесанные черные волосы ниспадали на его плечи, отливая лунным сиянием.
Занятно,
