Но какой там сон!? Беспокойно меря шагами комнату, я думал, думал, думал.
В глубине сознания, как неопровержимый факт, проступало понимание того, что я все сделал в этом беспокойном мире. Возвращение – решенное дело. Но принцесса? А может, Иннея согласится покинуть родной ей мир, оставив притязания на трон? Было что-то такое, что убеждало меня в правильности этих предположений. А клятва? Думаю, старухе-матери дороже счастье дочери в настоящем, нежели в прозрачном будущем.
Промучившись с час, я решил, что необходимо поговорить с самой принцессой. Может, дело обстоит совсем иначе, чем я предполагаю. Решившись, я развернулся к дверям, но в тот же момент точно в центре комнаты появился Великий Магистр. Вернее не он сам, а его голографическое изображение. Магистры никогда не появляются просто так, а тем более Великие. Что-то случилось. Но что?
Закончив все необходимые формальности по приветствию и возведению защитных кранов, Великий Магистр обратился в никуда. – -… Я побеспокоил тебя после известий от Великих Шептунов. Я знаю все, что произошло в Лакморе и на так называемом острове Дракона. Ты с честью выполнил долг варркана. Казнь Преподобного Учителя, хоть он и являлся человеком, воспринята Советом с полным пониманием. Великие Шептуны передали также, что варркан Файон решил покинуть наш мир?
Магистр немного помолчал, давая понять, что последнее сообщение ему менее приятно, чем первое.
– Мы понимаем тебя, Файон. Даже зверь стремится в свое логово, а ты не зверь. Мы прощаемся о тобой, но запомни – у тебя есть Глаз Дракона и ты всегда можешь воспользоваться им и вернуться обратно. Далее. Если мы правильно поняли Великих Шептунов, которые видят будущее немного дальше, чем мы, у тебя возникли определенные трудности с принцессой королевства, расположенного за Краем Мира. Если таковое действительно существует, то через три дня наши люди свяжутся с принцессой на острове Дракона и ей окажут всевозможную помощь в борьбе с Черным Королем, который, как ты понимаешь, и наш враг. Думаю, что с помощью варрканов задача решится быстро.
Магистр прервался, но изображение не исчезло. Я приготовился услышать самое неприятное. И не ошибся.
– Файон, ты прекрасно знаешь, что варрканам запрещено иметь семью. Кодекс чести не позволяет делать этого. Но ты не простой варркан (вот, что я говорил!), и твои права совершенно другие. Зная тебя, мы можем предположить, что ты рискнешь остаться. Смелый поступок. Но… мы можем только догадываться, что происходит в замке. Я хочу сказать следующее – даже если ты решишь изменить ход судьбы, тебе не удастся этого сделать. Твое возвращение уже предначертано в Книге Судеб. А теперь прощай. Прощай, варркан Файон, охотник за ведьмами из другого мира. Прощай! Сияние погасло, я снова остался один. Ну что ж, многое прояснилось, многое еще больше запуталось. Но главное, пришло спокойствие. Будущее принцессы не вызывает опасений, за нее будут сражаться. Если, конечно, она здесь останется, поправил я себя. Но для этого совершенно необходимо встретиться с ней и поговорить. И откладывать нельзя и незачем. Я собрал волю в кулак и, решившись, повернулся к выходу…
В дверях, прекрасная и загадочная в лунном свете, стояла принцесса Иннея…
– Извини, Файон, – девушка зябко поежилась от ночной прохлады. – Нам необходимо поговорить.
Что может сказать ошалевший мужчина в такой ситуации? Конечно, мужчина будет говорить о чем угодно, но только не о том, что думает на самом деле.
– Я только что принял окончательное решение, принцесса, и хотел сообщить о нем. Вам холодно, присядьте к огню.
Принцесса подошла к камину. Я заметил, что она дрожит. Только такой далекий человек, как я мог подумать, что причина этому вечерний воздух… Скинув куртку и стараясь не касаться принцессы руками, я накинул одежду ей на плечи.
Иннея сидела, протягивая тонкие пальцы к огню, который счастливо потрескивал от проявленного внимания. Пауза затягивалась, и разговор пришлось начать мне:
– Принцесса! – голос предательски захрипел, и пришлось прокашляться, чтобы привести его в норму. – Принцесса. Я могу дать свой ответ относительно помощи прямо сейчас.
Иннея подняла голову, и я, как всегда, попался в эту глубокую ловушку. Наверное, мое очарование длилось довольно долго, потому что, когда я снова пришел в себя, Иннея смотрела на огонь. Клянусь собственными ушами, без колдовства здесь не обошлось.
– Через три дня к острову подойдут корабли с волшебниками Корч. Они и мои братья варрканы помогут тебе взойти на престол.
Я ошибался, когда думал, что принцесса обрадуется. Если мое известие хоть как-то и взволновало или задело ее, то девушка ничем не выдала своих чувств. Она просто сидела и смотрела на огонь.
– Обещаниям волшебников Корч можно верить, – и чуть слышно: – значит, ты уходишь.
– Мое возвращение предначертано и не зависит от того, желаю я этого или нет.
Принцесса резко поднялась, куртка слетела с плеч и упала к ее ногам. На какое-то мгновение она замерла, словно раненая птица, и… бросилась ко мне на шею.
Единственное, что я мог сказать, походило на длинное слово, состоящее из одних гласных, произнесенных на вздохе.
Иннея спрятала маленькие кулачки на моей обширной груди и замерла.
А я стоял, как столетний дуб, у которого хватало ума лишь на то, чтобы погладить шелковые волосы грубой варрканской рукой.
– Возьми меня с собой, – Господи, ну зачем она это говорит? Ведь это я должен умолять ее уйти со мной!
– Я стану хорошей женой и буду любить тебя всю жизнь.
Ну почему она плачет?
Слезы, такие же, как и маленькие капли жемчуга в ее волосах, скользили по щекам и, срываясь, исчезали.
– Иннея! Видит Бог, что я желаю того же, но, боюсь, это невозможно.
– Но почему?
– Я дал клятву варркана, что не увезу с острова ничего, кроме Глаза Дракона. Только эта клятва сдерживает меня.
– Зачем? – продолжали спрашивать мокрые от слез губы. – Кто знал, что так получится… Так мы и стояли: два самых несчастных существа на планете. Без прошлого и, возможно, без будущего. Сколько это продолжалось, не знаю. Если бы я мог, то превратил бы эти секунды в вечность.
Принцесса вскинула голову и сказала с удивительной решимостью:
– Ты должен взять меня с собой. И ты возьмешь меня с собой! – Не уговоры, не вопрос, простая констатация факта, который уже свершился.
Набранный для возражений воздух вышел из легких, и я сошел с ума. Закрыл глаза и сказал:
– Да. Я сделаю это.
– Файон! – Иннея!
Губы принцессы оказались так близко, что не понять, чего они хотят, было бы величайшей глупостью.
И я ее поцеловал. И она ответила нестерпимым жаром жадных губ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
