Читаем без скачивания Иду на вы! - Виктор Зайцев

Мирослав вёл активную переписку с учёными на континенте, приглашая их преподавать, обсуждал с Лосевым программу обучения, необходимые факультеты и специальности. А сыщик, почему то вспомнил, что лучшими учёными раннего средневековья считались арабы, и думал, как добраться до этих лучших учёных. Резонно опасаясь отправлять своих людей через Малую Азию, раздираемую войнами крестоносцев и кочевников, византийцев и арабов, он решил навести справки через знакомых торговцев в Кадисе. Несмотря на выход славян к африканскому побережью, основную торговлю пряностями и восточными товарами арабы жёстко держали в своих руках. Чтобы составить им реальную конкуренцию, надо выходить в Индийский океан. Только сейчас капитан понял воочию, как рвались португальские моряки в Индию. Глядя на делегации купцов, не реже раза в месяц прибывавших на его верфи с целью заказать очередную тройку, Сергей чувствовал себя Магелланом или Васко Да Гамой, опередившими время. Радуясь взлетевшей выручке от продажи товаров своими купцами, он лишь мог прикинуть истинные доходы торговцев пряностями и шелками Индии. На их фоне островное королевство выглядело, прямо скажем, не лучшим образом.

К счастью, летом никаких экстренных событий не произошло, Сергею хватило времени и средств на установку сразу двух механических пилорам с приводом от водяного колеса. Чтобы ускорить просушку деловой древесины, он даже выстроил сушилку, благо поставки каменного угля из Корнуолла по морю стабилизировались, не в последнюю очередь, благодаря купленным мавританским лодкам. Эти посудины оказались довольно вместительны и маневренны, удвоив количество перевозимых в Портсмут с побережья товаров. Глядя на штабеля досок и брусьев, растущие с каждым днём, Сергей мысленно подсчитывал, сколько кораблей сможет из них выстроить. Сушилка и пилорама работали исправно, не обращая внимания на морской влажный воздух, сразу завоевав популярность у местных жителей. Не только дети, седые мужчины приходили и часами наблюдали, как бревно за считанные мгновения превращается в душистые доски. Чтобы техника не простаивала, Лосев утроил заказы деловой древесины из Нормандии и Франции, организовал работу в две смены, от восхода до заката, стараясь выучить работе на пугающем пока механизме больше людей.

Ближе к августу он ежедневно стал приходить на берег моря, высматривая возвращение кораблей из Америки. В ожидании Ярьки и его моряков, Лосев принялся за строительство настоящего океанского парусника, длиной более пятидесяти метров. Оставляя на корабле три мачты, корабелы добавили по одной рее и управление рулём перенесли на штурвал. Система блоков и талей позволяла справиться со штурвалом одному человеку даже в шторм, что облегчало работу кормчего. За пять лет работы с парусами корабелы придумали много устройств, облегчающих работу моряков. Нервное ожидание возвращения большей части флота вылилось у Сергея в работу над новым парусником. С утра до вечера он проводил на верфи, куда часто приезжала Ива с детьми, не меньше мужа ожидавшая Ярьку. Напуганные таким поведением графа, мастера-корабелы вылезали из кожи, стремясь закончить работу как можно скорее. Тем более, что впервые не было недостатка в хорошо просушенном материале, а доходы последних лет позволяли закупить любые канаты и полотно на паруса.

К середине октября парусник-"четвёрку" спустили на воду, где оставалось укрепить пушки, по десять орудий на каждый борт, и провести ходовые испытания. Мастера впервые установили штурвал на таком большом корабле и опасались за его работу при высокой волне. Пушкари специально изготовили для корабля пушки с удлинённым стволом, способные отправлять свинцовые снаряды на добрую половину версты. Их заранее испытали на берегу расчёты пушкарей, ожидавшие первого плаванья. Почти вся команда, за исключением кормчего, штурмана и боцмана, состояла из выпускников морского училища. Размеры судна впечатляли всех, только для работы с парусами взяли двадцать пять моряков, а возможности двух палуб и трюма позволяли брать на борт две сотни воинов и полсотни коней, с запасом фуража на пару месяцев. Настоящий транспортник, при испытаниях корабль показал неплохую скорость, легко обошёл тройку, лишь немного отстав от двойки. Правда, без груза в трюме, только с командой и мастерами на борту. У здешних корабелов повелось ходовые испытания проводить с мастерами, выстроившими корабль, во избежание, так сказать, халтуры. После испытаний мастера занялись устранением замечаний, а капитан, довольный проявленными качествами судна, заложил сразу два таких на верфи. С учётом исправления выявленных ошибок, к весне все три судна станут украшением флотилии графа. Такие мощные суда смогут пускаться в плаванье без дополнительного прикрытия и привозить груза на порядок больше других транспортов.

