- Минуту… смотрите, - Иван запускает файл.
Ольга выходит в приёмную из кабинета, достаёт бумаги из папки, начинает сканировать. У неё звонит телефон, она говорит «Сейчас буду», быстро складывает бумаги в папку, оставляет папку на столе, всё выключает и убегает.
- Вашу ж мать, - выдыхает Маргарита Романовна.
Кофе остыл, Иван ушёл, прихватив предложенную булочку. Вероника и Маргарита Романовна смотрели друг на друга и молчали.
Потом Вероника позвонила Паше Демьянову и попросила прийти. Он тоже пришёл быстро – соседние кабинеты, как-никак.
- Доброе утро, дамы, какие новости?
- Разные, Паша, ой, разные, - вздохнула Маргарита Романовна. – Булочку хочешь? Кофе уже чуть тёплый.
- Мне сгодится, спасибо, - он подхватил чашку Вероники.
- Посмотри вот это и скажи, что думаешь, - Вероника запустила последовательно один файл и второй.
- Ну ни хрена борзая девушка, - Паша сообщает, что думает. – Вероника, тебе как-то фатально не везёт с секретарями.
- Вроде того, ага, - кивает Вероника.
- Ты её сразу сейчас попрёшь или дашь нам последить?
- Сегодня следите, дальше посмотрим, как шеф скажет.
- Который – новый или совсем новый? - хрюкнул Паша.
- Оба, - мрачно кивнула Вероника.
До обеда они с Маргаритой Романовной продолжали готовить документы, потом тихо сходили на обед, потом позвонил Майк. Он велел быть в кабинете шефа через четверть часа – будет видеосовещание с представителем банка.
Этот самый представитель тоже носил фамилию Ледяной, а звали его Алексей Иванович. Мужик за сорок, исполнительный директор. Говорили с час, познакомились друг с другом и с финансовой ситуацией транспортной компании. Под занавес он попросил выслать ему часть документов уже сегодня, и ладно бы, но кое-что нужно было подготовить. Вероника и пошла готовить, и просидела за этим практически до шести, и отправила уже в начале седьмого. Ольга была отпущена, как то и следовало по графику. Уж наверное, Паша знает, что с ней делать.
Вероника собирала сумку, чтобы отправиться, наконец, домой. В оба дома – сначала в старый, потом в новый. Вик днём писал, потом она ему в обед звонила – всё было нормально. Она уже собиралась встать и выйти, когда в кабинет заглянул Серёжа Емельянов.
- Вероника, привет. Думал, ты уже ушла, смотрю – свет горит.
- Привет, знаешь, почти ушла. Мне ещё между обоими берегами помотаться придётся, сначала в Академ, потом в центр.
- Тогда я быстро. Ты узнала, что за банк нам навялили сверху?
- Да, это банк московских Ледяных.
- Московских? Есть ещё и такие? – удивился Серёжа.
- Я тоже не в курсе была.
- Совсем нас хотят под пяту?
- Да ладно, под пяту. Скажешь, хуже стало за два месяца? Порядка уж точно побольше, во всяком случае, косяки с доставкой грузов прекратились.
- А тебе лично от этого какая выгода? – Емельянов, не дожидаясь приглашения, сел на стул у стены.
- Слушай, у вас там что, коллективное размягчение мозгов? Я имею в виду, в логистике? То Дима гонит, то ты странное спрашиваешь. Ты не в курсе вообще, как мы с Жанной и Маргаритой достались латать наш вечный Тришкин кафтан?
- Ну в курсе, и что, сильно легче стало?
- Не поверишь – ощутимо.
- Ну, тогда ты должна быть благодарна новому шефу.
- А я, знаешь, и благодарна. От него одна польза – с какой стороны не посмотри.
- А правду болтают, что тебя его водитель возит?
- Правду, - пожала она плечами. – Валентин Фёдорович распорядился.
- А я думал пригласить тебя поужинать.
- С чего бы вдруг? – уж кто-кто, а Серёжа ей никогда никаких авансов не делал.
Или это по делу?
- Ну а чего – поговорили бы, о разном. Ты вообще давно мне нравишься. Я просто долго собираюсь.
- Серёжа, ты чего вообще? Ты как бы не свободный человек?
- Ой, жена – не стена, - махнул он рукой. – Никуда не денется. От неё не убудет.
- Извини, Серёжа, мне совсем не подходит такой вариант.
- Ты не встречаешься с женатыми?
- Да. Кроме того, я, знаешь ли, вдруг не свободна, - она показала кольцо.
