Читаем без скачивания Нечестивый союз - Сюзанна Грегори

— Крашеная ткань из Фландрии, — сообщил он, с довольным видом указывая на тюки. — Превосходное качество. Я на своем опыте убедился, что в нынешнее время лучше отправлять груз по воде, а не по суше.

— Скажи, Освальд, есть у тебя черная ткань? — спросил Бартоломью, озираясь по сторонам.

— Есть отличная черная шерсть, — ответил Стэнмор. — А для чего тебе?

— Мне нужно сшить сутану для монаха-бенедиктинца, — сообщил доктор.

Стэнмор нахмурился и окинул изучающим взглядом одеяние брата Майкла.

— Нет, для сутаны эта шерсть не подходит, — покачал он головой. — Придется отдать отрез в покраску. Когда вам нужна сутана?

— Через два дня, — ответил Бартоломью.

Майкл в недоумении переводил взгляд со своего друга на Стэнмора.

— Мне вовсе не нужна новая сутана, — наконец заявил он. — У меня их и так две.

Бартоломью не удостоил монаха ответом и отправился в закуток, где Стэнмор хранил банку с красной краской, которой помечал вновь прибывшие тюки. Взяв в руки кисть, доктор взмахнул ею в воздухе перед Майклом, и тот в недоумении воззрился на красные капли, усеявшие его сутану. Стэнмор смотрел на странную выходку шурина с некоторым испугом, словно опасался, не повредился ли Бартоломью рассудком.

— Ну вот, теперь у тебя осталась одна сутана, брат, — удовлетворенно изрек Бартоломью. — Но она слишком стара, и в ней ты не можешь присутствовать на испытательном диспуте. Епископ будет там, и все твои тщеславные братья-бенедиктинцы облачатся в свои лучшие одеяния. И как только тебя угораздило вляпаться в краску. Майкл! Нельзя быть таким неуклюжим. Ведь Освальд предупредил тебя, что у него нет в запасе подходящей черной ткани.

Монах наконец догадался, в чем состоит план Бартоломью, и в глазах его блеснул довольный огонек.

— Да, нам необходимо как можно скорее добыть отрез черной ткани, — заявил он. — Иначе новая сутана не будет готова ко времени.

Стэнмор по-прежнему пребывал в замешательстве.

— Если ткань нужна так срочно, ее можно приобрести у Реджинальда де Белема, — сообщил он. — Он всегда располагает запасом черной материи.

— Рад это слышать, — кивнул доктор. — Как, по твоему разумению, поступит де Белем, если нынешним вечером мы обратимся к нему с просьбой продать отрез на сутану?

— Полагаю, он сделает все от него зависящее, чтоб угодить покупателю, — пожал плечами Стэнмор, подозрительно глядя на Бартоломью. — Ты хочешь выведать у него какие-то сведения о сатанинской секте, верно? — спросил он, осененный догадкой.

— Ты прав, — кивнул Бартоломью. — Де Белем, судя по всему, имеет к богохульным сектам самое непосредственное отношение. Нам нужно проникнуть в его дом. Там мы постараемся отвлечь его внимание, а Кинрик тем временем посмотрит, не хранит ли он у себя чего-нибудь подозрительного.

При этих словах смуглое лицо Кинрика просияло. Бартоломью знал, что валлиец обожает рискованные авантюры. Доктор ощутил легкий укол совести при мысли, что он вновь подвергает своего помощника опасности. К тому же он не совсем разделял уверенность Талейта в том, что де Белем стал главой сатанинской общины. Но слова Исобель, слышавшей в доме красильщика плач ребенка, побуждали Бартоломью к решительным действиям. Исобель убита лишь несколько дней назад — значит, ребенок должен быть еще жив. Правда, ни один из осведомителей Талейта не видел и не слышал младенца. Но это могло означать, что похищенного младенца прячут в дальних комнатах огромного дома.

И все же Бартоломью сознавал, что в деле остается слишком много противоречий. Доктор не мог поверить, что де Белем убил собственную дочь. Успокоительное снадобье, которое глава общины Пришествия дал Хесселвелу, было прописано вовсе не де Белему, а Бакли. И де Белем с неподдельным отчаянием умолял Бартоломью отыскать убийцу Фрэнсис. С другой стороны, обстоятельства красноречиво указывали на то, что обвинения в адрес красильщика небеспочвенны. В его доме Исобель видела птиц и летучих мышей. Вскоре после того, как девушка сделала это открытие, ее убили. Скорее всего, де Белем пытался таким образом заставить ее молчать, не подозревая, что опоздал. В доме его плакал ребенок, а на письме с угрозами остались следы желтой краски. Несомненно, де Белем причастен к злодеяниям. Но насколько велика его вина, Бартоломью пока не был способен определить.

— Я надеюсь, вы не собираетесь нарушать закон? — обеспокоенно спросил Стэнмор.

— Закон нарушил де Белем, — заявил Майкл. — А мы хотим предотвратить новое преступление.