Неожиданно, поздним ноябрьским вечером из Портсмута в графский замок прискакал взмыленный посыльный. Спрыгнув с коня, парень смог внятно произнести всего одно слово, – Вернулись.

Ива тоже не смогла остаться в замке, пока Лосев по-армейски быстро собрался ехать в порт. Пришлось заложить коляску, оборудованную новыми рессорами, но, не переставшую трясти на ухабистой дороге. Добрались Лосевы в город уже за полночь, где, казалось, никто не спал. Добрая половина жителей города была завязана на работы в порту или верфи, поэтому возвращение славянских кораблей все приняли близко к сердцу. В порту у причалов собралась огромная толпа, расспрашивая моряков, высаживавшихся на берег с судов. Все кормчие ожидали графа в его городском доме, все восемь из первой флотилии в десять судов. Ива едва сдерживала слёзы, убедившись, что её брата среди прибывших моряков нет. Те успокаивали женщину, как могли, доказывая, что Ярькина флотилия не могла пропасть вся сразу, если никто не вернулся, значит, все живы, просто задержались.

Выслушав доклады кормчих, Сергей подвёл скромные, если не выражаться крепче, итоги. Два корабля первой флотилии на обратном пути пропали в шторм, наверняка погибли. К счастью, успели до этого высадить всех поселенцев из числа беглых бунтовщиков, на берег открытого материка. Судя по описанию природы и примерной широте, нанесённой на карту, что составили кормщики, поселенцев высадили на южном побережье будущих Соединённых штатов. По крайней мере, так предположил капитан, услышав рассказы о лиственных лесах и обширных лугах, тянувшихся до горизонта. Вероятно, это прерии, или их предшественники. С немногочисленными племенами аборигенов славяне легко нашли общий язык, привыкнув общаться в тайге с уграми и хантами. Те приняли поселенцев спокойно, а торговцев даже упрашивали вернуться. Правда, лишь после того, как славяне начали обмен пушных шкурок на железные наконечники стрел и ножи. Во всех пяти поселениях, разбросанных на побережье океана, на расстоянии дня пути друг от друга, местные племена после предварительной торговли обещали к следующему лету приготовить на обмен много ценного меха. По крайней мере, часть затрат моряки окупили, а с поступлением мехов может пойти небольшой прибыток, в обход новгородцев, практически монополизировавших торговлю мехом. По времени путь в Прикамье был даже длиннее, чем к берегам нового материка.

Других выгодных приобретений славянам сделать не удалось, если не считать привезённых два десятка индеек, о них заранее предупреждал Лосев. Ни золота, ни серебра, местные жители не знали, как и не умели плавить металл. Ещё моряки привезли несколько мешков зерна под названием маис, как полагал капитан, это будет кукуруза. Из шести туземных племён славяне уговорили нескольких молодых парней повидать мир, привезли их с собой, для изучения языков и обычаев. Убедившись в отсутствии золота на побережье, кормщики добросовестно больше месяца плыли вдоль берега на юг. Регулярно высаживались, пытаясь торговать с местными племенами, расспрашивали о золоте и серебре, но, тщетно. Когда вместо твёрдого берега на границе океана оказались огромные болота, населённые крокодилами, кормщики решили повернуть обратно. Видимо, они достигли полуострова Флориды, с его болотистыми зарослями, решил капитан.

В любом случае, моряки совершили важное открытие и великое дело, проложив путь на запад. Теперь оставалось сделать этот дорогу привычной, заселяя побережье материка славянскими поселенцами. На всякий случай стоит подготовить запасной аэродром для себя, на случай обострения отношений с властью в королевстве. Для этого необходима была промышленная база, хотя бы такая, как сейчас на Оловянном острове. То есть, нужно открыть железные и медные рудники, развернуть добычу руды и выплавки металла. Только в таком случае потомки переселенцев не одичают, ассимилировавшись с индейцами (как, интересно, их теперь назовут?). Именно создание промышленной базы гарантировало сохранение независимости переселенцев после того, как туда хлынут отряды всех европейских государств. Для создания промышленности нужны были два ресурса, деньги и время. И того и другого у капитана оставалось в обрез. Поток прибыли с побережья Африки скоро перекроют вольные королевские торговцы, а время идёт неумолимо, Лосеву уже исполнилось сорок лет, каждый новый год пробегал всё быстрее и быстрее. Через десять лет сыновья будут взрослыми, нужно будет переселяться.