лету следующего года, а этим летом они поставят в Корею два так называемых пилотных образца таких турбогенераторов. Но речь идет лишь о турбогенераторах, все внешнее оборудование электростанций…
— Его мы вроде уже делать научились, и если вы сможете нам заранее сообщить параметры будущих генераторов…
— Они их уже сообщили, передали в торговое представительство КНДР в Москве. Правда я, как инженер, все же кое-что в электрооборудовании понимающий, хочу заметить, что венгры все же не учли специфику именно Кореи.
— Какую? Климатические условия?
— Нет. Наличие в Корее церия, это металл такой. Вы в производстве генераторов разбираетесь хотя бы в общих чертах?
— Боюсь, что нет.
— Тогда познакомьте меня со специалистами, я им объясню. Там несложно, они легко разберутся…
Когда мы ехали обратно на аэродром, я поинтересовалась у деда:
— Степан Васильевич, вы церий-то к чему упомянули?
На венгерском оборудовании можно будет не меняя даже оснастку изготавливать генераторы на тридцать мегаватт, если в обмотках использовать медно-цериевый сплав. А вы всех нас к КПТ приучили пользоваться самыми передовыми технологиями, и я подумал… Здесь, в Корее можно будет легко перейти на самые передовые, и существенно ускорить построение самого настоящего социализма, если правильно приоритеты расставить.
— Товарищ Ким, когда я позавчера улетала, очень расстроился из-за того, что теперь у него не осталось толкового руководителя, занимающегося развитием страны, и он просил меня подобрать кого-то, кто здесь сможет меня заменить. Брянскую область вы обустроили, промышленность там подняли… Не хотите здесь, в Корее, тем же самым позаниматься? Дети у вас уже почти взрослые, я вам могу пообещать, что за ними присмотрю…
— Ну, если это очень нужно… но не знаю, как к этому отнесется Павел Анатольевич.
— Вас на должности товарищ Буров прекрасно заменит. А вы-то сами согласны с моим предложением?
— Считайте, что согласен.
— Вот и отлично. С Судоплатовым я вопрос сама решу, а сейчас…
Я сняла трубку: в Пхеньяне тоже по моей просьбе установили систему транковой связи с шифрованием каналов, так что и здесь проблем поговорить из машины не было. Я набрала номер Ким Ирсена:
— Товарищ Ким, мы тут посоветовались… товарищ Соболев, с которым мы сегодня к вам приходили, может взять на себя координацию развития корейской промышленности и всего народного хозяйства. Я за него ручаюсь, в СССР он руководил, причем крайне успешно, развитием промышленности и сельского хозяйства сначала в специальных районах, а затем в Брянской области. И я уверена, что он сможет… Что? Если вас это смущает, то дополнительно сообщаю: он был одним из ведущих работников системы, созданной лично товарищем Сталиным и прекрасно справился с данным ему поручением. Да, лично товарищем Сталиным данным. Тогда я его оставлю в том же домике… да, а жена его приедет дня через два. Да, а все остальное он сам вам расскажет… из того, что рассказывать имеет право.
Я тронула за плечо сидящую за рулем Ри Минчжон:
— Мы сначала заедем в наш старый дом и оставим там этого товарища, который будет, как я понимаю, вашим новым начальником. Его завтра к девяти вечера вы привезите к товарищу Ким Ирсену, он уже назначил встречу. Товарищ сильно поможет вам построить настоящий социализм, а как быстро у него это получится, зависит ото всех граждан Кореи, включая вас, поэтому — я перешла на корейский, который немного все же выучила, — позаботьтесь о товарище, а уж он позаботится обо всей стране. Я обещаю это…
Глава 22
Формально право оставить деда в Корее я имела, его и направили со мной для того, чтобы он «оказывал товарищу Федоровой любую необходимую помощь». Причем без указания, сколько времени он мне будет эту помощь указывать. А направили именно его потому, что он, скорее всего, с Кореей был уже неплохо знаком. Дед мне о том, чем он занимался с сорок шестого по пятьдесят третий, рассказывал крайне мало и в детали не вникал, но тесные связи заводиков с Северной Кореей наладил именно он, и наладил их буквально в течение пары недель, то есть определенные связи у него там точно были, так что я теперь и не сомневалась в том, что для него это «места давно знакомые».
Но все же формально он был сотрудником КГБ, поэтому с Павлом Анатольевичем я связалась сразу, как только самолет покинул корейское небо. Вообще-то на самолете была уже установлена необходимая система связи, но пока что не спутниковая (хотя в КПТ разработкой такой системы уже очень плотно занимались) и звонить куда-то можно было лишь в зоне прямой видимости наземных станций. А первая такая станция из доступных была как раз во Владивостоке.
Вообще-то рейсовые самолеты из СССР в Корею летали через Китай, но мой борт маршрут проложил в обход этого «подозрительного» государства: мало ли что им в голову взбредет. Так что через сорок пять минут после взлета я сняла трубку и сообщила товарищу Судоплатову:
— Добрый день, или доброе утро, Павел Анатольевич. Спешу вам сообщить, что с товарищем Кимом мы обо всем успешно договорились, но при определенных условиях, и теперь советником товарища Кима от Советского Союза будет товарищ Архипов.
— Какой товарищ Архипов?
— Олег Архипов, бывший начальник управления по борьбе со всякими безобразиями.
— Извините, Светлана Владимировна, но насколько мне известно, товарищ Архипов погиб много лет назад.
— А у меня несколько иные сведения. И поэтому я вас попрошу с ним немедленно связаться и проинформировать его о том, что он все же не погиб.
— Что? А, понял. Хорошо, я свяжусь с ним как только представится возможность.
— То есть прямо сейчас: он находится в моей прежней резиденции и телефон для связи тот же, по которому Москва разговаривала раньше со мной.
— Понял, а детали…
— Как только вернусь в Москву, сообщу все детали.
Судоплатов всегда отличался умом и сообразительностью, и сразу же сообразил, что назначение на такую должность в Корее начальника управления по зачистке всяких сволочей за рубежом могли бы воспринять весьма своеобразно, а какой-то Архипов… мало ли в стране Архиповых, да их в одном МИДе не меньше нескольких десятков. А если взять тот же Минпромстрой или вспомнить, что в Корее началась строительство АЭС, для контроля за которым могут привлекаться специалисты Средмаша, то появление в Корее никому ранее неизвестного человека вообще ни малейшего удивления не вызовет.
Мой же резон назначения
