— У ИР рансиблей жутко мощные процессоры. Чуть что не так — и весь Виридиан обрушится на нас. Нужно держать безопасную дистанцию.
Ариан продолжал таким тоном, будто его не прерывали:
— Как только мы совершим посадку, нам понадобится антигравитационное транспортное средство. Вы вдвоем, — он указал на Свента и Дюсаша, — останетесь охранять «пташку». Меннекен и Корлакис пойдут со мной в ближайший город. — Он смерил наемников оценивающим взглядом. — Надеюсь, вы оба в хорошей форме для пробежки. Я хочу вернуться к озеру через сорок солстанских часов.
— А я? — спросил Стэнтон.
— Тоже со мной, конечно, — небрежно проронил Пелтер и продолжал: — В городе нам нужно будет увести два антигравомобиля. Вряд ли это будет так уж трудно, но сделать все, естественно, надо будет тихо.
Джон представил себе, что такое по понятиям Пелтера «тихо». Он вспомнил дикие крики агента ЦСБЗ в ржавом отсеке искореженного грузового корабля. Вспомнил и о том, как «тихо» работал Меннекен в темном переулке на Хуме.
— Ты говоришь: «сорок часов», — заметил Корлакис. — У нас что, расписание? Все по часам?
— По моим часам, — отозвался Ариан. — Я хочу как можно скорее завершить подготовку. Хочу быть во всеоружии к тому моменту, когда появится этот засранец.
— А в том, что он появится, у тебя сомнений нет? — проговорил Корлакис, сам поняв, что этот вопрос лишний, и отвернулся, чтобы не видеть убийственного взгляда Пелтера. — Ничего, это я так.
— Через четыре дня мне нужна подготовленная база в ста километрах от станции рансибля. На станции должны дежурить Свент и Дюсаш. За это время превратить один из антигравомобилей в бронемашину. Есть вопросы, имеющие отношение к делу?
— С какими силами противника нам предстоит столкнуться? — спросил Стэнтон.
— Не знаю. Это станет ясно, как только прибудет агент Кормак. Скорее всего, с ним будут четверо спаркиндов и, может быть, кто-то еще.
— Они крутые ребята, — отметил Стэнтон.
— Но не неузявимые. У нас будет преимущество: они не знают, что мы здесь.
— Мы нападем на него на станции? Это рискованно, — сказал Корлакис.
— Нет, по моим сведениям, он отправится с заданием в безлюдный район. Вот там мы и нанесем удар.
— А как насчет отхода? — поинтересовался Корлакис.
— Может быть, удастся воспользоваться рансиблем. У нас у всех есть… возможность проскочить под чужим именем. Если этот вариант покажется нам слишком опасным, на Виридиане — большой космопорт. Мы сможем кому-то заплатить и смыться.
— Мы могли бы упросить Джарвеллис совершить посадку, тогда все было бы проще, — предложил Стэнтон.
Пелтер долго смотрел на него.
— Да, такой вариант возможен. В этом случае встанет вопрос о том, сколько это будет стоить. Она знает, кто мы такие, и цену заломит соответствующую. А вот в космопорте про нас никто ничего знать не будет, поэтому и цена, соответственно, будет ниже.
Джону этот довод показался сомнительным, но он промолчал. Не имело смысла спорить насчет планов, которые он так или иначе собирался нарушить. В какой-то момент мистер Кран будет послан в бой против агента Кормака, и в это время Пелтер будет держать желанный чемоданчик. А потом сепаратист уже никуда не полетит, а остальные разберутся между собой — если останутся живы.
* * *
Вокруг планеты летала большая орбитальная станция, имевшая форму кольца. Казалось, будто металлическая покрышка со множеством заплаток катится по невидимой поверхности. Станция выглядела покинутой, и вполне вероятно, так оно и было. Зачем жить на станции, когда к твоим услугам сто планет?
Виридиан предстал в обзорном иллюминаторе шаром, окутанным облаками. Площадь суши на этой планете значительно превышала площадь океана. Дневную половину окутывала зеленоватая дымка. Когда «Лирик» покинул орбиту и станция осталась позади, Джарвеллис села в кресло пилота и стала наблюдать за наступлением ночи. В отличие от Земли другое полушарие было почти непроницаемо черным. Здесь и в помине не было сияния, исходившего от мегаполисов. Лишь кое-где виднелись пятнышки света — небольшие города. Такой вид имело ночное полушарие до тех пор, пока не появился отраженный свет луны. Тогда ночь окрасилась в цвет крови. «Подходяще», — подумала Джарвеллис и, нажав поочередно две клавиши, получила на большом дисплее изображение с камер, наблюдавших за отсеками «А» и «В».
С того момента, как был открыт проход между двумя отсеками, большая часть оружия была быстро загружена. Андроид тоже отправился внутрь «пташки», и теперь наемники коротали время, проверяя личное оружие, играя в карты или просто тупо глядя в одну точку. Джарвеллис навела камеру на Джона и ощутила прилив желания. Ей захотелось прикоснуться к нему, слиться с ним в порыве страсти — или хотя бы поговорить. Но это было слишком опасно. Трудно сказать, что мог вытворить психопат Пелтер и что он мог приказать своему мистеру Крану. Как бы то ни было, если Пелтер узнает про их связь, доверие к ним сразу улетучится, и тогда Джон вряд ли сумел бы хоть пальцем пошевелить, чтобы осуществить задуманное.
Женщина поморщилась и поднесла руку в металлической перчатке к клавише включения интеркома.
— Мы сейчас над ночным полушарием, — сказала она. Пелтер обернулся и обвел взглядом потолок отсека.
Все еще пытался разглядеть скрытые камеры.
— Отлично, — отозвался он. — Как только мы займем места, я передам тебе частоту «пташки» и дам сигнал.
Он махнул рукой наемникам, и те принялись собирать оборудование, после чего направились к люку, ведущему в отсек «А». Наблюдая за вторым экраном, Джарвеллис увидела, как они входят в отсек «А» и поднимаются по самодельному трапу на борт «пташки». Выглядело это так, будто люди идут себе по трапу и пропадают в дыре посреди воздуха. Пелтер и Джон шли последними. Джарвеллис обратила внимание на то, что ее любовник шел позади Пелтера, вертя на пальце кольцо работы Тенкиана. Как только Ариан начал подниматься по трапу, Джон обернулся и посмотрел прямо в камеру. Он подмигнул, развернулся и следом за Пелтером вошел внутрь катера-невидимки.
Джарвеллис посмотрела на экран, на котором демонстрировался отсек «В», и нахмурилась. Повсюду в беспорядке валялись упаковочные коробки и прочий мусор. «Вот неряхи! Как только они свалят, выкину все это через наружный люк». Она пару раз шевельнула пальцем, выключила этот экран и переключилась на другой, где демонстрировалось изображение, принимаемое наружной камерой. Теперь у нее была возможность наблюдать отсек «А» снаружи. Вскоре на дисплее появилась иконка с декодировкой частоты. Джарвеллис прикоснулась кончиком пальца к этой иконке, и послышался голос Пелтера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
