в атеистической России — друг (поэтому русское понятие дружбы и недоступно иностранцам).
На каждый эпизод найден свой диалогист, чаще всего суперский (иначе б и говорить было не о чем: весь воз на них да на артистах). Кейсы наркомана, стрелка, недодравшихся при жизни футболистов — большая человеческая комедия. По-настоящему провисает только оппозиционная серия: про злую судьиху, развешивающую приговоры кому в бровь, кому в глаз от раздражения молодежью и забвения песенной истины «Папа, ты сам был таким». Вечная крамольница и большая актриса Ауг изо всех сил вдыхает жизнь в картонный образ — тщетно. В Харона — верю. В загробный мир — верю. В то, что проводником туда станет меланхоличный эстонец Кяро — верю влегкую. В то, что девки в косухах, тайком пробиравшиеся на клубные концерты «Браво», вырастут федеральными судьями-оглоедами — не верю и не поверю никогда. Обычная девичья мелодраматизация (сценаристов пишут в каждой серии оптом, так что узнать меру персональной ответственности невозможно — хотя кажется, на этот раз писала дама).
Свежеусопшие склонны к проклятиям, поэтому фильм с матом. Лишь раз он заменен подцензурной бранью в серии отлетевшего деда-режиссера по личному настоянию исполнителя В. Б. Смехова. Заслуженному старцу пошли навстречу — но всякому, кто слышал на площадке наших творцов, чего-то в серии не хватает. Зато идея использовать в качестве шедевра неизвестного гения кадры из «Долгой счастливой жизни» — предсмертного режиссерского опыта поэта Геннадия Шпаликова — заслуживают самого глубокого респекта. «Тридцать восемь ему было», — говорит о друге печальный режиссер. Шпаликов повесился в тридцать семь в Переделкине, когда из авторов картины никого и на свете-то не было. Смехов разве что.
Режиссер Оганесян еще «Игрой на выживание» показал, что знает много всякого про смерть.
Вот теперь предлагает каждому — вздорному, грешному, мстящему — благородный финал. «Ожидайте. Машина вышла. Водитель Андрей».
Приходилось писать, что интеллигенция в богооставленной России заместила собою не справившееся со своей миссией духовенство.
Как видим, актуально и по сей день.
А счастье было так возможно. Да реаниматолог помешал «Капельник», 2022. Реж. Илья Аксенов
Личным сюжетом Ильи Аксенова стало задорное выживание соотечественников в условиях, не располагающих к выживанию, а тем более задорному. Смертельные болезни и святые 90-е — этот круг тем запросто мог сделать его иконой ноющего экспортного кино, но Аксенов не пошел путем зануды и не стал иконой. Даже в чумных обстоятельствах его герои сохраняют ноту жизненного нахальства и человеческих правил — а это уже не для повесточки, не для «всепропальщиков». Сдвоенные нитки теплотрассы, по которым, взявшись за руки, уходили из 90-х в светлое завтра герои сериала «Мир! Дружба! Жвачка!», благословляемые добрыми призраками не доживших, стали символом его кинематографа. А фильм «Родные», где работяга в канун смертельной операции устраивал семье трип по любимым закоулкам детства, в одночасье стал народным. В новой картине будет и мрак, и азарт, и и любимый аксеновский артист Степин, и добрые призраки — что уже говорит об устойчивой авторской манере, невзирая на сменных сценаристов (все хорошие).
Соскочивший наркоман (Денис Прытков), устроившись в «скорую помощь», вынимает с того света проблемные тела в состоянии крайнего передоза. Хитрые и жадные люди (Сергей Лавыгин) решают употребить его дар на личное обогащение — прокапывая живой водой богатеньких буратин в наркотической коме без оповещения инстанций. Придя в себя, буратины принимаются творить обычный репертуар весом в пять статей УК РФ — а крайним всегда будет врач-реаниматолог, не давший обезьяне сдохнуть на радость РФ. Притом крышует самого отмороженного из них папа — полковник спецслужбы, порочной настолько, что ее имя пришлось даже запикать, как мат или названия веселящих препаратов. Параллельно живительные процедуры проходит топовая видеоблогерша Алко (Анастасия Резник), сумевшая подсадить на свой лакшери-стайл и накачанные губы шесть миллионов подписоты и опухшая вконец во всех смыслах. А Степин, как обычно, играет ее доброго и во всем виноватого папу из Благовещенска.
Заметная в последние годы переориентация сериальского производства на молодежь выявила гнетущую тенденцию. Дикие и алчные нравы, царящие в этой среде, когда-то бичевала передача «Международная панорама», а до нее Русская православная церковь. Если за тему берутся сильные авторы (а так чаще всего и выходит), большую часть персонажей нового честного кино хочется положить под асфальтоукладочный каток (см. фильмы «ЮЗЗ», «Химера», «Жиза», «Хеппи-энд», «Обоюдное согласие» и тонну других). Конечно, когда зритель сердцем желает выстрелить кому-то из персонажей в глаз — это знак настоящего товарного качества, но в больших объемах жесть угнетает, а сделать ничего нельзя: уйдет правда жизни. Тонущий в бабле мир продюсеров, топ-блогеров и анонимных федеральных полковников пусть в нем бы и потонул — но есть на свете ангел с капельницей, твердой позицией и чувством вины. Аксенов и сценаристы его Носков и Баранов выводят линию из мрака в свет, отсекают козлищ и даже заставляют поверить в разовое преображение человеческого биомусора, что большая редкость.
А чтоб окончательно не скатиться в сусальную благость, есть у них таксист Серега и исполнитель его Никита Никитин — новая сдвоенная эмблема аксеновского кино. У таксиста не хватает руки (у артиста тоже), но вместо ходячей драмы он подрабатывает на набережной Капитаном Крюком в камзоле и треуголке, говорит: «Я ее правая рука», дерется левой и наручники на него не наденешь, как ни старайся.
Но приговор передачи «Международная панорама», тем не менее, остается в силе: лицо капитализма, порвавшего с церковью, выглядит вот так и другим не будет. И название фильма — конечно, не о физрастворе, а о редких праведниках, капающих опухшему социуму на мозг.
Аксенов и его люди — кажется, из них.
Еще и юморят, черти.
А мы утюжим топи болот «Плейлист волонтера», 2023. Реж. Максим Свешников
Лес. Глупость. Милиция.
Именно в таком порядке выстроены фобии поисковиков.
Большинство пропаж — в лесу. Грибники. Походники. Дачные дети. Юные нимфы, зашедшие в посадку сфоткаться и попавшие на зуб моральному уроду.
Глупость толкает лезть в чащу без должной снаряги, утаивать стыдные диагнозы потеряшек, разлучать тинейджеров, склонных к подрыву, и квасить на природе как не в себя.
Ну, и территориальные наши органы. Всем знакомые увальни с папочкой, самою жизнью приученные не перетруждаться, к любому встречному обращаться на «ты» и стоически переносить беды и смерти сограждан. Можем — поможем, а там как пойдет.
Таков основной перечень раздражителей поисково-спасательных отрядов, об одном из которых — сериал. Просто однажды разведенного бухарика со странностями (Иван Янковский) достают из сугроба без денег