Видя, что Стэнмор все еще колеблется, Майкл вкратце передал ему рассказ Талейта-старшего, снабдив его своими собственными предположениями.

— Что ж, думаю, нам стоит навестить мастера де Белема, — сказал Стэнмор, надевая плащ. — Ваш визит возбудит у него меньше подозрений, если я буду вас сопровождать, — добавил он, заметив мелькнувшее в глазах Бартоломью сомнение. — Полагаю, мое присутствие пойдет на пользу делу.

Они оставили владения Стэнмора и через несколько минут уже стучали в двери дома де Белема. Дом был погружен во тьму и безмолвие, все ставни на окнах плотно закрыты. В какое-то мгновение Бартоломью стал опасаться, что хозяина нет дома, и сутана Майкла пострадала напрасно. Но тут до них донеслись тяжелые шаги, дверь распахнулась, и на пороге предстал де Белем собственной персоной. Стоило ему увидеть поздних гостей, как в глазах его вспыхнул огонек надежды.

— Вам удалось что-нибудь выяснить? — спросил он прерывающимся от волнения голосом. — Вы узнали, кто убил мою Фрэнсис?

— Пока нет, — покачал головой Стэнмор. — Но мы позволили себе побеспокоить вас в столь позднее время, мастер де Белем, ибо срочно нуждаемся в вашей помощи.

С этими словами он отступил на шаг и указал на испачканную красной краской сутану брата Майкла. Де Белем, внимавший Стэнмору с хмурым и озадаченным выражением лица, все понял, и на губах его мелькнуло подобие улыбки.

— Сутану можно покрасить, и следы красного исчезнут, — заявил он, осмотрев одеяние монаха. — Вам не придется тратиться на ткань и на портного. Принесите мне завтра сутану, и вскоре она будет как новенькая.

И, не обращая внимания на недовольный взгляд Стэнмора, де Белем приготовился закрыть дверь.

— Простите мою настойчивость, мастер де Белем, но сутану необходимо покрасить срочно, — выпалил Майкл. — Это мое лучшее одеяние, и я должен надеть ее на испытательный диспут, что состоится в колледже послезавтра.

— При всем желании я не могу покрасить ее ночью, брат, — резонно возразил де Белем. — Работники уже ушли, и огонь под красильными чанами погашен. Приходите завтра утром. И мы сразу займемся вашим одеянием.

— Если вы согласитесь заняться ею прямо сейчас, я сам разожгу огонь под чаном, — поспешно заявил Майкл, подпирая дверь ногой и не давая де Белему закрыть ее.

Де Белем, несмотря на все желание угодить заказчику, начал терять терпение.

— Сэр Освальд, объясните своему другу, что разжечь огонь под красильным чаном не так-то просто, — раздраженно обратился он к Стэнмору. — Нам придется возиться всю ночь. Прошу простить меня, брат, но нужно подождать до утра.

— Тогда, может быть, вы продадите нам отрез черной ткани для новой сутаны? — не сдавался Майкл.

Упорство и находчивость, проявленные монахом, удивили даже Бартоломью.

Де Белем понял, что отвязаться от Майкла невозможно, и испустил тяжкий вздох.

— Да, у меня есть черная ткань, пригодная для вас, — сообщил он. — Я приготовил целую партию для аббатства в Или. Конечно, решив справить новое одеяние, вы пускаетесь в ненужные расходы. Но если таково ваше желание, я не буду спорить.

Де Белем направился в глубь дома, знаком пригласив посетителей следовать за собой.

— Этот человек ведет нечестную игру! — прошипел Стэнмор на ухо Бартоломью. — Он имеет право лишь окрашивать ткани, а не торговать ими! У него хватает наглости в моем присутствии попирать законы и правила, установленные городскими властями!

Доктор, которого торговые дела ничуть не интересовали, с досадой отстранился от зятя. Позаботившись о том, чтобы дверь не захлопнулась, и Кинрик сумел проскользнуть в дом, Мэттью поспешил за Майклом. Стэнмор, по-прежнему возмущенно ворча, замыкал шествие.

— Будь в городе другие красильщики, этому пройдохе жилось бы не так привольно, — бормотал он. — А теперь он захватил монополию и поступает, как ему заблагорассудится. Неудивительно, что в последнее время торговля тканями пришла в упадок. Де Белем буквально подрезает нас на корню.

Бартоломью метнул на зятя сердитый взгляд, приказывая замолчать. Стэнмор повиновался. Взор его метал молнии, но с губ более не слетело ни слова. Вслед за де Белемом они миновали длинный коридор и через заднюю дверь вышли во внутренний двор. Во дворе возвышались два деревянных строения. Судя по разноцветным пятнам на земле вокруг одного из них и по резкому запаху, там находилась красильня. Второй сарай предназначался для сушки и хранения тканей. Де Белем снял с пояса связку ключей и отпер дверь. На стене висел факел, и де Белем зажег его, намереваясь выбрать нужную ткань. В помещении стоял такой густой запах красителей, что дышать в нем было почти невозможно.