Он вытаращился, как будто никогда колец не видел. Ну да, таких-то, поди, и не видел.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- И когда свадьба?
- Не решили ещё, - пробурчала она. – Сообщу.
- Ну, надо же погулять напоследок перед свадьбой!
- Вот если бы твоя жена пошла погулять напоследок перед свадьбой, тебе каково было бы?
- Да ладно, это всё знаешь, когда было? В прошлом веке. Мы с ней столько вместе, сколько не живут. Двадцать лет. У нас сын в этом году школу окончил. Она давно уже не та, что была, и за собой не следит, и на меня не смотрит.
Угу, двадцать лет. А вчера ей чистил мозги ещё один мужик, который в отношениях двадцать лет. Только очень уже разные это мужики, и говорят они разное, и делают тоже разное.
- И поэтому ты смотришь по сторонам? Нет, Серёжа, извини, мне это не подходит никак.
- Ну кого ты там себе нашла? Такого же чудика, как ты сама? Он хоть деньги умеет зарабатывать?
А по кольцу-то не видно, конечно!
- Умеет, Серёжа, и получше тебя, уж извини.
- Что? – вытаращился он, и тут до него дошло. – Так ты что, с шефом связалась, что ли?
- А если бы и так, то что?
- Думаешь, по тебе кусок? Вон, Татарникову обломили, а ты кто? У неё хотя бы отец, а ты – ноунейм девочка, селф-мейд. Нужна ты этому понтовому семейству!
- Ну то им видней, кто нужен, а кто нет.
- Или ты с самого начала на него глаз положила?
- Нет, Серёжа, так само собой получилось. Иди уже, что ли?
- Да на хрена он тебе? Слушай, а если я разведусь? Подумай, синица в руках выгоднее журавля в небе!
Здравствуй, жопа, Новый год, мрачно думала Вероника. Только ещё не хватало! Дожила, называется. То никому на хрен не нужна, то, извините, два горшка на ложку. Надо так ему сказать, чтоб отсох раз и навсегда.
- Смотрю я, Серёжа, ничего ты не понимаешь ни в жизни, ни в женщинах. Знаешь, я не влюблённая малолетняя дура, я тётка-бухгалтер. Или ты думаешь, я разучилась считать? И я не могу посчитать, сколько стоишь ты – даже если разведёшься, разделишь имущество и будешь платить алименты, кстати. И сколько стоит старший сын самого Ледяного, давно и успешно разведённый и не имеющий никаких обременений. Вопросы?
Видимо, вопросов не было. Емельянов вышел, не прощаясь, только хлопнул дверью приёмной.
Эх, а ведь она держала его за приличного человека!
Зазвонил телефон. Это Володя интересовался – скоро ли появится Вероника Андреевна. Она сообщила, что уже идёт. Выключила свет, заперла все двери и пошла к лифту.
Они выехали из здания, когда мысль сформулировалась окончательно, и она набрала Вика.
- Душа моя, скоро ли ты? Мы тебя ждём.
- Уже ждёте? Ещё не восемь, если что. Там среди твоего «мы» не подошёл ли Михаил Григорьевич?
- Есть такой, а что? Дать его?
- Нет, не обязательно. Скажи ему, пусть проверит ещё раз Емельянова. Со всех сторон. У меня есть ощущение, будто мы там что-то проглядели.
69. Вик
Завтра утром мы двинем в путь,
Злые звёзды помогут нам.
Олег Медведев
Когда Вероника позвонила и сказала про Емельянова, Вик сидел с Михаилом Григорьевичем, пил кофе и слушал его занимательный рассказ о взаимодействиях с органами власти по поводу его, Вика, огнестрельного ранения. Выходило так, что означенные власти сначала никак не хотели верить в самооборону означенного Вика. То есть, было бы проще, если бы его подстрелили, а он, получив в правую сторону спины, подставил бы ещё и левую. Так было бы без вопросов. А тут, понимаешь ли, вопросы есть. Несмотря на то, что вся комедия разыгралась белым днём при свидетелях, и даже, как оказалось, какой-то добрый юноша пятнадцати лет снимал это интересное кино телефоном с балкона. Нравилась ему, видите ли, крутая машина Вика, и он её отслеживал. А потом выставил видюшку в социальные сети и в раздел «Народные новости» популярного местного сайта. И на том видео можно было отчётливо разглядеть, как всё было - выходит Вик, получает пулю, отправляет свою в ответ. Ну и не убил же, чего теперь?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
