с ней сделают? — спросил я.
— Убьют, скорее всего.
— Если перед этим не сделают с ней что похуже, — добавил Кирилл.
Я еще раз обернулся на солдат. Кирилл был прав, они ухмылялись, глядя на девушку, а она, по неопытности, шла прямо к ним в лапы.
— Мы должны что-то сделать, — обернулся я к своим друзьям.
— Молчи. Закричишь сейчас, они убью ее в ту же секунду, а затем и тебя.
Тем временем девушка в нерешительности стояла на пороге. Казалось, она думает, верить им или нет. Что-то ее настораживало. И вдруг один из вражеских солдат сделал два больших шага к девушке, пересекая комнату. Он схватил девушку за подбородок своей здоровенной ручищей и резко поднял ее голову вверх. Капюшон упал с головы гостьи, открывая ее лицо. Два разноцветных глаза смотрели прямо на солдата. Эл…
— Эл! — крикнул я.
Но девушка даже не обернулась, она продолжала в упор смотреть на мужчину перед собой.
— Похоже, он тебя знает, — сказал солдат, кивая на меня.
— Эл, беги! Они убьют тебя! — остаток фразы я смог только промычать, потому что как раз в этот момент Ян со всей силы зажимал мне рот. Но я все равно продолжал вырываться. Мне хотелось, чтобы Эл сорвалась с места и убежала далеко-далеко отсюда. Я мог лишь молиться, что ей удастся сбежать.
— Что же, парень прав. Прости, малышка, но, похоже, у нас нет другоговарианта.
— Эй, подожди, — прервал его другой солдат. — Ты только посмотри на ее глаза. Она такая красивая, не обязательно же убивать ее прямо сейчас. Можно и повременить.
— А ты прав, — с издевкой сказал первый, переводя все свое внимание на Эл. — Но ты можешь пожить еще немного, если как следует нас развлечешь.
— То же самое могу сказать и тебе, — вдруг совершенно спокойным голосом отчеканила Эл.
Я перестал вырываться и ошалело посмотрел на ее лицо, которое теперь не выражало никаких эмоций. Эта резкая перемена испугала меня. И, как оказалось, не только меня. Солдаты в замешательстве смотрели на нее.
— Черная одежда! — со страшным визгом закричал один из них.
Тот, что раньше держал ее за подбородок, отшатнулся от девушки словно от прокаженной. Догадка озарила меня молниеносно. Она знала, что так будет. Она…
— Она из ифритов, — выплюнул самый главный. — Стерва!
Мужчина резко замахнулся на нее своим большим кулаком, но Эл успела пригнуться и отскочить назад. Удар солдата лишь рассек воздух. Эл стояла уже по середине комнаты и самодовольно улыбалась, глядя на своего противника. Девушка быстро крутила между пальцами какой-то небольшой металлический предмет, поблескивающий на свете. Я сощурил глаза и понял — нож.
— Что же ты сувенирами раскидываешься, — спросила она с издевкой в голосе и выставила на общее обозрение нож.
Солдат побледнел, а затем резко схватил своей рукой погоны, пытаясь там что-то нащупать. Но мы все, в том числе и солдат, понимали, что уже слишком поздно. Его нож был теперь в руках у Эл. Я не уловил тот момент, когда Эл забрала у него нож.
— Я убью тебя, — прорычал солдат, готовясь к прыжку.
— Не сегодня, — прошептала она.
Что происходило дальше я помню лишь мельком. Этот солдат бросился на Эл. Он успел схватить ее за плечо, но девушка резко повернула в сторону, перехватила удар и завела его руку за спину так, что парню пришлось согнуться в три погибели. Я успел заметить блеск ножа, а в следующую секунду солдат уже лежал на полу, испачканный в собственной крови. С ним было покончено.
Двое других подскочили одновременно. Один резко замахнулся ногой, Эл рисковала получить тяжелый удар по голове. Но она выставила свою руку так, что удар не мог пройти. Другой солдат набросился на Эл со спины, однако быстро отлетел в сторону. Девушка двигалась так, словно танцевала. Все ее движения, какими бы опасными они не были, казались настолько пластичными и естественными, что я в жизни бы не подумал, что это можно назвать борьбой. Эл, точно стрела, быстро и метко наносила свои крошечные, но такие важные удары. Ни один из них не показался мне тогда лишним. Не успели мы с ребятами опомниться, как все три солдата лежали без движения на полу.
И тут Эл обернулась ко мне… Вдруг, я почувствовал это буквально на физическом уровне, ее отпустило то, что сидело в ней очень и очень давно. Она выдохнула так, словно не делала это уже много лет. Плечи девушки опустились, взгляд стал мягче, расслабленнее. Передо мной снова была та самая Эл, которую я знал всю жизнь. Она медленно подошла ко мне, маленькими, почти крошечными шагами. Нож выскользнул из ее безвольной руки и с лязгом стукнулся о твердую поверхность пола. И тогда, вместе с ножом, упала и тяжелая ноша, покоившаяся на плечах Эл. Она опустилась на холодный пол, протягивая свои руки ко мне, напрягая каждую мышцу своего тела. И лишь когда Эл прильнула своим дрожащим телом, я понял, как давно скучал по ней, по дому и по старым дням. Эл дрожала и прерывисто дышала, словно находилась в истерике. Но я не услышал ни единого всхлипа с ее стороны.
— Денис, наконец-то я тебя нашла, — она повторила это несколько раз, прежде чем я разобрал слова, сказанные мне на ухо.
Я бы обнял ее в ответ, но мои руки были крепко связаны за спиной. И все же, находясь в объятьях Эл я чувствовал, что снова оказался дома. Дом. Казалось, словно какая-то важная деталь моего механизма вернулась на место, туда, где она и должна быть. И не важно какое место занимала эта деталь, без нее я просто не мог функционировать дальше.
Когда Эл разомкнула свои руки и отстранилась от меня, ее лицо вновь стало серьезным. В глазах не было ни слезинки. И вместо соленой прозрачной влаги по ее щекам стекали капли свежей крови.
— Надо тебя освободить, — сказала она, утирая рукавом свой нос, тем самым создавая кровавые разводы на бледном лице.
Она принялась перерезать мою веревку, стягивающую руки в один тугой узел. Лезвие теперь шло плохо, а оковы все никак не поддавались.
— Ты знала?
— Что конкретно?
— То, что я нахожусь в плену… в этом месте.
— Знала, поэтому и пришла. Все не было случайностью.
Когда с моими веревками было покончено, я медленно потер онемевшие конечности. Вероятно, на запястьях останется шрам, веревка натерла слишком сильно. Эл принялась помогать остальным.
— Так ты одна из ифритов? — спросил у нее Кирилл, когда она добралась и до него. — Только
