дать ему пощечину… Хочу орать и материться, как сапожник…
Я хочу, чтобы он на своей шкуре почувствовал, какая я «неживая» и «бездушная». Но он не дает, вжимает меня в себя и начинает тихонько гладить по спине.
- Не. Трогай. Меня. – яростно брыкаюсь, пачкая его рубашку слезами, шиплю, царапаюсь, как кошка.
- Тише, Яночка… Тихо, девочка… Послушай…
- Нет!
- Просто выслушай… - обхватывает затылок пальцами, прижимает мое лицо к груди, - я увидел ее за секунду до того, как ты вошла.
- Она была без трусов!
- Тшш… послушай… - говорит на ухо, - я говорил по телефону с Власовым… после совещания… как всегда, разговаривал и смотрел в окно…
Затихаю. Я знаю, эту его привычку. Даже дома, принимая входящий вызов, он отходит к окну.
- Я не слышал, как она вошла и залезла на стол… клянусь… я даже среагировать не успел.
Молчу. Пусть говорит дальше.
- Кто тебя послал принести договоры?
- Катя…
- Так я и думал… они подруги. Наталья Александровна их уже подписала?
- Нет…
- И тебя это не удивило?
- Удивило… - сиплю еле слышно, - я спросила, но она сказала, что они тебе срочно понадобились.
- Я ничего не просил, Яна… Это спланированная акция.
- Не знаю…
- В моей приемной есть камера, мы можем посмотреть, во сколько Александра вошла в мой кабинет и сверить со временем разговора по телефону с Власовым.
- Зачем?..
Я начинаю успокаиваться. Заставляю включиться логику.
- Яна, я найду способ доказать тебе, что я не виноват…
Похоже на правду. Меня, действительно, насторожило неестественное поведение Катерины. Последний час она строчила сообщения в телефоне, бросая на меня короткие взгляды. Словно чего-то ждала.
- Как ты дальше будешь с ней работать?
- Она написала заявление об уходе, - касается губами моего виска, - это был ее прощальный подарок.
Глава 30
- Ян, верь мне… - просит Майкл, - мне очень важно, чтобы ты мне верила.
Мне еще больно дышать, но тело постепенно расслабляется. Собрав рубашку пальцами, упираюсь лбом в его плечо.
- Я испугалась…
- Я тоже…Когда увидел, как ты смотришь на меня, стало страшно.
Ярость уходит, оставляя после себя ком в горле. Мне до ужаса хочется плакать. И мне безумно стыдно.
- Прости… - со стоном выдыхаю я.
- За что? В ситуации с Сашей от начала и до конца виноват только я.
- Яна… - запускает руку мне под волосы, легко массирует затылок, - я хочу, чтобы ты всегда говорила мне о своих чувствах. Если тебе что-то не нравится, я должен знать об этом первый. кричи и бей посуду, только не молчи.
- Тебе понравилась моя истерика?
- Понравилась, - целует волосы, - Яна?..
- М?
- Я люблю тебя.
- Меня? – задираю голову, смотрю в его серьезные голубые глаза, ищу в них подтверждения его словам, - а как же…
Хочу спросить про Камилу, но осекаюсь.
Дура. Дура. Дура.
Мне в любви признаются, а я о другой женщине спрашиваю.
- Мила? – договаривает за меня, - там было что-то другое, Яна… не любовь.
Я просто смотрю в его лицо. Не моргая, кружу по нему глазами. Мне еще ни разу не признавались в любви, я не знаю, как на это реагировать.
Меня эмоции захлестывают.
- Яна...
- Ты не врешь? – спрашиваю тихо.
- Не вру… - уголок его губ ползет вверх, - ты даже не представляешь, какую власть имеешь надо мной, Яна Полякова.
- Майкл… мне никогда не стать, такой, как Мила или как Саша, - веду ладонями по твердой груди по направлению к шее, - я навсегда останусь собой.
- Я очень на это надеюсь.
- Я не роковая женщина.
- Роковая, - его голос внезапно глохнет, - но я не хочу, чтобы об этом знал кто-то, кроме меня.
Роковая для него. Я ему верю. Глаза ведь не умеют лгать.
Я встаю на носочки и прижимаюсь к его губам. Прихватываю нижнюю губу и втягиваю в рот. Он вздрагивает, с утробным рыком толкает свой язык навстречу.
Обхватив его шею, смело отвечаю на поцелуй.
Мой. Только мой. Весь.
Хочу признаться. Чувства бурлят, требуя выхода.
Отрываюсь от него, открываю было рот, но он опережает.
- Люблю, не смей сомневаться, поняла?
- Я тоже… но ты, наверное, и так это знаешь.
Вместо ответа он подхватывает меня под ягодицы, вынуждая обхватить его ногами. Я тихо вскрикиваю, потому что оказываюсь к этому не готовой, но вовремя вспоминаю, что Майкл обещал шокировать меня каждый день.
Расслабляюсь и даю усадить себя на стол. Опираясь на руки позади себя, обхватываю его бедра ногами.
Майкл смотрит в глаза, и от меня не ускользает перемена в его настрое. Взгляд темнеет, черты лица заостряются. Давление его ширинки между моих ног усиливается.
Я сама снимаю с себя кофту и спускаю бретели лифчика с плеч.
- Все, пи@дец тебе…
Сгребает меня со стола и несет в гостиную на диван.
Рывком стягивает по ногам леггинсы вместе с трусиками, избавляет от бюстгальтера и становится на колени между моих разведенных ног.
- Майкл… - мне неловко.
Он полностью одет, а я обнажена.
- Ты прекрасна, Яна.
Сцепив мои руки у меня над головой, он скользит по моему телу жадным взглядом. Мне становится жарко, я сжимаю его бедра своими ногами, тяну на себя.
